Лада Зорина – Предатель. Ты нас (не) вернешь (страница 31)

Данил в ответ смущённо потупился.

— Меня мама за враньё однажды чуть не отлупила, — тихо признался он. — Я прощения попросил, а она со мной потом целый день не разговаривала. Говорит, врушек никто не любит.

Он бросил на отца опасливый взгляд и уточнил:

— Но, наверное, взрослым врать всё-таки можно. Ну, иногда.

— Выходит, и мама временами может соврать?

Данил замотал головой.

— Мама говорит, у неё на враньё аллергия. Поэтому и не врёт. Она вместо этого вообще ничего не говорит. Говорит, что враньё может всю жизнь поломать и что поэтому в таких случаях лучше просто молчать.

Артур ничего не ответил, но не мог отрицать — внутри разлилось самое настоящее облегчение. Эти слова, этот крайне косвенный признак её честности и непринятия лжи ещё ничего сами по себе не доказывали, но, кажется, сейчас ему было достаточно и этого.

Оставив сына на попечение прислуги и пообещав встретиться с ним за ужином, он заперся в своём кабинете и набрал Ирину.

Не тратя время на пустые приветствия, приказал:

— Приезжай. Сейчас же. Я жду.

Глава 40

— Я не требую от тебя поминутного отчёта, — Артур пощипал переносицу, чтобы избавиться от нараставшей головной боли. — И не собираюсь тебя в тюрьму за безалаберность сажать. Просто вспомни, как это было на самом деле.

Начальник охраны притащил к нему из кухни хныкавшую девчонку спустя буквально пять минут после того, как Артур закончил свой короткий телефонный звонок Ирине.

Которая, к слову, даже вопросов задавать не стала.

Кажется, посчитала, что у него появилось настроение провести этот вечер в её драгоценной компании.

Тем лучше. Она сэкономила ему время и силы. Которые грозились уйти на никем не запланированный допрос.

Прежде чем Лахтин оставил его наедине с хныкавшей прислугой, они успели обменяться парой слов.

Артур грешным делом успел подумать, что у него в доме какой-нибудь новый форс-мажор успел стрястись, пока он в больнице у бывшей жены пропадал.

Но выяснилось, что всё куда интереснее.

— Что стряслось-то? — спросил он, пока начальник охраны усаживал девчонку в кресло напротив его рабочего стола, уговаривая её не реветь.

— У неё для тебя кое-какие новости, шеф, — хмуро сообщил ему Лахтин. — Мои спецы когда прислугу опрашивали, она, оказывается, отлучилась из кухни, а о ней никто и не вспомнил. В списках хрен его знает как проворонили. Моя промашка.

Артур отмахнулся, мол, бог с ним. Сейчас это не так уж важно. Время всё-таки поджимало, и до визита Ирины его оставалось всё меньше. Но Лахтин настаивал на том, что дело срочное. А он обычно не дёргал его по пустякам.

— И что за ценная информация у…

Он замолчал, пытаясь вызвать в памяти имя.

— У Риты, — подсказал Лахтин.

Кивнул своему работодателю и вышел из кабинета.

Вот даже как. Очевидно, Лахтину девчонка уже всё рассказала.

А нанимателю своему до сих пор не решилась. Видимо, её очень уж напугал тот факт, что её оставили с самим Бархановым один на один.

— Рита, ты меня слышишь? — он взглянул на свои наручные часы. — Давай поскорее с этим покончим.

Его суровый тон заставил её всхлипывания поутихнуть.

— Я н-не специально… правда не сп-пециально. И не сбегала я никуда. П-просто когда пришли опрашивать, меня на кухне н-не оказалось… Я в подвалы спускал-лась…

— Понял. Ясно. Никто не в чём тебя не обвиняет. Говори.

Девчонка наконец-то кое-как взяла себя в руки. Отёрла дрожащими ладошками побледневшие щёки и, выдохнув, наконец-то сдалась.

— Это я… я сегодня утром на кухне дежурила. З-за завтрак я отвечала. И ваша…

Тут она запнулась, очевидно не в силах подобрать верное слово.

— Ирина в-вошла и попросила в-воды.

Так.

— А я… я кофе ей предлож-жила. А она…

И он уже понял, что сейчас будет самое интересное.

— Она говорит, мол, ты и так з-занята. Просто покажи, где ваш коф-фе. Я, говорит, сама налью… Я и показала.

Отсюда она снова скатилась в объяснения и оправдания. Не знала, не понимала и подумать не могла. Подозрения закрались только когда Рита сообразила, что хозяйский кофе в то утро, кроме Варвары, пить было некому. Ну и расспросы охраны сделали своё дело. Остатки кофе изъяли, и резко засомневались, что Варвара стала бы препараты прямиком в кофейник заливать вместо своей собственной чашки.

Артур чуял, как поднимается внутри обжигающий гнев.

Хватило его только на то, чтобы сквозь сцепленные зубы уверить заплаканную прислугу, что на эшафот за эдакую лютую безответственность её никто не поведёт.

Девчонка вышмыгнула из его кабинета, а спустя десять минут вошла Ирина.

Она явно расстаралась, собираясь к нему. И совершенно точно надеялась на приятное времяпрепровождение.

— Сядь, — он указал ей на кресло, в котором совсем недавно корчилась в муках совести несчастная Рита.

Ирина цокнула языком, но возражать не стала. Только заметила:

— Как сурово. У нас сегодня вечер ролевых игр? Отыгрываем строгого начальника и подчинённую?

Артур посмотрел ей прямо в глаза и процедил:

— Почти уверен, ты всё своё уже отыграла.

— Извини?.. — предвкушающая улыбка на её губах померкла.

— И отыграла не слишком-то чисто, — Артур подался в своём кресле вперёд и упёрся локтями в столешницу. — Партия отравительницы тебе не далась. Сработала грязно и глупо. Кофейник. Серьёзно? Кто же так топорно работает, Ир?

И сейчас он уже на все сто процентов мог утверждать, что никакие дополнительные свидетельства и доказательства ему больше и не понадобятся.

Очевидно, железно уверенная в том, что запугала Варвару как следует, Ирина и не предполагала, что её манипуляция вскроется. Да не просто вскроется, а разоблачится с такой позорной для махинаторши скоростью.

— Артур, — на её побелевшем лице читались удивление и недоверие, — это какая-то чушь… Хочешь сказать, я твою бывшую взялась бы травить?

Он выпустил воздух через ноздри, приказывая себе не взрываться.

— Вот и я говорю — совершенно идиотское и крайне недальновидное решение с твоей стороны. Которое сильно усугубляет тот факт, что ты ей ещё и угрожала. Ей и нашему сыну.

— Чушь! — выкрикнула Ирина, ещё не понимая, что допустила критическую ошибку. — Твоему сыну я не угрожала! Я не стала бы…

И только сейчас до неё наконец-то дошло.

— А вот это уже ничего не значащие частности, — с обманчивой мягкостью отозвался Артур. — Наше общение на этом можно заканчивать. Я узнал всё, что мне нужно. Вставай и выметайся.

Глава 41

— Ты шутишь…

Ирина взирала на него с усмешкой, а в широко раскрытых глазах читалось неверие.

— Да, я ведь шутник ещё тот, — Артур указал подбородком на дверь. — Выметайся.