Лада Зорина – Предатель. Ты нас (не) вернешь (страница 22)

Но если он думает, что в таком бережном подходе к настроению сына он выиграет какие-нибудь призрачные очки, пусть не надеется. Я не верила в искренность и бескорыстность этих порывов. Просто пока я не знала, для чего Барханов поступает именно так.

Как минимум пытается разыграть карту заботливого родителя. Но это глупо и недальновидно — верить карточным игрокам.

— Как это случилось? Можешь хоть парой слов объяснить?

Парой слов… Да мне орать хотелось, забросать его этими проклятыми словами.

Но.

Целых два громадных НО.

Во-первых, сейчас я физически не была на такое способна. Во-вторых… страшные слова Ирины до сих пор сжимали меня в своих колючих тисках. Имела ли я право бросаться с головой в омут, не дав себе времени хоть чуть-чуть подумать о том, чем мои откровения отзовутся потом для меня и для сына?

Ирина чётко дала понять — задавит, задушит, расправится и не моргнёт.

И я не могла ей не верить. На её стороне деньги и связи.

Для того, чтобы тягаться с этой Горгоной, нужен план. Нужна какая-то хитрость.

Бросаться телом на амбразуру… Ну и кого это спасёт? Кому это поможет?

Скорее уж сыграет на руку этой злодейке. Потому что быстро развяжет ей эти самые руки.

Я даже кощунственно предположила, что в моей нынешней немощности кроется плюс — какие бы дикие эмоции меня сейчас ни обуревал, дать им волю я не могла. Волей-неволей приходилось задумываться не о бездумной реакции, а о стратегии…

— Парой… не… по-лучится, — на выдохе мне уже лучше удавалось вытолкнуть из себя слова. — Спро-си…

На середине моей фразы дверь в палату распахнулась, и в проёме показалась квадратная фигура охранника.

— Артур Анатольевич, тут доктор примчался.

Барханов кивнул, на прощанье окинул меня долгим и непривычно пристальным взглядом.

— Отдыхай. Вытрясу из него всю информацию и вернусь.

Глава 30

Я переживала отчётливое дежавю.

С тем лишь различием, что слух мой уже порядком восстановился, чтобы слышать всё чётче. Ну и за дверью не шушукалась змея Ирина, а чётко и по существу задавал вопросы её будущий муж.

Никаких шокирующе новых открытий мне их диалог не принёс.

Наоборот, всё было вполне предсказуемо.

Жуткое переутомление.

Страшный стресс.

Очень впечатлительная натура.

Какой такой стресс?

Не конкретный. Не сиюминутный. Отложенный.

Накопился. Догнал. И напал.

Бедняжка, совсем себя не бережёт.

Вот и всё объяснение.

Я стала жертвой собственных расшалившихся нервов. Механизма замедленного действия.

Скажите ещё спасибо. Что не инфаркт и не инсульт.

Но надо бы отдохнуть и отлежаться.

Кажется, зашёл разговор и о каких-то неведомых мне препаратах, но эта часть звучала слишком приглушённо и неразборчиво. Доктор понизил голос, будто вдруг сообразил, что я могу и подслушать.

Значит, вот как они всё повернули. И выбор, Варенька, за тобой. Либо ты на время смиряешься и всё подтверждаешь. Либо силишься всё опровергнуть безо всякой гарантии, что муж в принципе будет прислушиваться к твоим «показаниям», и навлекаешь на себя все кары небесные, которые тебе пообещали.

И бороться тебе с ними придётся в одиночку, голыми, что называется, руками.

Без подстраховки, без подготовки и наобум.

Что выберешь?

Я прикрыла глаза и осторожно сглотнула, чтобы не подавиться слюной. Восстановление шло куда медленнее, чем мне хотелось.

Почему этот чёртов выбор должен быть таким тяжёлым и несправедливым?

— Варвара…

Я настолько глубоко погрузилась в свои тяжёлые размышления, что умудрилась пропустить тот момент, когда оказалось, что в палате я опять не одна.

Барханов снова приблизился к моей постели и смотрел на меня… озадаченно.

Пожалуй, не такой реакции я ждала от его общения с доктором.

Тот-то всё очень складно ему объяснил. Его рассказа вполне хватало для того, чтобы погасить любые вопросы и даже сомнения, если таковые вообще возникали.

— Извини, что потревожил.

— Н-не спала, — мотнула я головой.

— Мне объяснили, что так сработало переутомление и какая-то гремучая смесь седативных…

Логично. Очень логично. По их версии, это я, дурёха, всех таблеток подряд наглоталась.

Барханов ждал подтверждения, буквально ощупывая меня пристальным взглядом.

— Я всё правильно понял?

Перед внутренним взором всплыло оскалившееся лицо Ирины.

Я снова сглотнула.

У меня нет никакого морального права так рисковать. Рисковать безопасностью сына.

— Не… рассчита-ла…

Барханов продолжал давить на меня своим пристальным взглядом, и только когда стало понятно, что ничего больше я ему не скажу, едва слышно выругался сквозь сцепленные зубы.

— Какого чёрта?.. Зачем ты их вообще принимала?

От такого нелепого вопроса я на время даже забыла, что на самом-то деле не было никаких седативных.

— Из-здеваешься?.. — выдохнула я, дёрнувшись под одеялом и отметив, что чувствительность к телу возвращалась уже как будто быстрее. — Пос-сле всего… когда т-ты…

Барханов вдруг подался вперёд и накрыл своей ладонью мою задрожавшую руку.

Прикосновение оказалось настолько неожиданным, что у меня дыхание перехватило.

Я совершенно не ждала от него подобной реакции.

— Я понял, — длинные пальцы легонько сжали мою ладонь. — Я понял. Побереги силы.

Мои глаза распахнулись так широко, что почти заболели.