Лада Кутузова – Волчье дело (страница 32)
– Ну вам лучше знать.
Николай был уверен, что попал в десятку. Обычно, если в офисе обнаруживалось паранормальное, коллектив об этом охотно судачил. Здесь же никакого желания пойти топтарям навстречу. Значит, замешано что-то личное. Может, мстят продюсеру за что-то? Или сам продюсер выдумывает на пустом месте? Вдруг у него с головой не все в порядке?
На работе Николай поделился соображениями.
– Нас их разборки не касаются, – шеф скрестил руки на груди, – мы просто выполняем свою работу.
Договорились, что в следующий раз поедут Денис и Женечка, проверят еще раз и закроют акт.
Николай составил отчет и полез посмотреть почту. Пришло уведомление, что в теме форума, на которую Николай подписался, произошло обновление, он нажал на ссылку. Там действительно появился свежий пост от некого Вервольфа, на его аватарке стояло изображение волка:
Николай усмехнулся: кто-то решил подшутить над форумчанами, отличная тема для розыгрыша! Даже обидно, что самому не пришла подобная идея, был бы повод поострить на пару с Женечкой. Николай подозвал ее. Женечка долго смотрела в монитор, поджав губы.
– Что думаешь? – спросила она, и Николай вдруг понял: это не розыгрыш.
Откуда в нем взялась эта уверенность, он не знал. Но Вервольф обращался именно к нему, Николай даже почувствовал холодок между лопатками, как тогда ночью.
– Думаю, – ответил он на Женечкин вопрос, – что искать, кто прячется за ником, мы не станем. Во всяком случае, пока он не нарушил закон. И вообще, это их, волчье дело.
В блоге Серого волка обновления отсутствовали. Николай несколько раз заходил на страницу: ничего. Почему-то это тревожило. Как Серый волк пережил очередную ночь? Не сорвался ли он, не причинил ли кому вред? Ответы на эти вопросы не найти. Зато на сайте Волчье братство разместили новое объявление:
Николай представил полуголых заросших мужиков, голодных и одичавших, бегающих по осеннему лесу, и рассмеялся. Надолго их не хватит, через неделю появятся первые перебежчики, желающие вернуться домой.
Привезли кухню. Николай уже обрадовался, что находится на финишной прямой, как при установке выяснилось, что два сантиметра гарнитура в ширину – лишние! Это целиком был косяк замерщиков. Николай с трудом сдержался, чтобы не выругаться – его порядком достала неустроенность и присутствие посторонних в доме. Он только что не шипел матом и не плевался огнем.
– Срок – неделя, – голосом, не терпящим возражений, заявил Николай. – Иначе… – Он не договорил.
Николай и сам не знал, что стоит за его пространным обещанием. Эх, был бы он волшебником, наслал бы на нерадивых работников зловредное заклинание – чтобы у них прыщи на заднице вскочили. Николай представил картину и мрачно усмехнулся. Сборщики молча упаковали неподошедшие полки и горячо заверили, что все будет в порядке.
Зато на работе ремонт двигался к завершению. Правда, его окончание ознаменовалось перекрытием воды. К закрытым туалетам никто готов не оказался, а потому сотрудники ОБХСС расползлись из офиса. Денис и Женечка решили еще раз осмотреть кинокомпанию, Николай взял два адреса и отправился туда – подходил срок проверки торговых центров.
Отработав до вечера, он призадумался: домой не хотелось. В последнее время настроение походило на качели: от плюса к минусу и обратно. Думы о Насте никак не отпускали, Николай постоянно проверял телефон: не позвонила ли? Когда в последний раз была в сети? Он набирал сообщения и стирал, так и не отправив.
Николай отправился на набережную Москвы-реки. Солнце окрасило перистые облака в оптимистично-розовый цвет, придав небу праздничный вид. Неспешно прогуливались парочки, собачники выгуливали питомцев, проносились велосипедисты – среди людей Николай острее ощущал собственное одиночество.
Сирень давно отцвела, лето безнадежно кончалось, переходя в осень. Появились первые признаки увядания – природа готовилась умереть, чтобы воскреснуть весной. Наверное, к тому времени острая тоска по Насте тоже утихнет – Николай привычно потер грудь слева, где кололо сердце.
Завибрировал телефон – звонил Геннадий.
– Бери такси и дуй к нам. – Судя по голосу, случилось что-то серьезное. – Мы тут откопали кое-что.
