Л. Шэн – Принцесса Торн (страница 47)

Именно эта грань между ее беззащитностью и лукавством меня и зацепила. Хэлли олицетворяла собой противоречие. Красавица с нежной душой, которая не прочь пройтись шпильками по будущему Макса, лишь бы добиться желаемого. Изгнанная Ева. Необычное создание с двойственной натурой.

Наподобие меня.

Что напомнило мне кое о чем. Я не собирался увольнять Макса.

Бедняга стал пешкой в нашей извращенной игре. Но я планировал заставить его попотеть и сделать так, чтобы Хэлли Торн оказалась для него под запретом.

Что же касается игры с киской бывшей первой дочери Америки, то это единичный случай. Я абсолютно уверен, что Соплячка не выдаст нас своим родителям. Признание в том, что она развлекалась со мной, послужило бы дополнительным оружием против нее, а его и так хватало.

На следующее утро я проснулся с четким осознанием, что должен избегать ее, пока не разберусь в себе и не возьму под контроль свой член. В следующий раз, когда увижу Соплячку, я должен буду усадить ее и объяснить, что между нами больше не будет никакого «ничего».

Я схватил с тумбочки телефон. На экране высветилось имя Тома.

Не в этой жизни.

Не то чтобы я когда-то вообще собирался рассказывать ему о вчерашнем проступке. Но Том обычно приносил плохие новости, а мне нужно было выпить две чашки кофе, прежде чем разбираться с ним.

Я отклонил звонок, сел прямо и позвонил Максу. Тот ответил еще до того, как прозвучал гудок.

– Босс! – встревоженно поприветствовал он. – Слушай, я всю ночь не спал. Просто хотел сказать…

– Мне плевать, что ты там собирался сказать. – Надев тапочки, я направился к шкафу. – Единственная причина, по которой ты не уволен и не летишь эконом-рейсом обратно в Лос-Анджелес, заключается в том, что мы перегружены работой и у нас нехватка кадров. Но ты больше не должен прикасаться к клиенту, Максвелл.

– Я знаю, знаю. – В его голосе звучало отчаяние. Мне стало интересно, насколько высоко я забрался по шкале психопатов. Я совсем не чувствовал себя лицемером за свой проступок. – Не хотел, чтобы границы размылись до такой степени. Я просто… я имею в виду, она просто…

– Мешок проблем и упругих сисек. – Я распахнул шкаф, выбрал темно-серые брюки и бледно-голубую рубашку. – Даже не будь она так горяча, трогать ее все равно неправильно.

– Абсолютно. Даю слово. Больше никогда. – Наступила пауза. – Я пойму, если ты захочешь перевести меня на другое задание.

Перевести его было бы правильным решением. Но это показало бы Хэлли, что мне не все равно, что я ревную, а это заблуждение.

– Сегодня побудешь с ней в дневную смену, – объявил я, прекрасно понимая, что Соплячку удивит присутствие Макса после вчерашнего вечера. Что убедит ее в моем окончательном отказе. – У меня есть дела.

– В Далласе? – удивленно спросил он. – Хорошо. Можешь доверять мне, босс. Я не подведу.

– Знаю, что не подведешь. – Я просунул запонку через внутреннюю часть манжеты. – Потому что в противном случае я тебя убью.

Как только Макс появился в номере, я выскользнул наружу. Хэлли еще спала. Я сел в «Бугатти» и поехал в Плано, сонный далласский пригород, где люди обменивали души на бассейны в форме почек. Я решил арендовать «Бугатти» спонтанно, дабы напомнить себе, что Хэлли Торн не успела пробраться ко мне в душу. Вся ее экологическая деятельность и болтовня о глобальном потеплении заполонили мои мысли. Хотелось напомнить себе, что я люблю быстрые тачки, мясо и частные самолеты.

Я припарковался перед выложенным серым камнем особняком с видом на поле для гольфа и озеро. Вокруг дома, обнесенного белой изгородью, росли аккуратно подстриженные кустарники, а на лужайке перед входом валялись детские игрушки. На всех гребаных девяти ярдах.

– Сукин ты сын, Лоу. – Я покачал головой, обогнул «Бугатти» и постучал в дверь. Молодая женщина с налитыми кровью глазами распахнула ее, держа на руках почти голого ребенка с пухлыми ручками и ножками.

– Ты Рэнсом? – спросила она, затем зевнула.

– К моему ужасу, да.

Она сунула ребенка мне в руки.

