Лада Кутузова – Серебряный лес (страница 35)

– Кукольный магазин, – Шейла прилипла к одной из витрин.

Она смотрела на куклы так, что Летц понял: нужно обязательно войти внутрь, пусть еды там точно нет.

Для кукол был выстроен настоящий дворец, по-другому помещение магазина Летц назвать не мог. Все блестело и сверкало позолотой. Куклы стояли в отдельных нишах, к ним прилагались кукольные домики со всем содержимым. Возле одного даже Майкл задержался: тот был размером с коробку из-под газонокосилки.

Летц подошел к домику. Внутри того наличествовала кухня, обставленная шкафчиками с посудой, электроплитой и мойкой. На миниатюрном столике стояла ваза с цветами, на окнах висели занавески. Ванных комнат в домике было целых три! Отделанные кафелем с душевыми кабинками и гидромассажными ванными. Уютные спаленки, тренажерный зал, гостиная комната… Летц не отказался бы жить в таком доме!

Населяли домик три куклы: мама, папа и дочка. Все они походили на уменьшенные копии людей. У папы даже были настоящие, а не нарисованные усы, а на одном носке протерлась пятка. Будто кто взял и скопировал настоящий дом с людьми, сделав из него игрушечный.

Шейла зависла возле витрины с куклами. Тут находились Тильды, Вальдорфы, шарнирные куклы, куклы с фарфоровыми личиками, пупсы, похожие на настоящих детей. Шейла смотрела на них, как зачарованная. Летц снял с полки одну из Тильд и сунул Шейле в руки:

– Подержи хотя бы.

Она взяла куклу, все еще не веря.

– Я даже не знала, что бывают такие игрушки, – в ее голосе слышалось потрясение.

– У меня мама увлекалась, – ответил Летц. – Но коллекцию пришлось продать: она не помещалась в бункере. Мама оставила только одну Тильду и мишку Тедди, не смогла с ними расстаться.

– Ага! – до Шейлы, наконец, дошло. – Хочешь, чтобы я что-то взяла?

– Ну да, – подтвердил Летц. – Возражать некому.

Теперь Шейла прицельно ходила по магазину и долго разглядывала куклы. Все усложнялось тем, что выбор был слишком велик. Среди тех же Тильд были и феечки, и котята с лосями, и забавные мышки. Летц следовал за ней, он смотрел не на куклы, а на Шейлу: пока она не замечает, он мог любоваться ею, сколько влезет.

– Давай ты! – попросила Шейла, и Летц понял: будь ее воля, она запихала бы все игрушки в мешок и утащила бы с собой.

Он снял с полки фею-Тильду в пышном платье, подбитом кружевами.

– Считай, что ты начала собирать собственную коллекцию, – произнес Летц, и Шейла мечтательно улыбнулась.

Улыбка шла ей удивительным образом: лицо Шейлы смягчалось, она сразу открывала свою сущность: роза, которой пришлось отрастить шипы.

– Там еще машинки есть! – до Летца донесся голос Майкла. – Я, когда увидел, афигел!

В соседнем помещении на полу располагалась железная дорога, по рельсам спешил поезд, он испускал пар, его фары горели. Рядом по крутым горкам носились гоночные машинки. За закрытыми витринами шкафчиков находились коллекционные автомобили. У них открывались и закрывались двери, крутился руль.

Летц представил, какую истерику закатывали лети, попавшие в этот игрушечный рай! Наверное, их выносили отсюда, ухватив за руки-ноги, под дикий визг и завывания. Он усмехнулся: он бы и сам, наверное, упал бы на пол и отказался бы отсюда уходить. Хотя Мики в этом равных не было. Младший брат обладал бульдожьей хваткой, когда дело касалось развлечений. Мики с упорством добивался благ для себя и Летца.

С сожалением они покинули магазин, Летц не удержал и взял крохотную копию кабриолета – на память. Ну что же, они с Шейлой, похоже, оба обзавелись хобби на ближайшие годы. Послышалась музыка. На городской площади расположился парк аттракционов. Под веселую мелодию и горящие огни кружилась карусель с белыми лошадками. Крутилось колесо обозрения, раскачивались качели. До Летца дошло: этот город был мечтой ребенка!

– Или злой ведьмы, которая заманивала сопливых детишек сладостями, игрушками и развлечениями, – добавил Майкл, когда Летц поделился своими соображениями вслух.

Летц кивнул: тоже хорошая версия.

– Ну что, по кофе с пирожным и пошли? – спросил Майкл.

Летц согласился: здесь делать нечего. Они проверили несколько квартир, но в тех даже мебель отсутствовала. Можно было, конечно, тут переночевать – все же крыша над головой, но Летц уже уяснил: в дороге намного безопаснее. Поэтому лучше покинуть город до наступления темноты.

В этом кафе ребята обнаружили стенд с газетами, Летц успел цапнуть их первым. Он просмотрел местные новости: когда-то город был вполне обитаем. Речь в газете шла о предстоящем ремонте дорог, о благоустройстве города и открытии туристического сезона. Большая статья была посвящена истерическим приступам детей, случавшихся с теми в магазинах и кафе.

