Л. Эндрюс – Ночь масок и ножей (страница 38)

– Как рыбы в бочке. Мы будем окружены, если пойдем открыто. На городскую площадь ведут четыре улицы, и скидгарды смогут наброситься на нас со всех сторон.

– Ах, Вали, но я ведь именно на это и рассчитываю, – сказал я.

– Не объяснишь?

Они будут протестовать, но, когда мне в голову приходила идея, отвязаться от нее я уже едва ли мог. Если я знал, что решение верное, то оно цеплялось за мою грудь, как новое живое существо.

Я постучал по железной решетке над одной из вонючих канализационных труб.

– Я же не говорил, что мы пойдем над землей.

Малин сморщила нос так же, как и все остальные. Я закатил глаза. Кривы что, состояли из клятых особ королевской крови, что так боялись запачкать сапоги?

Я их проигнорировал и сдвинул решетку с проема.

– Това и Гуннар, вы будете нас прикрывать своими луками, пока мы не выберемся из центра города.

Два Крива обменялись мрачной ухмылкой и сжали луки, перекинутые через плечи.

– С радостью, – сказал Гуннар.

– Эш, – продолжал я. – Вы с Ханной берете Дагни и удостоверяетесь, что скидгарды вас слышат. – Ханна подняла барабаны, и я один раз ударил по тому, что был сделан из сыромятной кожи. – Убедитесь, что они идут к центру. Будьте готовы их запереть. А теперь, Дагни, объясни, куда ведут тоннели, так подробно, как только сможешь.

– Но я не очень хорошо знаю каналы на этой стороне, – упиралась она.

– А ты регулярно бродишь по канализации? – спросила Малин.

Я наклонил голову набок, улыбаясь.

– Дагни тайком выводит утешителей, не правда ли, Даг?

Ее глаза округлились.

– Не думала, что ты знаешь.

А с чего бы мне не знать? Дагни была в курсе, что я всегда следил за тем, чем заняты мои знакомые. Даже те, что на моей стороне.

– Тоннели? – вновь надавил я.

Дагни заломила пальцы.

– Как я и сказала, эту сторону я знаю плохо.

– Что ты знаешь?

Дагни погрызла ноготь на большом пальце и присела на корточки в грязи. Я последовал ее примеру. Она начала рисовать по земле, отмечая общую форму площади. Закругленный центр с фонтаном, казна, маленькое здание школы и жилые дома. От городской площади расходились четыре крытые дороги; они были единственными входами и выходами. На каждой стояла тяжелая штормовая дверь, отрезающая площадь от остального городка.

Пока мой мозг расписывал шаги, цели и задачи для каждого члена гильдии, я успел задать несколько вопросов. Я внимательно слушал, как Дагни описывала каждую деталь, что приходила ей на ум. Размер канализационных тоннелей, разные люки, повороты, углы, вплоть до того, насколько клятые тоннели могут быть заполнены.

Это сработает. Я поднял глаза, как только запомнил карту, и посмотрел на Кривов.

– Мы не доберемся до гнезда, если стражники бродят по улицам, в каком бы направлении ни двинулись, – сказал я. – Мы можем хитростью заманить скидгардов на площадь, а потом пройти под ними по тоннелям. Затем мы воспользуемся штормовыми стенами и запрем скидгардов в одном месте до тех пор, пока сами не выберемся на поверхность вот здесь, – я ткнул в самую северную метку на грязевой карте.

– А что, если вы не сможете двигаться достаточно быстро и сами окажетесь заперты за стенами, или если тоннели перекрыты и вы застрянете под площадью? – Дагни впилась пальцами в кружево своего платья.

– Това и Гуннар прикроют нас, если понадобится, – объяснил я. – Нам нужно увести скидгардов с дороги к гнезду, верно? Это лучший способ их сдержать. Но все равно придется работать быстро. Заперев стражников за воротами, мы лишь получим фору, только и всего.

Я встал, кровь разогналась в предвкушении нового поворота в нашем плане.

– Присмотри за ними, Даг, – я кивнул на Эша и Ханну, а затем свесил ноги в шахту канализации.

Дагни повела Эша и Ханну прочь. Това и Гуннар остались ждать под аркой, пока остальная гильдия, один за другим, не последовала за мной под улицы.

Канализации Скиткаста были широкими, с раздутыми кавернами, похожими на великие чертоги для крыс и паразитов.

Исак прижал ладонь к носу и оставлял ее до тех пор, пока не привык к запаху. Горячие, вонючие отходы обжигали мне горло, просачивались в легкие, и с каждым шагом ноги погружались в воду, доходящую до голени. На некоторых платформах повыше стояли стулья, была даже пара импровизированных кроватей, где Дагни укрывала беглых утешительниц, пока те не могли добраться до побережья.

