Лада Кутузова – Витька на Кудыкиной горе (страница 9)

– Ты камень за пазухой не держи, просто смотри и сам поймёшь.

Он закатал рукав рубахи и одну штанину, и вся горница озарилась светом.

– По колено ноги в золоте, по локоть руки в серебре, – добавил царь Иван.

– А у папы такого нет, – упрямо доказывал Витя.

Царь Иван опустил рукав.

– Так сын мой в человеческий мир попал, а там сказочный дар почти и не проявляется.

– А у меня его совсем нет. – Витя не уступал. – Меня, между прочим, и кикиморы проверяли.

– Проверяли, – подтвердила Васька, но царь Иван на неё и не посмотрел.

Наверное, долго бы они спорили, но тут бабушка Марья сняла какой-то портрет со стены и поднесла к Вите. И все сразу увидели, что это Витин портрет. Только у мальчика были серебряные руки, а ещё он носил очки.

– Кхм, – откашлялся царь Иван, – кхм. Так вот оно что…

Потом Витя долго им всё рассказывал. Царь Иван смотрел на него, словно никак не мог поверить, что у него есть внук. И уже не малыш, а вон какой парень, почти взрослый. И Васька рассказывала, и кот Баюн к ним присоединился. Тут в стекло кто-то постучал. Бабушка Марья открыла окно, и в горницу влетела Каркуша. Она громко поприветствовала всех и уронила на стол записку. Витя развернул её и прочитал: «Ты где? Мы очень волнуемся за тебя и Ваську. Напиши, всё ли с тобой в порядке, и отдай письмо Каркуше». И потом все долго писали ответ: и бабушка Марья, и царь Иван, и сам Витя, и Васька, и даже кот Баюн. А Каркуша в это время клевала царское зерно. Потом царь Иван вложил послание в берестяной тубус, привязал к лапке вороны, и та полетела обратно.

– Странно, как Каркуша сюда пробралась? – задал Витя мучивший его вопрос.

Царь Иван погладил бороду:

– Похоже, что у тебя не простая ворона, а вестник. Такие рождаются раз в сто лет. И если птенцом достать и с рук выкормить, будет служить верой и правдой. В любом месте найдёт.

– Вот оно что, – обрадовался Витя. – Значит, можно с родителями общаться! Только хотелось бы самому домой вернуться.

– Ладно, утро вечера мудренее. Завтра решим, что делать, а пока давайте ужинать, – постановил царь Иван.

Глава 7. Сборы

Вите не спалось. Он лежал на широкой печи и смотрел в расписанный звёздами потолок. Столько всего произошло за день! Витю переполняли чувства. Во-первых, он попал в Тридевятое царство, во-вторых, встретил кучу волшебных существ. А в-третьих, познакомился с родными бабушкой и дедушкой! И бабушка весь вечер сидела рядом с ним и никак не могла насмотреться, а царь Иван выглядел таким растерянным.

Ужин промелькнул незаметно. Витя даже не запомнил, что ел. Но время пролетело быстро, пришлось идти спать. Ваське и Баюну выделили комнаты внизу, а Витя отправился в папину, ту самую светёлку, что находилась под крышей. Переполненный впечатлениями, он поворочался час-другой, затем встал и вышел на балкон.

Витя опёрся на перила и взглянул вверх. Казалось, небо усыпано осколками ёлочных игрушек. Они сверкали так ярко, что в их свете Китеж-град выглядел совсем сказочно. Вдруг среди звёзд появился Месяц. Он походил на худого, сутулого человека, который что-то ищет под ногами. Звёзды собрались вокруг него, образовав Млечный Путь. Одна упала ему в руку и засияла, будто уличный фонарь. Месяц повертел головой, увидел Витю, выпрямился во весь свой огромный рост и гаркнул: «Ночью надо спать!» – и тут же Витя почувствовал, как слипаются глаза, а рот раздирает зевота. Проснулся он поздно утром.

Пока Витя наворачивал кашу, явились Васька и Баюн.

– Ну ты силён, – затараторила Васька. – Мы уже и по дворцу походили, и в библиотеке посидели, а ты всё дрыхнешь. Хотели на ярмарку идти, но решили тебя дождаться.

– Долго вчера уснуть не мог, – объяснил Витя, – вот и проспал.

– Доедай да айда в библиотеку, – сказал Баюн, – там царь Иван с Марьей-искусницей дожидаются.

Быстро покончив с завтраком, Витя отправился к бабушке с дедушкой в просторное помещение, снизу доверху заставленное стеллажами. Какие только книги не хранились на полках! Одни в обтянутых кожей переплётах, украшенные узором и закрытые на металлическую застёжку. Другие лежали в больших коробах, их страницы были изготовлены из глины. Ещё в библиотеке имелись свитки папируса, берестяные грамоты и тома, написанные на пергаменте. Витя и не подозревал, что книжки бывают такие разные. За длинным столом сидел дедушка Иван и бабушка Марья.

– Думаем, как проход между царствами открыть, – пояснил царь Иван. – Да никак не придумаем.

– И в книжах про это ничего не написано? – Настроение у Вити упало.

– Ничего, – вздохнула бабушка Марья. – Мы и раньше искали, но вдруг просмотрели?

