Лада Ипатэль – От Любви до Ненависти и Обратно (страница 5)

— Он у меня тренированный! — возмутился Адам.

— Видно! — язвительно бросила она.

— Спасибо, я старался! — с неприкрытой гордостью ответил он.

Эмилия метнула импульс — он поймал его рукой и рассеял. Затем подошёл ближе. Слишком близко.

— Скажи уже, за что ты меня ненавидишь, — потребовал Адам, неожиданно серьёзно.

— Отойди, — процедила Эмилия.

— Нет, — упрямо ответил он.

— Отойди, чёрт тебя дери, — сквозь зубы повторила она.

— Обожаю, когда ты вежлива, — довольно усмехнулся Адам.

— Я тебе сейчас лицо перекрою! — пообещала она с убийственным спокойствием.

— Мне говорили — мне идёт новое, — невозмутимо отозвался он.

Её магия вспыхнула — золотой резонанс прошил его поле. Чёрное пламя стало плотным как металл. Трибуны замолчали. Адриан перестал шутить. Стайлз — тоже.

— Вот это уже плохо, — тихо, с нехорошим пониманием сказал ректор.

Адам смотрел на неё — уже без смеха, без привычных насмешек.

— Ты меня усиливаешь на уровне пары связки, — медленно произнёс он, не сводя с неё взгляда.

— Заткнись, — зло бросила Эмилия.

— Это редкость, — упрямо продолжил он.

— Мне насрать, — отрезала она.

— Врёшь, — спокойно, почти мягко сказал Адам.

— Пошёл к чёрту! — вспыхнула Эмилия.

— Я там прописан, — автоматически огрызнулся он.

Взрыв силы — купол вспыхнул ослепительным светом. Адриан резко поднялся на ноги.

— Всё. Стоп бой.

Эмилия тяжело дышала. В груди всё ещё бушевала магия. Глаза — злые, блестящие.

— Ненавижу тебя, — тихо, но с такой искренней яростью сказала она, что на мгновение стало совсем тихо.

На этот раз Адам ответил не сразу. Потом всё же усмехнулся — устало и немного горько.

— Это взаимное притяжение. Просто у тебя словарный запас мрачнее.

Эмилия наградила его убийственным взглядом, резко развернулась и ушла с арены. Стайлз проводил её взглядом и шумно выдохнул:

— Ну если они не поженятся — я съем кафедру.

Адриан даже не повернул головы.

— Начинай с ножки. Она мягче, — сухо посоветовал он.

Глава 4

Академия жила по трём законам:

Первый — магия велика. Второй — студенты глупы. Третий — если что-то взорвалось — это видели все. К обеду новость уже имела семь версий, три легенды и одну балладу:

«Чёрный дракон и золотая ведьма пытались сжечь арену из-за несчастной любви».

— Я бы послушал эту версию, — с искренним интересом сказал Стайлз. — В ней я наверняка самый красивый.

— В ней ты погибаешь первым, — невозмутимо заметил Адриан.

— Несправедливо, — оскорбился Стайлз.

— Реалистично, — безжалостно уточнил Адриан.

Кабинет ректора.

Адриан сидел за столом, скрестив руки перед собой. Напротив, стоял Адам.

— Ты устроил магическую аварию уровня «доклад Совету», — устало сказал ректор.

— Это была учебная сцепка, — немедленно возразил Адам.

— Это была попытка прожарить купол, — сухо поправил его Адриан.

— Купол выдержал, — пожал плечами Адам.

— Купол плакал.

— Я слышал, — серьёзно кивнул Адам.

— Не шути, — предупреждающе произнёс Адриан.

— Если я нервничаю — я шучу, — честно признался Адам.

— Ты всегда шутишь, — вздохнул ректор.

Адам лишь развёл руками. Адриан прищурился.

— Ты понимаешь, что у вас резонанс парной связки?

— Да, — без особого энтузиазма подтвердил Адам.

— Ты понимаешь, что она тебя ненавидит?

— Очень, — мрачно согласился он.

— Ты понимаешь, что это хуже?

— Я начинаю подозревать, — с обречённым видом ответил Адам.

Дверь распахнулась. Эмилия вошла без стука и без настроения. С аурой «я сейчас кого-нибудь прокляну».

— Вызывали? — холодно спросила она.

— Да, — спокойно сказал Адриан. — И, прежде чем ты начнёшь — мебель казённая.

— Жаль, — без тени сожаления ответила Эмилия.

Адам немедленно ухмыльнулся:

— Я бы увернулся.

— Не факт, — отрезала она голосом, напоминающим далёкий раскат грома.

Адам широко улыбнулся и обвёл их рукой: