Лада Карицкая – Экспрессивные ресурсы публицистики (страница 6)
Проведя анализ газетной экстралингвистики как системы, совокупно отражаемой и выражаемой газетным языком, ученый показал, что она формируется вокруг единства организующе-воздействующей функции убеждения и информационно-содержательной функции сообщения. В моделировании этого основного соотношения, сопряженного со взаимодействием интеллектуального и эмоционального начал и условиями существования газеты, и следует искать конструктивный принцип, создающий газетный язык как функционально-стилевое единство употреблений литературного языка или совокупности языковых приемов и средств, традиционно обслуживающих данную сферу общения. Воплощением этого принципа в тексте является чередование стандартизованных и экспрессивных конструкций (Костомаров, 1971).
После 1985 года в исследованиях В.Г.Костомарова, Г.Я.Солганика, О.П.Ермаковой, М.В.Панова, А.Д.Васильева и других отмечается демократизация языка «перестроечной» прессы, вызванная изменившимися общественно-политическими условиями.
Поскольку стилистика и сама сущность стиля непосредственно связаны с коммуникативным аспектом языка и с проблемами его употребления, языковой спецификой газеты в большей степени занимается стилистика. В последние годы большой вклад в изучение публицистической речи сделали В.Г.Костомаров, Г.Я.Солганик, А.Д.Васильев, А.П.Сковородников, А.Н.Чудинов и другие.
Наблюдая за стилем современной периодики, специалисты отмечают: диалогичность; усиление личностного начала; стилистический динамизм; феномен «переименования»; сочетания резко контрастных стилистических элементов не только в пределах текста, но и в пределах словосочетания (словосочетания строятся как семантические контрасты, что сдвигает, изменяет значение слова). Слово становится «метафорическим, метонимическим, сужает или расширяет свое значение» (Панов, 1988:50).
Были отмечены и другие явления и тенденции: резкое расширение состава участников массовой и коллективной коммуникации (приобщение новых слоев населения к роли авторов, к роли пишущих для газет и журналов); резкое ослабление цензуры и самоцензуры; усиление личностного начала в речи и возрастание диалогичности общения, как устного, так и письменного; расширение сферы спонтанного общения – не только личного, но и устного публичного; изменение важных параметров протекания устных форм массовой коммуникации; изменение ситуаций и жанров общения и в области публичной, и в области личной коммуникации; резкое возрастание психологического неприятия бюрократического языка прошлого (новояза); появление стремления выработать новые средства выражения, новые формы образности, новые виды обращений к незнакомым; возрождение наименований тех явлений, которые возвращаются из прошлого, запрещенных или отвергнутых в эпоху тоталитаризма (Земская 1996: 12—14).
Поскольку в газетах употребляются разнообразные лексические, фразеологические, грамматические и стилистические средства языка, дать системное описание современного языка газеты довольно трудно. В своей работе Г.Я.Солганик выявил его существенные черты и доказал, что газетная лексика представляет собой особым образом организованную систему (Солганик, 1968, 1981).
По его мнению, «социальная оценочность» языковых средств выступает как главная особенность газетно-публицистического стиля, проявляющаяся на всех уровнях его языка, особенно в лексике. Так как вопросы, освещаемые в газетах, имеют политическое содержание, политическую окраску, то и выбор языковых средств, обусловленный во многом их социальнооценочными качествами и возможностями с точки зрения эффективного и целеустремленного воздействия на массовую аудиторию, носит осознанный и вполне целенаправленный характер. Однако в одной из последующих работ Г.Я.Солганик указал, что под влиянием социальных обстоятельств оценочность принимает несколько иные формы. Сфера распространения оценочности в сравнении с предшествующим периодом сужается, степень ее выраженности снижается. В условиях отсутствия четких политических ориентиров трудно давать оценку изменениям в общественной и политической жизни, что не может не сказываться на газетной лексике. В обществе идут поиски новой идеологии, поэтому активны и поиски новой оценочности, процессы ее формирования. Общее направление этих поисков определено как ослабление прежних резко положительных или резко отрицательных оценок (Солганик 1996:15—16).
