Lady_Nella Черных – Расследование в Чикаго. Часть 2 (страница 4)
– Доброе утро! Я с доставкой для кухни! – сказал вдруг Джошуа серьёзным голосом. – Я Джошуа Шульц. Прекрасное сегодня утро, не так ли?
– Вперёд! Поторопись и не задерживайся! – ответил ему, очевидно, кто-то из охраны.
– Одна нога здесь, другая там! Хорошего дня!
Тележка снова начинает двигаться, я крепко держу подругу за руку. Вскоре мы снова останавливаемся.
Брезент поднят, и я мгновение дезориентирована, потом мои глаза привыкают к внезапному яркому свету.
– Мы внутри! Добрались целыми и невредимыми! – выдохнул друг.
Он помогает нам с Лейлой выбраться из тележки.
Я разминаю ноющие ноги и руки, а затем осматриваюсь.
Мы находимся в очень маленькой и холодной комнате, в которой едва помещаемся мы втроём и тележка. Полки вокруг нас заполнены разными предметами.
– Это… – растерянно протянула я.
– Кладовка рядом с кухней. Она полна вещей, которые лежали здесь так долго, что теперь они никому уже не нужны, – ответил мне Джошуа. – Вряд ли сюда кто-нибудь зайдёт, поэтому нам можно не беспокоиться о том, что нас обнаружат.
«К счастью, он достаточно находчив, чтобы найти для нас такое подходящее место».
– Мне нужно спешить на кухню, чтобы доставить мясо. Будьте осторожны! Безопасность превыше всего, даже во время поиска улик, – украдкой подмигнул он. – Если в этот раз у нас ничего не получится, мы сможем придумать что-нибудь другое. Но если с вами что-то случиться, положение твоей сестры, Эдит, станет безнадёжным, так что будьте осторожны.
– Понятно, Джошуа. Спасибо, – помахала я ему.
– Я вернусь, чтобы забрать вас завтра утром в то же время, прямо здесь.
Он быстро обнимает нас, прежде чем уйти со своей тележкой. Друг уходит, но постоянно оборачивается, смотря на нас.
– Где нам… – начала я, но подруга меня обрывает:
– Конечно, в подвале! Так всегда происходит в детективных романах. Если убийца хочет что-то спрятать, он всегда первым делом лезет в подвал.
– Здесь в полу есть люк. Возможно, он ведёт в подвал.
Мы с Лейлой вместе дёргаем за кольцо, он сразу же открывается, и под ним оказывается подвал.
Нужно поблагодарить Джошуа за то, что он спрятал нас в таком удобном месте!
«Почему Джошуа так хорошо знаком с планировкой отеля? Бывал ли он здесь раньше внутри? Я никогда не слышала, чтобы он упоминал об этом…» – задумалась я на секунду.
– Пойдём, Эдит! Пойдём!
Лейла уже наполовину спустилась в подвал по лестнице. Она дёргает меня за подол юбки, призывая меня поторопиться.
Отмахнувшись от возникших у меня вопросов, я спускаюсь вслед за ней и захлопываю люк над головой.
– Что за запах?
Мы с ней одновременно начинаем кашлять.
Резкий запах химикатов, плесени и гнили обрушивается на нас, как кирпичная стена. Вонь здесь просто невыносима.
– Пахнет как… Я даже не знаю, как это описать. Это отвратительно! – ворочу я нос.
По сравнению с этим внутри тележки пахло розами!
У меня щиплет глаза от испарений, и я вынуждена остановиться, чтобы вытереть слёзы. Держа подругу за руку, я оглядываюсь по сторонам.
– Осторожно! В земле вырыты две ямы! – вскрикнула Лейла.
– Похоже, это… печь для обжига извести?
– Судя по размеру, она достаточно велика, чтобы вместить двух взрослых… Это сюда Холмс выбрасывает тела?
– Это ужасно, Лейла! – возмутилась я.
Она немного напугана, но и возбуждена. Она берёт меня за руку, и мы осторожно идём вперёд.
– Посмотри туда, в угол! Там кровать… нет, это операционный стол, – отшатнулась я.
Операционный стол покрыт чистой белой простынёй. На столике лежат блестящие скальпели. Они кажутся совершенно новыми. Операционный стол выглядит так, будто его подготовили для работы. Интересно, почему у Холмса наготове операционный стол?
– Ничем хорошим это не пахнет! – одёрнула меня Лейла. – Но его статус врача действительно облегчает ему жизнь. Когда мы впервые вызвали полицию, он сумел выкрутиться, несмотря на то что на третьем этаже стоял такой же стол.
– Поэтому даже если полиция увидит его, она не будет рассматривать это как доказательство какого-либо преступления, – рассуждала я вслух.
– Вон те немаркированные контейнеры на полке должны быть химическими реактивами.
«Но этих реактивов, вероятно, недостаточно для того, чтобы полиция начала расследование в его отношении» – решила я.
– А-а-а! Что это?
Вопль подруги пугает меня. Я хватаю её и тяну в сторону. В этот момент мы видим, на что Лейла наступила…
Белая кость!
– Это человеческая кость? – спросила Лейла изумлённым голосом, не помня себя от страха.
Она вздрагивает и съёживается, сидя на корточках на земле. Но я всё равно нахожу в себе мужество подойти и посмотреть.
С нашими ограниченными знаниями о человеческом теле мы не можем сказать, человеческая это кость или нет.
– Даже если это действительно человеческая кость… Мы всё равно не можем доказать Сервелло, что нашли её в отеле Холмса. Как обычно, они могут назвать нас клеветниками, – вздохнула я.
– Верно. Нам всё ещё нужно найти более убедительные доказательства.
– Посмотри вон на ту стену! Какая странная печь! Холмс увлекается изготовлением керамики? У него столько свободного времени?
– Вместо обжига керамики её можно использовать для уничтожения тел! – догадалась Лейла. – Давай посмотрим поближе. Возможно, внутри что-то осталось…
– Кто там?!
Дверь в подвал внезапно распахивается, и раздаётся хрипловатый голос. Лейла хватает меня за руку и тянет за полку.
– Кто там? Я вооружён! Скажи мне, кто ты, или не плачь, когда я тебя пристрелю! – повторил сердитый голос.
– Похоже, это охранники… – испугалась я. – Должно быть, они нас услышали!
– Это нехорошо… – отозвалась Лейла. – Если нас обнаружат, то обвинят в незаконном проникновении. Эдит, что нам делать?
– Нельзя, чтобы они увидели нас. Если охранники позовут Чемберлина, он точно отдаст нас под арест за незаконное проникновение. А если Сервелло присоединится, нас обвинят в клевете на хозяина отеля.
– Тогда мы должны…
– Бежим! Бежим туда, откуда пришли! Бежим!
Я толкаю Лейлу к люку и бегу за ней.
– Кто это?! Выходи, я буду стрелять! – повторил охранник.
– Быстрее, Лейла!
Она поднимается по лестнице в кладовую. Я поспешно взбираюсь вслед за ней, затем осторожно закрываю люк и прижимаю к нему ухо.
– Я знаю, что ты там! Кто ты, чёрт возьми, такой? – рассердился тот.