Витя подумал: как же они, должно быть, волновались за своего сына. Ведь попал в человеческий мир и пропал. Ему, Вите, проще: Каркуша родителям весточку унесла. Он подошёл к бабушке Марье и неловко погладил по голове, та улыбнулась, прижала внука к себе.

– А если яблочко по тарелочке покатать? – спросил Баюн.

– Треснула она у нас, тарелка-то, – нахмурился царь Иван, – с тех пор ничего показывать не желает.

Витя поразился: здесь и спутниковая тарелка имеется? Или они о чём-то другом говорят?

– Давайте мы с Витей посмотрим, – предложила Васька, – может, мы наладить тарелку сможем?

Витя нахмурился: даже Васька намного больше его знает, хотя тоже ни разу не была в Тридевятом царстве. Ну почему ему родители ничего не рассказывали?

Бабушка Марья достала из кованого сундука тарелку, расписанную диковинными птицами, и наливное яблоко. Пустила его по тарелке и произнесла:

– Катись, катись, яблочко, катись по тарелочке. Покажи нам, что на белом свете делается. Расскажи, как открыть проход из Тридевятого царства в человеческий мир?

По тарелке словно рябь пошла, и ворчливый голос ответил:

– Ничего не покажу! Нечего было кулаком по столу стучать.

Васька погладила тарелку.

– Простите, пожалуйста. Царь Иван нечаянно кулаком стукнул, он больше так не будет.

Царь Иван удивлённо приподнял брови, но промолчал. Раньше ему и в голову не приходило, что можно просто извиниться. Он же царь, а царям не принято прощения просить. Даже ради родного сына не мог через себя переступить.

Последовала минутная пауза, наконец тарелка ответила:

– Хорошо, покажу. Но за это позовёте Данилу-мастера, чтобы меня склеил.

Рябь успокоилась, и на тарелке, как на экране телевизора, показалась мрачная пещера, на стенах и потолке которой росли сталактиты.

– Кажись, Кощея царство. – Царь Иван подтолкнул бабушку Марью.

– Да, его, – подтвердила она.

Все столпились вокруг стола, пытаясь получше разглядеть изображение.

– Проход на серебряный ключ Кощей запер. Ключ он хранит у себя на груди, – сообщила тарелка.

– Так я и думал! – вскипел царь Иван. – Чуяло моё сердце, что без него здесь не обошлось.

Он оглядел Витю с ног до головы и промолвил:

– Значит, так, внучок, на тебя вся надежда – тебе к Кощею идти. Я уже стар, а сын мой, Иван-царевич, сам знаешь где. Хотя… Слабоват ты без сказочного дара, но с тобой кот Баюн и кикиморка отправятся.

Витя растерялся: как это он пойдёт?! Во-первых, он ещё ребёнок, во-вторых, у него сказочного дара нет! Куда ему против Кощея? Тот же бессмертный. Да и сражаться, наверное, умеет. И бабушка Марья молчит, за него не заступится.

– А что я Кощею скажу? – срывающимся голосом произнёс мальчик.

– Ничего говорить не надо. – Царь Иван прошёлся по библиотеке. – Сначала отправитесь на Кудыкину гору, скоро папоротник распустится. Сорвёте цветок, он вам дорогу к кладу откроет…

При слове «клад» Витя насторожился. Что ни говорите, а любой мальчишка и любая девчонка мечтают найти настоящие сокровища: золотые монеты и цепи, украшенные камнями короны и драгоценные перстни. Васька тоже размечталась, даже рот открыла. Но уж больно легко всё на словах выходит.

– Там меч-кладенец скрыт, – продолжал царь Иван. – Вы его достанете и дальше пойдёте, к Кощею. С мечом даже он спорить не будет.

Витя успокоился: похоже, дедушка прав. Меч-кладенец – это реальная сила. Он сам вместо воина биться может. Только командуй. Так что придётся идти на Кудыкину гору. Заодно и русалкам наказ Водяного передаст.

– Вроде нетрудно это, – пожал плечами Витя. – Только как мы Кудыкину гору сыщем? И ещё – папоротники же не цветут.

– Это у вас они не цветут, – улыбнулась бабушка Марья. – А у нас в ночь на Ивана Купала всё вокруг усеяно алым цветом.

– Помнишь дорогу? – спросил царь Иван у Баюна.

– Мурр, конечно, – почесал за ухом кот. – Чего её не помнить? Сядем на вашу самоходную лодку, она и довезёт. Если дадите.

– Дам, – пообещал царь Иван, – а пока в путь собирайтесь. Сходите на ярмарку, купите, что в дорогу надо.

В голове у Вити всё перепуталось. Он пытался разобраться в мыслях, но ничего не выходило. Только нашёл бабушку с дедушкой, как уже предстояло отправляться в дорогу. А вдруг у них ничего не получится? Что тогда? Или Кощей его убьёт? У Вити даже в глазах потемнело от страха. Но он отмахнулся от опасений: справится! Он же не один.

Они неспешно спустились к реке, огибавшей город с севера. Там расположилась ярмарка. Деревянные прилавки были украшены гирляндами воздушных шаров, яркими флагами и цветами. Сквозь шум и гвалт доносились отдельные слова: «Кому калачи? Прямо из печи. Свежие, горячие. Подлетай, не зевай, только рот разевай!» «А вот свежее молоко, густые сливки, нежнейший творог – с ними вкусен пирог»…