Лада Зорина – Измена. Ты встретил моложе (страница 19)
— Это ирония совершенно ни к чему, — отрезал Михаил. — Но если оставить это за бортом, то да, ты совершенно права и верно оцениваешь ситуацию. Я рад, что мы достигли понимания без лишних проблем.
— Да, — кивнула она. — Я вообще у тебя видишь какая… непроблемная.
Если она ждала, что он будет как-то подшучивать над её благоразумием вместе с ней, то зря. Он совершенно серьёзно был этому рад и ценил в Светлане именно это — эмоциональную зрелость,
Как выяснилось, Алина ею пока в полной мере не обладала.
Но мысли о ней пришлось задвинуть как можно дальше на задний план, пока проходили их бесконечные встречи. График был достаточно плотный, насыщенный, и ему даже удалось на какое-то время искренне отвлечься от личных проблем.
А потом наступило время встретиться с ними лицом к лицу.
— Алина? — он вошёл в номер и спустя пару минут, заглянув в каждую комнату, понял, что Алины в номере нет.
Поиски по территории не дали ничего, как и попытки ей дозвониться.
— Какого чёрта? — пробормотал он, бросив терзать телефон.
В конце концов ему не осталось ничего, кроме как спуститься на главный ресепшен и попытать счастья там.
И счастье ему улыбнулось. Да не просто улыбнулось, а натурально оскалилось.
— Алина Шаповалова? Да. Да, она пару часов назад выехала.
Ему показалось, он ослышался.
— Как это... выехала?
Девушка на ресепшене вежливо ему улыбнулась:
— Ну, вот так… Выехала. Вместе с молодым человеком.
— Простите?.. С каким ещё молодым человеком?
И снова вежливая улыбка.
— Точно вам сказать не могу. Извините, но… — девица потупилась. — Он так на вас был похож. Она называла его Александром.
Глава 30
— Александром, — услышал он собственный голос.
В горле пересохло, а по телу прокатилась волна холода, за которым последовал жар.
Он и сам не понял такой странной реакции организма.
— Да. Я точно помню, что она именно полным именем его назвала.
— Благодарю, — пробормотал Михаил и буквально оттолкнулся от полированной каменной стойки.
Набрал помощника и надиктовал ему фронт работ, включая отказ от одной встречи, назначенной на поздний вечер.
— Попроси перенести её на завтра. На удобное им время. Объясни, что у меня случился форс-мажор, и потребуется отъехать. Но завтра я буду на месте.
— Понял, Михаил Александрович. Что-то… что-то очень срочное?
— Срочнее не бывает, — бросил Михаил и отключился.
Всю дорогу до города его жрали суматошные, но так до конца и не оформившиеся подозрения. Их, правда, пришлось не раз и не два прервать, чтобы выдать задание ещё и начальнику своей охраны, пообещавшему в самые краткие сроки «пробить», где сейчас находится Александр.
— Только не спугните, — предупредил он. — Мне нужен адрес, больше ничего. Не смейте даже на километр к нему приближаться.
И всё, никто лишних вопросов не задавал. Спустя двадцать минут у него уже был адрес. Сын сейчас находился на своей съёмной квартире. Она числилась за ним ещё с первого курса, хоть большую часть времени и пустовала — там Сашка время от времени устраивал вечеринки или мог переночевать, если планировал ночевать не один.
Но поскольку квартиру ему снимал отец, то и ключ у него был. На случай какого-нибудь форс-мажора.
И кто бы мог подумать, что в категорию форс-мажора запишется это?..
Он не слишком хорошо помнил, как добрался до входной двери. Открыть дверной замок было делом несложным — механизм был практически бесшумным. Чтобы услышать, что кто-то вошёл, нужно было находиться непосредственно у двери.
Ступив в прихожую, он лишился последних иллюзий. Две пары обуви стояли в левом углу просторной прихожей, но вокруг было исключительно тихо — будто квартира пуста.