Пока машина добиралась до Капотни, Николай прокручивал в уме разные варианты, но ничего стоящего в голову не приходило. Портал уже отыскали, что там может быть такого, что Геннадий потребовал приехать, да еще срочно? Николай несколько раз просил таксиста прибавить скорость, но тот отказывался – повсюду висели камеры. Казалось, прошла целая вечность, когда Николай наконец-то приехал на вызов.
Там уже присутствовал шеф, он с мрачным видом смотрел на коробку, лежащую перед ним.
– Пытались портал закрыть, и какая-то хрень выходит, – поделился Геннадий. – Ну стали искать, отрыли эту коробку, а в ней – вот. Троянский конь какой-то.
В коробке лежала тряпичная лошадка, к ней были пришиты грива и хвост из человеческих волос.
– Мы ее пытались обезвредить, но… – Геннадий покачал головой.
– Сущность? – уточнил шеф, по-прежнему разглядывая игрушку.
Геннадий пожал плечами:
– Как бы не другое, мы с таким не сталкивались.
– Николай, что скажешь? – обратился к нему шеф.
Николай подошел поближе, но брать лошадку в руки не стал – дураков среди топтарей нет, ученые жизнью! Он попытался настроиться на игрушку, но возникло ощущение, что со всей силы врезался в стену. Из глаз брызнули слезы – чувство оказалось вполне физическим.
– Не пускает. – Николай сжал зубы.
Отступать не хотелось, и Николай воззвал к родовому бесу. «Ну давай же! – мысленно обращался он сам к себе. – Если бы не я, ты бы уже развеялся, – надавил Николай. – Ты обязан помочь!» И бес откликнулся, Николая будто огнем обожгло.
Тепло разлилось по телу, макушку припекло, словно он находился на солнцепеке. Энергия переполнила его, и он снова взглянул на лошадку. Казалось, в игрушке появилась трещина и она разрасталась, именно туда падал Николай. Его обступила непроглядная мгла, лишь вдалеке разгорались огни.
Николай проваливался все глубже, уши заложило, как после мощного выстрела. Он забыл, как дышать, словно в нос и рот ему забили вату. В солнечном сплетении ощущалась резкая боль, его крючило и плющило, точно тело пропустили через шредер и теперь его рвут на части.
Затем все резко стихло. Вернулись обоняние и слух, Николай осторожно вдохнул. Он находился в тесном помещении, обитом чем-то мягким, на ощупь похожим на ткань. Николай с напряжением всматривался в темноту. Перед глазами промелькнул смутный силуэт, похожий на человеческий. Николай протянул к нему руку, и тогда этот кто-то закричал.
…Николай кричал, кричал так страшно, что шефу пришлось несколько раз встряхнуть его, чтобы сотрудник пришел в себя.
– Его там заперли. – Николай судорожно откашливался, его вырвало чем-то зеленым. – Надо помочь.
Глава двадцать первая
Душа
Игрушку с большими предосторожностями привезли в ОБХСС, где заперли в сейф, чтобы приглушить излучение эманаций.
– Это что-то новое. – Шеф был растерян. – С таким мы еще не сталкивались.
Уровень выплеска оказался мощный и сравнимый с остатками энергий от демонов. Николай после пережитого с трудом пришел в себя. Пришлось выпить два стакана сладкого кофе и навернуть пиццу, чтобы перед глазами перестало все расплываться, а голова прекратила гудеть.
– Извини. – Шеф не любил признавать ошибки.
– Да кто бы знал, Виктор Иванович. – Родовой бес помог и в этот раз, но лучше бы он не вмешивался.
Кто-то взял и запер в кукле что-то живое, которое отчаянно пыталось вырваться оттуда. И похоже, лошадка была помещена в дом не случайно – кто-то знал о наличии под зданием мощного переходника – этакая приманка для сущностей, которые, словно волки, потянулись на добычу.
– Имеем портал, – перечислял вслух Николай. – Помещаем в него проводника, а игрушка именно проводник, раз в ней заключено нечто живое. Чтобы что?..
Ответ ускользал. Наверняка за всем этим скрывалась логика, но пока Николай просчитать ее не мог.
– Иди домой. – Шеф взглянул на часы. – Завтра переезд в кабинет, а тут еще и это. – Он поморщился, словно ему под нос пихнули нашатырь.
Николай уже направился к выходу, когда его осенило: