Лада Ипатэль – Кто ж знал? (страница 17)
Ребята вышли из аудитории вместе — уставшие, но довольные. Сумки через плечо, свитки торчат из карманов, в голове ещё щёлкают формулы.
Коридор гудел голосами — смена потока.
— Если меня сегодня ещё раз попросят «быстро посчитать», — сказала Мия, — я быстро прокляну.
— Не быстро, а качественно, — поправил Ким.
— Спасибо за поддержку.
Они уже сворачивали к лестнице, когда из ниши впереди донёсся разговор:
— …Мия? Да она строит из себя недоступную, а сама только и крутится возле сильных парней.
— Конечно. Видела, как она на полигоне рядом с Лиамом всё время тёрлась?
— Такие всегда выбирают, за кого зацепиться.
Мия замедлила шаг. Лицо стало каменным. Амелия уже собиралась повернуть — но Ким прошёл вперёд первым. Спокойно. Без резких движений.
— Повторите, — сказал он.
Две девушки обернулись.
— А ты кто, защитник?
— Да.
— Мы просто говорим.
— Вы просто врёте.
— Тебя забыли спросить.
— Зато я пришёл напомнить.
Голос ровный. Без крика. Но твёрдый.
— Если у вас есть претензии — говорите человеку в лицо. Если нет — держите язык за зубами. Это не сложно даже для вас.
— Она тебе кто вообще?
— Человек, которого вы обсуждать не будете.
Пауза повисла тяжёлая.
— Поняли?
Они отвели глаза.
— Поняли.
— Отлично. Рад вашему внезапному развитию.
Ким развернулся и пошёл обратно, будто разговор занял три секунды и не стоил внимания.
Мия стояла неподвижно.
— Пошли, — сказал он обычным тоном. — Мы на обед опоздаем.
Она моргнула:
— А… да.
Они прошли дальше. Несколько шагов в тишине. Потом Мия наклонилась к Амелии и шёпотом сказала:
— Мне это понравилось.
— Что именно? — так же тихо спросила Лия.
— Как он это сделал.
Амелия улыбнулась уголком губ:
— Он умеет быть стеной.
Мия выдохнула, будто признаваясь самой себе:
— Очень даже умеет…
— Я всё слышу, — сказал Ким, не оборачиваясь.
— Иди вперёд, стена, — ответила Мия. — Не зазнавайся.
— Поздно.
И всё же он шёл чуть прямее, чем обычно.
Амелия заметила это не сразу. Сначала — мелочи. Такие, которые легко пропустить, если не смотреть внимательно.
Ким стал чаще поворачиваться к Мие, когда та говорила — даже если говорил кто-то другой. Ловил её реакцию на шутки. Запоминал, что она любит в чае больше мяты, чем мелиссы. Незаметно пододвигал к ней нужные свитки раньше, чем она просила.
Слишком много «случайностей».
В тот вечер они снова сидели в гостиной — книги, конспекты, мягкий свет кристаллов. Мия увлечённо объясняла решение, размахивая карандашом как указкой.
— Нет, вы не понимаете — если сместить якорь сюда, поток не рвётся, он скользит!
— Он не скользит, он истерит, — сказал Ким.
— Это потому, что ты считаешь грубо!
— Я считаю надёжно.
— Ты считаешь, как топор!
— Зато работает!
Она возмущённо фыркнула — и у неё смешно сморщился нос.
Ким на секунду завис. Вот прямо завис.
Лия это поймала. И медленно опустила взгляд в тетрадь, пряча ухмылку.
Через десять минут Мия потянулась за кружкой — не достала — Ким, не глядя, подал ей.
— Спасибо.
— Угу.
Он даже не посмотрел — но угол рта дрогнул.
Позже, когда Ким вышел за горячей водой, Мия продолжала что-то объяснять — увлечённо, ярко — и только тогда заметила, что Лия смотрит на неё слишком внимательно.
— Что?