Лада Зорина – Измена. Ты встретил моложе (страница 17)

— Алина! — позвал он, решив на время переключиться со своей головной боли на более важные, насущные дела.

Вместо ответа она выглянула из дверного проёма, ведшего в гостиную номера.

— Может, объяснишь, что это было?

Она приподняла брови, прижимая к себе свитер, который, очевидно, собиралась переложить из чемодана в гардероб.

— Смотря о чём ты спрашиваешь.

Ясно. Значит, хочет в игры с ним поиграть. Мало ему в последнее время всего этого балагана…

— А у тебя отыщутся варианты? Хорошо, если ты хочешь, чтобы я озвучил тебе конкретно, то объясни мне, за каким чёртом ты решила поговорить со Светланой?

Алина смотрела на него без выражения.

— А разве это запрещено? Извини, но я не припомню, чтобы ты перечислял мне хоть какой-нибудь список запретов, в который входил бы разговор с твоей супругой. Поправь меня, если вдруг ошибаюсь.

— Ты таким образом самоутверждаешься, что ли?

— Я совершено не понимаю, о чём ты сейчас говоришь.

— Ты любишь мне перечить. Ты обожаешь мне возражать. Из-за нашей разницы в возрасте ты словно пытаешься отстоять своё место под солнцем. Скажи, я тебя каким-либо образом подавляю, угнетаю? Заставлю тебя существовать в моей тени?

Алина взирала на него расширившимися от удивления глазами, продолжая прижимать к себе аккуратно сложенный свитер, будто требующее защиты новорожденное дитя.

— Это неправда. Я не приму от тебя подобное обвинение, потому что оно абсолютно беспочвенное.

Никогда прежде никакие её возражения так не выводили его из себя. Вероятно, он за последнее время вымотался сильнее, чем предполагал. Он устал и мог сорваться на ком угодно.

Поэтому и сорвался.

— То есть свои объяснения ты начинаешь с нового возражения.

— Михаил, мне кажется, ты сейчас слишком…

— Я не просил тебя давать мне характеристику! Я тебе задал конкретный вопрос. Зачем ты полезла к Светлане? Что тебе дал бы этот разговор? Ты что-то сбиралась для себя прояснить? Или выяснить? Или это пустое любопытство? Тебе захотелось узнать, кто она, та женщина, которую я пока ещё зову своей женой? Ты ответишь мне честно?

— Я… — она обвела гостиную растерянным взглядом. — Я просто посчитала, что это некрасиво и невоспитанно — делать вид, будто мы не знаем друг друга.

— Это... бред какой-то! Некрасиво! В нашей ситуации всё некрасиво! И уж отказ при первой же встрече общаться с моей почти уже бывшей женой, поверь мне, даже рядом не стоит со всем остальным в нашей непростой ситуации!

— Ты имеешь в виду наши с тобой отношения? — тихо спросила она.

И он шкурой чуял, что это ловушка. Что вопрос наводящий. Но задетое эго не позволяло затормозить достаточно быстро, чтобы избежать конфронтации.

— А что ещё я мог бы иметь в виду? Я сплю с тобой, но законом связан с женой. Тебя же это никак не напрягает?

— Что значит... н-не напрягает? Конечно, меян это заботит и волнует, Михаил. Как ты мог подумать, что я по этому поводу вообще никаких угрызений совести не испытываю?..

— Я не об этом сейчас говорил!

— А о чём? О том, что я разрешения у тебя не спросила? Наша разница в возрасте не предполагает моего тотального тебе подчинения! Или сейчас вдруг окажется, что у нас с тобой диаметрально противоположные взгляды на этот вопрос?

— Алина, не перекручивай, — угрожающим тоном предупредил Михаил. — Не пытайся всё выставить так, будто я тебя тираню.

— Боже упаси, — бросила она с непривычным для её мягкого характера запалом. — Но мне кажется, ты слишком быстро и сильно заводишься, когда речь заходит о твоей пока ещё супруге. Ты не задумывался о том, почему?

— На что это ты намекаешь? — прищурился он, предчувствуя недоброе.

— Да какие уж тут намёки? — грустно усмехнулась Алина. — Если тебя так волнуют любые вопросы, связанные с твоей почти бывшей женой, то, может, ты на самом деле не так уж и стремишься сделать её бывшей?

Глава 27

— Алин, ты с ума сошла?

Он постарался, чтобы его вопрос не звучал грубо, но сейчас сдержаться было особенно сложно. Его жизнь напоминала яркую и крайне достоверную иллюстрацию присказки «Беда не приходит одна», и его такое положение дел совершенно не устраивало. Вот абсолютно.

Воронов привык всё держать под контролем, быть в курсе всех дел и ничего не упускать из внимания.

А сейчас, такое ощущение, что события так и стремились расползтись от него в разные стороны и плодили неконтролируемый последствия.

— Такой вопрос мало подходит взрослому, состоявшемуся мужчине, — она приподняла подбородок, явно оскорблённая этой фразой.