Тоннель повернул за угол, и мы сделали пять шагов вниз, а затем три наверх. Отверстия люков, сквозь которые поочередно проникали пляшущие тени и свет, заставили меня напрячься и поскорее достать ножи. Ощущение стали в руке успокаивало мой до тошноты быстрый пульс.

В тоннеле была развилка. Я поднял вверх кулак, останавливая тех, кто шел позади. Трещины и выемки над головой заполнил устрашающий барабанный бой.

– Работает, – пробормотал Фиске. – Они идут. Слушайте.

Все замерло, от тишайшего журчания воды до мягкого дыхания Кривов. Никто не шевелился.

Перекрывая барабаны, в канализацию хлынули крики, как будто скидгарды находились здесь вместе с нами. Громкие команды. Мерный топот. Потолок над нами не был очень уж толстым, так что местами шорох сапог звучал буквально в нескольких шагах от нас.

– Еще шагов пятьдесят, и мы окажемся у последнего люка на северной стороне, – я указал на левый тоннель, припоминая грубую карту Дагни. Фигуры, линии, препятствия – я мог все это быстро запомнить, но как только фигуры дополнялись голосами и словами, в моем мозгу начинался хаос. – Будьте готовы защищаться.

Свободной рукой я вынул из ножен свой меч из черной стали и зашагал быстрее.

На середине нового тоннеля Раум выругался:

– Клятое пекло. Кейз, стой!

Мой желудок сжался, но я сделал шаг назад, пропуская Раума во главу колонны. Нахмурив лоб, он несколько мгновений рассматривал непроглядную темень, а затем проклял всех богов и обернулся ко мне.

– Поперек тоннеля стоит чертова стена, там только небольшая труба для воды. Даг, видимо, не знала.

Я терпеть не мог, когда мои планы, которые я четко выстраивал в голове, рушились. Но мы бы не прожили так долго, если бы Кривы не знали, как важно уметь менять курс.

Пойдем назад – столкнемся с неприятностями. Слишком много скидгардов, слишком мало открытых путей к гнезду Фалькинов. Но тогда нам оставалось только выбраться через люк над головой и попасть прямиком на площадь, куда барабаны сейчас загоняли этих гадов, собирая их в одну большую мерзкую кучу.

И все же это был наш лучший шанс, место с самыми широкими улицами и самым прямым путем к гнезду.

– Придется выйти на поверхность, – сказал я. Пульс стучал у меня в ушах. Кривы, как я знал, будут быстрыми, их инстинкты остры. Но я думал об одном человеке, не имея ни малейшего понятия, проявит ли она себя или падет в прямом столкновении со скид-гардами. Я прошел сквозь толпу Кривов, остановившись возле бледного лица Малин. – Знаешь, что делать в бою?

– А ты как думаешь?

Я наклонился поближе, чуть не касаясь губами ее уха.

– Сосредоточься на своей схватке. Пусть другие бьются в своих.

Ее язык пробежался по губам, когда я отстранился; каждый вдох был быстрее предыдущего, но она кивнула и крепче стиснула кинжал в руке.

Ухватившись одной рукой за перекладину лестницы, я обернулся.

– Бьемся до конца.

Затем я отвернулся и начал подниматься навстречу нашей новой схватке.

Глава 24

Повелитель теней

Мысленно я прокручивал каждый шаг. Выйти наверх. Пробежать через северную улицу. Закрыть штормовые ворота во всех четырех проходах. Запереть скидгардов.

Простой план. Мы будем передвигаться достаточно быстро. Нам придется.

Я собрал холодные тени. Гул месмера ускорил мои инстинкты, добавил сердцу сил. Страх надо мной кружил мне голову. Каждый всхлип, каждое содрогание, каждый удивленный вскрик остро ощущались на моем языке, и я впитывал их, становясь сильнее.

Когда я выбрался на поверхность, то увидел, что уже несколько дюжин скидгардов, вытянув мечи, стояли наготове в центре площади, вокруг большого каменного фонтана, изображающего Локи и его детей.

Я едва успел сориентироваться, когда один стражник уже закричал о том, что люк открылся.

Подобно реке черных чернил, я разлил свои тени вокруг скидгардов. Те, что помудрее, бежали от тьмы.

А те, что имели глупость быть храбрыми, остались стоять у нее на пути.

Темный месмер свивался вокруг лодыжек, запястий и шей. Боги, они пытались быть бесстрашными, но в них было огромное нежелание умирать. Я мог бы искупаться в мощном адреналине, когда их сердца зашлись в панике при твердом касании моей магии. Если бы я не спешил, я мог бы и поиграть с ними, попытать их немного. Использовать мою жестокость против их.