Он не потрудился стащить с себя верхнюю обувь... Такие меры его сейчас заботили меньше всего, тем более что клининговая вылизывала квартиру от пола до потолка раз в неделю стабильно.
Стараясь ступать бесшумно, Михали миновал незапертую дверь пустой кухни, прошёл мимо гостиной и свернул в сторону спален.
Глотку как-то странно стянуло.
Дверь в одну из спален была не заперта, и он схватился за ручку, не давая себе времени на то, чтобы подумать и уж тем боле передумать.
Толкнув дверь от себя, вошёл в спальню, залитую светом ещё не погасшего пасмурного зимнего дня.
Они стояли у окна — Алина и Александр. Стояли и целовались.
При этом несложно было заметить, что поцелуй завершил буквально недавно затихшую ссору. Оба выглядели растрёпанными и цеплялись друг за друга так, что сразу и не поймёшь, они хотели оказаться ближе друг к другу или наоборот. Тела требовали близости, а в мыслях до сих пор бушевала война.
Михаил на пару секунд застыл на пороге, поражённый открывшимся ему зрелищем.
Видел всё своим глазами, а поверить не мог.
— Какого чёрта?! — рявкнул он наконец.
Целующаяся парочка буквально подпрыгнула и распалась.
Теперь застигнутые врасплох взирали на него как на мстительного призрака белыми от шока глазами почти из разных углов комнаты.
— Твою мать, я задал вопрос! — заорал Михаил. — Что здесь происходит?!
Но, видимо, сейчас орать было без толку. Он слишком испугал их и шокировал. Оба выглядели так, будто и собственные имена позабывали.
Михаил метнул уничтожающий взгляд в белую как полотно Алину.
— Как это понимать? Как это, твою мать, понимать?!
— Миша… — прошелестела она. — К-как ты…
— Нет. Нет, вопросы задаю я! Я задаю вопросы! И я их уже задал! Не стойте столбом!
— Ты спрашиваешь, какого чёрта? — подал голос наконец-то пришедший в себя сын. — Так у меня тогда встречный вопрос. Какого чёрта? Какого чёрта ты сюда припёрся,
Ожидал ли он такого отпора? Мог ли предугадать, что сын не будет, как в детстве, прятаться за юбку матери или мямлить что-то о том, что виноват и просит прощения? Сложно сказать, но скорее всего, не ожидал. Скорее всего, он настолько привык к тому, что Сашка был сопливым мальчишкой, что до сих пор через эти старые линзы на него и смотрел.
И вот, получил теперь за свою неосмотрительность.
— А ты считаешь, что имеешь право такие вопросы мне задавать? — прорычал Михаил. — Если разобраться в вопросе, то можно считать, что квартира — моя. Я сколько времени за ней платил, пока ты сам не стал зарабатывать?
Высокие скулы Александра, алевшие румянцем от прерванного поцелуя, сейчас омыла смертельная белизна. Они с Алиной теперь на пару выглядели как призраки.
— Ты серьёзно собрался считаться? Окей, назови мне сумму, и я хоть сейчас тебе на счёт переведу. И после этого можешь выметаться отсюда!
Михаил не подал вида, но эти слова влетели ему в грудную клетку, словно меткая пуля, прошившая сердце насквозь.
Слышать такое от сына — и врагу не пожелаешь.
— Для того, чтобы вышвырнуть меня отсюда, потребуется нечто большее, чем твоё яростное желание это сделать. Но это отдельная тема. Она к делу отношения не имеет. Я всё ещё жду ответа на свой первый вопрос. Алина? Может, ты поможешь своему… поклоннику?
— Не лезь к ней! — рявкнул сын и подался вперёд.
И это его движение что-то такое взвинтило в душе Михаила. С самого дна души поднялось тёмное пламя — опасное тем, что стоило только его пробудить и погасить почти не представлялось возможным.