Видимо, не стоило и стараться маскировать свой оскорбительный тон.

— Слушай, я не называю тебя сумасшедшей.

— Нет. Ты просто пытаешься перевесить на меня всю ответственность, будто это мои выдумки, а не твоё поведение. Михаил, если ты… если ты думал, что в силу возраста я буду всё сносить, всё проглатывать и со всем соглашаться, то, наверное, сейчас настал час истины, когда тебе следовало бы понять, что так, как тебе видится, между нами не будет. Я не сбираюсь подстраиваться под тебя и поддакивать тебе, когда чувствую и знаю, что ты не прав.

— Ого. Это действительно что-то новенькое, — проговорил Михаил, рассматривая её, будто видел впервые. — Не думал, что нам стоило перед знакомством друг другу ликбез провести, кто чего не потерпит и какие границы нам стоило бы очертить.

— Это неплохая идея, вообще-то, — заявила Алина и взмахнула своей шевелюрой, но вовсе не в театральном жесте.

Он уже успел изучить, что так она делала, когда сильно расстраивалась и не могла справиться со своими эмоциями. Становилась беспокойной и дёргалась. Обычно в такие моменты он пытался как можно скорее утешить её, но сейчас… Сейчас всё, чего он хотел, это отстоять свою точку зрения. Почему его никто не пытался понять? Почему никто не стремился войти в его положение? Или он до конца жизни своей будет носить клеймо изменщика, а потому недостоин ни сочувствия, ни понимания?

— Боюсь, мы этот этап уже миновали. Имеем дело с тем, что есть, — холодно отозвался он, понимая, что включает режим максимальной отстранённости, чего никогда с ней прежде не делал.

— Боюсь, что так, — тихо отозвалась Алина. — Думаю, нам стоит прекратить этот разговор, потому что он не ведёт ни к чему, кроме агрессии.

— Как угодно, — он даже не стал пытаться пойти ей навстречу, перебудить её и доказать, что он на самом деле не хочет с ней ссориться. — У меня несколько важных встреч на носу, и я не буду тратить своё время на то, чтобы убеждать тебя в том, что между мной и Светланой всё кончено. Если у тебя есть по этому поводу какие-то страхи и сомнения, то, думаю, тебе стоит побыть с ними наедине и немного в себе покопаться. Может, пройдёт немного времени, и ты сама дойдёшь до понимания, что эти страхи — пустые.

Он надеялся, такое завуалированное оправдание без труда даст ей понять, что он на самом деле не хотел её оскорблять и доводить всё до ссоры.

Но вот, видимо, он пока не созрел до того, чтобы сказать ей это без околичностей, напрямую.

— Выглядит так, будто ты мне домашнее задание назначить собрался, — проговорила она.

— Я всего лишь пытаюсь потушить нашу ссору. Как могу. Возможно, мне тоже ещё многому стоит научиться.

— Возможно, — отозвалась она и наконец-то сдвинулась с места, подошла к гардеробу и с какой-то непонятной ему нерешительностью отложила свитер на полку. — Я понимаю, что тебе нелегко. Но не думай, что лишь на твою долю выпали сложности. Нам всем приходится чем-то жертвовать. Даже твоей Светлане. Может быть, даже особенно ей. Ты так не считаешь?

От такого неожиданного поворота в разговоре Михаил даже головой замотал, будто отказывался слышать то, что услышал.

— Алин, вот только этого не нужно, хорошо?

— Извини?

— Не нужно пытаться убедить меня в том, что ты испытываешь чувство вины по отношению к Светлане. Я надеюсь, ты не считаешь, что ещё и извиниться перед ней не мешало бы?

Алина на него не смотрела. Да отрицай всё, дурочка. И давай прекратим этот спор!

Но он её всё-таки недооценивал.

— Я понимаю, как тебе хочется считать, что мы ничего предосудительного не совершили. Но мы совершили. По-хорошему нам стоило бы дождаться, когда вы договоритесь с женой о разводе, и уже тогда отношения заводить, а то, как у нас всё сложилось... Надеюсь, ты не станешь отрицать, что это ужасно. И Александр, и Светлана…

— Да твою-то… Всё! — Михаил бросил взгляд на свои наручные часы и отступил к двери. — Закрыли эту тему. Не хватало мне ещё потоки сожалений от тебя выслушивать. Я не желаю о том, что мы вместе. Я — не жалею. А ты… на твой счёт у меня возникают сомнения!

Он вышел из номера, донельзя раздражённый на весь белый свет. Кто бы мог, мать твою, вообразить, что всё закрутится таким образом?

Ещё вчера Алина восторженно размышляла о том, как здорово будет провести эти новогодние праздники вместе. А сегодня — вот это!

— Бабы, чтоб их, — выдохнул он, сворачивая по коридору к выходу в крытый переход. — Никому из них не живётся спокойно!

Кто бы знал, что и он очень скоро и очень надолго позабудет, что такое — спокойная жизнь…

Глава 28

— Я могу прогуляться по территории, пока ты будешь на своих переговорах?