«Не секрет, что в последнее время город охватила эпидемия ломак. Так назвали приступ, когда ребенок ломает все, что попадет ему под руку, если не получит желаемое. Дети бьются в истериках, их родители пьют валерьянку литрами и сами близки к срыву».

– Странные такие, – заметил Майкл, когда Летц прочел вслух начало статьи, – отгрохали крутой магазин игрушек, а потом удивляются, что дети уходить оттуда не хотят.

«На фоне всеобщей эпидемии ломак выделялась дочь мэра – Генриетта. Это благоразумная особа пяти лет, от которой никто ни разу не видел неподобающего поведения. Генриетту ставили в пример остальным детям».

– Представляю, как эти остальные дети ненавидели несчастную Генриетту, – заметила Шейла.

«Но недавно случилось непонятное: сам мэр и его супруга бесследно пропали, оставив Генриетту в одиночестве. Девочку приютила родная тетя, у которой не было собственных детей. Но через пару дней случай с исчезновением повторился».

Летц заинтересовался: какой-то детектив. Интересно, как это связано с эпидемией ломак? Оказалось, никак, статья заканчивалась вполне обычно: «Мэрия обращается к горожанам: кто готов приютить Генриетту? Желающим просьба обращаться…»

Летц свернул газету и посмотрел на фотографию девочки: милая малышка. В клетчатом платье, бантом в голове и с тремя куклами в руках. Видимо, тоже собирает свою коллекцию. Прикольное совпадение. Он открыл следующий выпуск новостей.

Там сообщалось о пропаже фотографа. «С прискорбием сообщаем, что бесследно исчез мистер Ноутбек. Никто не видел его после того, как мистер Ноутбек сдал материал по предыдущему репортажу. Надеемся, что скоро его местопребывание будет обнаружено». В этом же номере была и свежая статья о Генриетте: «Малышку Генриетту взяла под опеку многодетная пара. Теперь Генриетта станет членом семьи из шестерых детей». Тут же была помещена фотография девочки: она сжимала куклу-фотографа.

Летц отложил газету в сторону и медленно колупался в пирожном – похоже, наелся сладкого на года вперед – когда с улицы послышалось:

– Та-а-ак, кто-то взял мои марципановые фигурки. И куколку.

Голос принадлежал ребенку – девочке, но Летц поперхнулся и закашлялся: похоже, посещение кафе стало лишним. Нужно было уходить сразу, как приняли решение.

Летц осторожно выглянул из двери: никого! Теперь следовало незаметно покинуть город.

– Ай-я-яй! – раздалось откуда-то сверху. – Это очень нехорошо – брать чужое!

Летц задрал голову: над домом возвышалась девочка-с-гору, она стояла, уперев кулаки в бока, ее лицо излучало недовольство. При виде Летца выражение лица сменилось на восторженное, и девочка завопила: «Куколка!» Летц нырнул обратно в кафе.

– Что там? – Майкл хотел высунуться наружу, но Летц втянул его обратно.

– Ребенок, – нервно хихикнул он, – для которого собраны все эти игрушки и карусельки. Только очень огромный ребенок. И похоже, это та самая Генриетта, про которую была статья.

Потемнело: Генриетта склонилась над зданием и заглянула в витрину. Летц и его друзья залезли под стол. На полу валялся газета, которую Летц не успел прочесть – видимо, ребята смахнули ее со стола, когда прятались. Заголовок гласил, что найден источник эпидемии ломак. Летц раскрыл нужную страницу. «Именно Генриетта являлась эпицентром эпидемии, которая охватила детей! – сообщали новости. – Мало того, все усыновившие Генриетту бесследно пропали! Мы подозреваем, что они стали частью ее коллекции кукол. Город охватила паника, многие горожане покинули его. Ведь Генриетта научилась менять рост по своему усмотрению, двоих наших граждан она просто затоптала, когда полицейские пришли, чтобы арестовать ее».

Пазлы сложились. Теперь все стало ясно насчет игрушечного магазина и странного выбора кафе. Пора было последовать примеру горожан и убираться прочь отсюда.

– Тут должен быть второй выход, – предположил Летц, – ну или выпрыгнем в окно с другой стороны дома.

Они поползли в сторону подсобного помещения. Послышался звон разбитого стекла.

– Куколка, ты где? – по полу начала шарить рука Генриетты. – Иди ко мне, я отнесу тебя в магазин.

Летц замер: рука перекрывала проход, но если она потянется в тот угол, где они спрятались, то ничего хорошего не выйдет. Ему пришла в голову идея: он снял с себя бурдюк и, пригибаясь, направился в сторону руки. Когда пальцы вновь начали ощупывать пол, Летц сунул в них бурдюк с водой.

– Куколка! – восторженно завопила Генриетта и потащила бурдюк с водой наружу.

Летц с друзьями рванули в подсобку. Прямого выхода оттуда не имелось, пришлось подниматься на второй этаж, а затем по коридору бежать к черному ходу.