В этот период начинают появляться исследования текстов региональных газет. Так, В. В. Кочетковым произведен анализ газетных текстов г. Шуи (Ивановская область). По его мнению, «одно из основных отличий связано с временным запаздыванием местной прессы в освоении новых реалий языка по сравнению с прессой метрополии» (Кочетков, 1999:135) Языковые элементы и структуры, освоенные и активно используемые в центральной прессе, остаются новациями в прессе провинции (например, особенности языковой игры). Однако это временное запаздывание неравномерно. Наряду с новациями активно используются элементы, являющиеся архаизмами в языке метрополии. «Таким образом, создается
Новейший этап в развитии газетно-публицистического стиля и в его изучении нами определен с начала ХХI века. Этот период продолжается по настоящее время. В новейший период выявление особенностей газетно-публицистического стиля основано на изучении языка СМИ и ведется в таких направлениях, как: «Язык СМИ и речевое манипулирование» (14, 39, 51, 52, 59, 76, 77, 78, 79, 134, 136, 144, 215, 218), «Стилистические особенности языка СМИ» (27, 80, 101, 102, 103, 105, 162—173, 217, 218), «Когнитивный аспект исследования текстов СМИ» (10, 57, 110, 218), «Язык СМИ и культура» (23, 24, 47, 56, 61. 85, 115, 156, 195, 218), «Язык СМИ и межкультурная коммуникация» (54, 71, 89), «Язык СМИ и политика» (25, 49, 67, 68, 81, 140, 141, 181, 190, 198, 204—207, 211, 218, 219) и других.
Новейший этап в развитии газетно-публицистического стиля характеризуется увеличением количества изданий (в том числе специализированных), обслуживающих интересы различных социальных групп, и необходимостью выполнять социальный заказ. СМИ становятся ареной борьбы за власть, средой существования политических коммуникаций различной направленности. Специалистами отмечено увеличение количества стилевых манер газет, изменения в системе жанров, развитие оценочности, взаимодействие различных пластов лексики, немыслимое ранее, становление новой лексической системности газеты (Солганик, 2002: 39).
«Язык газет – это подвижная, динамичная, постоянно изменяющаяся структура, развивающаяся по своим законам, но зависящая от социально-культурных условий жизни данного общества и вынужденная считаться с требованиями, которые обращает к ней общественная среда» (Юэхуа, 2003: 31).
Е.А.Земская характеризует эволюцию газетно-публицистического стиля федеральных изданий как «перемещение лексических элементов из периферийных сфер языка в центр системы. Это жаргон, разговорные элементы, просторечие. Названные элементы объединяются по признаку „сниженность“ в сравнении с нейтральным уровнем литературного языка. Они широко употребительны и в языке газеты, и в теле- и радиовещании, и в речи образованных слоев населения, применяются как средство экспрессии» (Земская, 2004:515).
Изменившиеся потребности читателей приводят прессу к ее качественной дифференциации (изменению социально-коммуникативных установок газет). Ориентация на разные целевые группы оказывает влияние как в смысле содержания (отбор фактов), так и в плане формы (характера функционирования языковых средств). Так, одной из отличительных черт газеты «Комсомольская правда» является повышенная частотность употребления разговорных, просторечных, жаргонных слов, а также «гипероценочность и фамильярная адресованность» (Какорина, 2003:423).
Анализ федеральных СМИ показал актуализацию во всех газетах экспрессивности, причины которой специалисты объясняют: изменениями статусов журналиста и читателя (с субъектно-объектных на субъектно-субъектные) (Дзялошинский, 1989:8), свободой слова, когда язык уже не рассматривается как инструмент идеологического воспитания масс (Какорина, 2003:421); двумя гранями авторского «я» как главного стилеобразующего фактора публицистического текста (человек социальный и человек частный) (Солганик, 2002:40); усилением диалогичности речи.
Отмечается активность лексических процессов в печатных СМИ. «По сравнению с другими разновидностями литературного языка в газете процессы изменения, обновления лексики наиболее активны» (Солганик, 2002:40). В их числе специалисты называют: деактуализацию значений, отражающих советские реалии; деидеологизацию лексики; политизацию некоторых групп лексики и наоборот – деполитизацию некоторых политических терминов; активизацию некоторых семантических моделей, выражающих оценку личности как общественного явления; метафоризацию как выражение оценки общественно-политической ситуации; разрушение прежней смысловой корреляции и возникновение новой. Процесс деполитизации проявляется в освобождении значений некоторых слов от идеологических смысловых приращений, в снятии пейоративной окраски, которая была обусловлена восприятием денотата сквозь призму коммунистической идеологии, или, напротив, в появлении неодобрительной или иронической окраски в связи с идеологическими коннотациями. В сферу политических контекстов втягиваются слова, изначально не имевшие отношения к политике (разрядка, демонтаж, застой, раунд); лексика, недавно вошедшая в политические контексты, уже используется в разговорной речи в контекстах, далеких от политики (консенсус как согласие в семье); различие политических оценок событий и их участников отчетливо выражается в семантическом процессе превращения некоторых собственных имен в нарицательные в форме множественного числа; повышенную метафоричность языка современной прессы (Ермакова, 1996:42—47).