– Лоуренс наверху, заканчивает телефонный разговор. Можешь зайти. А мне нужно в душ. Этого маленького самородка только что на меня стошнило.

Она повернулась и ушла. Я нахмурился, глядя на ребенка, который хмуро смотрел в ответ. Его выражение лица говорило: «Не спрашивай меня. Вы, ребята, здесь взрослые».

– Твоя мать чокнутая, – произнес я, ничуть не удивившись. У Лоуренса всегда был прозаичный вкус, когда речь заходила о представительницах слабого пола.

Я вошел внутрь, оценивая аристократические замашки на изысканный вкус, которым поддался мой хороший друг.

Несмотря на то что Лоу не хотел для себя того образа жизни, который выбрали мы с Томом, мы оставались близки. Он был нашим старшим братом во всех смыслах этого слова, и я никак не мог упустить возможность увидеться с ним во время пребывания в Техасе.

Я наклонился, чтобы положить крошечного человечка на игровой коврик в форме облака, когда услышал хрипловатый голос, доносящийся с мраморной лестницы:

– Тебе стоит завести такого же.

Я выпрямился.

– Игровой коврик или ребенка?

– Ребенка.

– Не люблю домашних питомцев. – Я вытер ладони и повернулся, чтобы посмотреть на друга. Лоуренс – здоровяк ростом шесть футов и четыре дюйма[27], с густой черной бородой и глазами цвета воронова крыла.

Он похлопал меня по плечу.

– Вижу, ты уже познакомился со Стасией и Эммануэлем.

– Очень близко и довольно лично. – Я прошел в его модную белую кухню и открыл холодильник. Меня встретили горы пакетиков с пюре и готовыми блюдами.

Это оказалось ошибкой. Я не мог просить у этого парня совета. Он уже совершил слишком далекое путешествие в Страну Семьи.

– Не надо так пугаться. Пиво в холодильнике в гараже. – Лоуренс закрыл дверцу перед моим носом. – Стасия должна спуститься с минуты на минуту. Мы можем посидеть там. Более уединенно.

Мы ждали, пока Стасия закончит принимать самый быстрый в истории душ. Затем, извинившись, удалились в гараж, где открыли пиво и уселись перед огромным плоским телевизором, настроившись на бейсбольный матч.

– Что привело тебя сюда? – Лоуренс отхлебнул пива. – И, пожалуйста, избавь меня от этой ерунды в духе «я-по-тебе-скучал». Мы видимся ровно два раза в год – оба раза, когда я бываю в Чикаго по делам.

Лоу работал спортивным агентом и хорошо себя зарекомендовал.

– У меня появилось задание в ваших краях. – Я почесал щетину.

– Ты объездил все штаты и никогда не добирался до пригорода. – Лоу хихикнул. – Всякий раз, когда появляешься, ты хочешь о чем-то поговорить.

Кроме Лоуренса, мне не с кем было вести беседы. Том тоже прекрасный слушатель, но он слишком близок ко мне.

Оглядевшись по сторонам, я пожал плечами.

– Удручающе тут у тебя.

– Тогда выкладывай, сынок, и убирайся отсюда.

Не имело смысла откладывать то, зачем я сюда пришел. Мне нужно было, чтобы кто-нибудь надрал мне зад.

– Я совершил ошибку.

– Насколько серьезную?

– На уровне огнестрела? – Я огорченно потер лоб.

– Интересно. – Лоу потер руки. – Я слушаю.

– Вчера я чуть не трахнул свою подопечную.

Лицо Лоуренса расплылось в огромной ухмылке.

– Отличные новости, приятель.

Он что, совсем разучился говорить по-английски?

– Ты слышал, что я сказал? – Я откинулся обратно на спинку, нетерпеливо подергивая ногой. – Я чуть не поимел всю операцию, не говоря уже о почти несовершеннолетней девчонке.

– Ты впервые потерял контроль. – Лоуренс поднял пиво, словно озвучивая тост. – Должно быть, она особенная.

– Она особенная, точно. Особый вид кошмара, – пробормотал я.

Его глаза распахнулись от восторга. Лоу изобразил пальцами квадрат, направив его на меня.

– Я обязан запечатлеть этот момент. Рэнсом Локвуд увлечен. Похоже, девчонка задала тебе жару. Она мне уже нравится.

– Она ребенок, – выпалил я, будто это Лоуренс вместо меня засовывал вчера пальцы в Соплячку.