Лада Ипатэль – Кто ж знал? (страница 13)

В оружейной пахло металлом, маслом для клинков и старым деревом. За высокими стеллажами поблёскивали десятки мечей, кинжалов и тренировочных копий. Вечерние лучи солнца проникали через узкие окна, ложась золотистыми полосами на пол.

Амелия как раз возвращала на место тренировочный меч, когда за спиной раздался знакомый голос:

— Вы специально меня провоцируете, — сказал Каин.

— Вы специально ко мне придираетесь.

— Вы слишком много себе позволяете.

— Вы слишком много на себя берёте.

— Я ректор.

Это прозвучало так серьёзно, что Амелия не удержалась.

— А я не впечатлена.

Пауза.

В оружейной повисла тишина. Где-то в дальнем углу тихо звякнул металл.

Каин несколько секунд просто смотрел на неё. Внимательно. Слишком внимательно. От этого взгляда ей всегда становилось не по себе. Будто он видел больше, чем показывал. Будто замечал её эмоции раньше, чем она успевала их спрятать.

— Врёте, — спокойно сказал он.

— Докажите.

— Уже работаю над этим.

Амелия раздражённо фыркнула и отвернулась к стойке с оружием. Но почему-то вместо привычного удовлетворения от очередной словесной победы внутри поселилось странное волнение. Совершенно ненужное. Совершенно неуместное.

Поэтому из оружейной Амелия ушла гораздо быстрее, чем собиралась. А Каин ещё несколько секунд смотрел ей вслед, сам не понимая, почему каждый разговор с этой невозможной девушкой запоминается ему лучше десятка других за целый день.

Коридор, вечер

Большинство студентов давно разошлись по общежитиям, и теперь лишь редкие шаги нарушали тишину старого замка. Свет магических кристаллов мягко ложился на каменные стены, разгоняя сумрак.

Амелия шла быстро. Очень быстро. Не потому, что куда-то опаздывала. Просто ей хотелось добраться до своей комнаты раньше, чем её догонит один слишком наблюдательный ректор.

Не помогло.

— Вы избегаете меня, Кайр.

Голос прозвучал за спиной неожиданно близко.

Амелия мысленно застонала и даже не стала оборачиваться.

— Неправда.

— Тогда почему ускоряете шаг?

В голосе Каина слышалась плохо скрытая уверенность человека, который уже знает ответ.

Амелия раздражённо выдохнула. Проклятье. Этот человек замечал всё, что ей хотелось скрыть.

— Потому что вы идёте медленно.

Позади послышался негромкий смешок. Тихий. Почти ленивый. И от этого почему-то ещё более раздражающий.

— Я подстроюсь.

Амелия наконец повернула голову через плечо. Карие глаза встретились с её голубыми. Слишком довольные собой.

— А я — нет.

Уголок его губ дрогнул.

— Упрямая.

— Живучая.

Ответ вырвался раньше, чем она успела его обдумать. И почему-то Каину понравился.

Лия увидела это по взгляду. По едва заметной улыбке. По тому, как потеплели карие глаза.

— Это мы ещё проверим.

Амелия фыркнула.

— Вы уже два месяца проверяете.

— И два месяца не разочарован.

Шаги сами собой замерли. Она остановилась так резко, что полы мантии качнулись вокруг ног. Сердце почему-то пропустило удар. Всего на секунду. Но этого оказалось достаточно.

Каин тоже остановился.

Теперь между ними оставалось всего несколько шагов. Слишком мало.

Вечерняя тишина вдруг стала какой-то странной. Плотной. Почти осязаемой.

Амелия смотрела на него, пытаясь понять, действительно ли услышала то, что услышала. Или ей показалось. Потому что эти слова совсем не походили на обычную колкость. Что-то внутри предательски потеплело. И это ей совершенно не понравилось. Поэтому она первой нарушила молчание.

— Это было похоже на комплимент, магистр.

Она постаралась произнести это насмешливо. Легко. Но голос всё равно прозвучал чуть тише обычного.

Каин несколько секунд молча смотрел на неё. Так внимательно, что ей захотелось отвернуться. Потом едва заметно приподнял бровь.

— Не привыкайте.

Амелия хотела усмехнуться. Но улыбка получилась слишком искренней.

— Поздно.

На мгновение ей показалось, что он сейчас что-то ответит. Что-то важное. Но Каин промолчал. А она вдруг слишком отчётливо осознала, насколько близко они стоят. Услышала собственное сердцебиение. Заметила, как тёплый свет кристаллов отражается в его карих глазах. И это стало последней каплей.

Амелия резко развернулась и снова пошла вперёд. На этот раз почти сбегая.

За эти два месяца Ким больше не шутил на грани. Не подходил слишком близко. Не позволял себе ни намёков, ни «случайных» касаний. На занятиях — только по делу. Вежливо. Даже сухо.

Сначала Амелия решила — играет роль. Потом заметила — держит дистанцию даже тогда, когда никто не видит.

Однажды вечером он постучал в дверь их блока. Мия открыла — и удивлённо подняла брови:

— Ого. Гость.

— Я ненадолго, — сказал Ким. — Можно?

Амелия выглянула из гостиной:

— Если по делу — заходи.

Он вошёл, неловко почесал затылок — редкое для него выражение растерянности.

— Я должен сказать нормально. Не на бегу.

Тишина.