Квинтус Номен – Шарлатан V (страница 8)

— Шарлатан, я, конечно, понимаю, что ты свои писульки кому угодно не направляешь, но мне кажется, что и в том, что мне пишешь, слова все же стоит выбирать… соответствующие.

— А я именно соответствующие и выбираю. Соответствующие ситуации, а ситуация у нас, мягко говоря, достаточно хреновая. Вот и слова такими же получаются.

— Это ты от хреновости ситуации их называешь карлсоном и энгельсоном, так что ли?

— Именно так. Я не их одних готов так называть, у меня слова даже покрепче имеются. Но прежде чем названия обсуждать, я бы хотел сначала в суть вопроса слегка так углубиться. А суть у нас простая: что является основой марксизма и марксистской экономики?

— Ну… теория прибавочной стоимости. А у тебя другое мнение?

— Другое. Анализ, причем математически обоснованный анализ показывает, что основой всего марксизма-энгельсизма является теория деления людей по классам. Есть, мол, класс капиталистов-эксплуататоров, есть класс эксплуатируемых трудящихся.

— А ты считаешь иначе?

— В целом я насчет классов возражений не имею, за мелким, разве что, уточнением: я считаю, что есть класс эксплуататоров и есть класс эксплуатируемых. А вот является ли капиталист эксплуататором или нет — это надо еще посмотреть.

— Ну, начинай, рассказывай мне основы теории коммунизма.

— И расскажу, но для начала все же уточню: чем, с вашей точки зрения, капиталист отличается от некапиталиста?

— Ну, тем, что он владеет средствами производства.

— Ответ неверный. Владение средствами производства само по себе человека капиталистом не делает, и товарищ Сталин это неоднократно подчеркивал.

— Даже так? Наверное, я товарища Сталина не очень внимательно слушал и такие его высказывания пропустил. Знаешь что…

— Знаю. Но если вы меня сейчас захотите просто побить, то обращаю внимание: меня драться, причем по вашему же распоряжению, учили очень неплохо, так что в поединке я вас, скорее всего просто сам побью больно — хотя, уверен, и мне от вас изрядно достанется. Вот только ни мне, ни вам этого не нужно, поэтому мы, как люди цивилизованные и в чем-то даже воспитанные, беседу нашу в драку превращать не станем и ограничимся лишь словесными интервенциями. И для начала давайте все же слова товарища Сталина вспомним — а начнем их вспоминать вообще с конца двадцатых, и вот уже на основании этих воспоминаний — ну и результатов системного анализа — мы все же постараемся определить, что такое эти самые классы и как с ними бороться. А бороться придется изо всех сил, Иосиф Виссарионович не просто же так говорил, что классовая борьба при социализме лишь обостряется. Но прежде чем борьбу начинать, нам нужно точно определить, кто с кем и за что борется. Уверен, вы все поймете и вам можно будет уже пальцем в каждого врага по отдельности не тыкать…

Глава 4

Апрель шестьдесят первого года выдался напряженным, причем больше всего напрягалась Валька: она в начале года «сходила в декрет», причем так сходила, что в роддом ее прямо из рабочего кабинета увезли, а уже с начала апреля она снова буквально носом землю рыла на работе. Точнее, каждый день туда по паре раз бегала: в институте началась подготовительная работа к «большому эксперименту», согласно которому по новой методике с камышовыми пеллетами собирались подготовить чуть даже больше пяти тысяч гектаров полей (и половину из них — в Пьянско-Перевозском районе, причем готовить собирались поля «после свеклы», на которых, по идее, калия вообще остаться было не должно. В смысле, «исходного калия», а вот с удобрениями и его должно было хватить для «рекордных урожаев», но вот сколько на какое поле его (да и других удобрений) сыпать, как раз сейчас лаборатории и проверяли. И почему-то двоюродной нужно было вот прям лично проверить результаты проводимых там анализов!

А мне — кроме выгоняния Вальки с работы — одновременно приходилось еще сразу тремя исключительно «директорскими» делами заниматься. И первое заключалось в том, что в институте снова стало остро не хватать места для новых сотрудников (хотя здание, точнее даже комплекс институтских зданий) по виду и размеру мало чем отличался от центрального корпуса МИФИ. И это главным образом было вызвано тем, что верхний этаж центрального корпуса Валентина полностью заняла своими химлабораториями, так же она «прибрала» себе один из боковых корпусов, а теперь началась эпическая битва за помещения в центральном корпусе: двоюродная готовилась в начале лета набрать на работу еще почти сотню человек, а я тоже от нее в этом плане не отставал. Конечно, у меня тут было небольшое преимущество (из-за того, что я-то набирал людей в институтах, у которых выпуск проходил в начале весны в основном) — но Валька напирала на то, что «вот люди-то придут, а куда я их посажу»? А на мое предложение половину из вновьприбывающих отправить в «лабораторные корпуса» тепличного комбината отвечала сатанинским смехом и всякими не особо лестными для меня словами. И ведь с матерью очередного грудничка даже спорить было как-то неловко…

Второе дело было плотно связано с первым: новых сотрудников требовалось еще и где-то расселить. То есть понятно где, а дядька Бахтияр, все же вымогнув из меня место «главного архитектора поселка», эту проблему собирался довольно быстро решить — но ведь «быстро» — это понятие растяжимое, а растягивать его он собирался (по сугубо «климатическим причинам» аж до осени. А вариант «быстренько надстроить четвертый этаж над трехэтажными жилыми домами» точно был не вариант: мне старый (ему уж под семьдесят было) архитектор сказал, что дома те строились в расчете именно на три этажа с шириной дворов в тридцать пять всего метров, а для четырехэтажных «по уровням инсоляции» требуется уже никак не меньше сорока. Да и водопровод с канализацией с такой прибавкой уже могут не справиться…

Насчет водопровода и канализации я в принципе знал, но все же надеялся, что после постройки новой водопроводной станции и новой станции уже канализационной ситуация изменилась. Но на мое замечание старик просто процитировал мне всем известный текст Данте Алигьери и сказал, что проблема не в количестве воды и мощности канализационных отстойников, а в трубах, и без их полной замены в старом районе (ага, старом, третий год как выстроенном) ситуация с водоснабжением останется такой же паршивой, как и раньше. И ведь трубы-то заменят, но только лет так через несколько…

И с этой проблемой как раз Вальке было проще справиться: у нее-то новички летом появятся, и она для них на все лето «забронировала» общежитие техникума, а у меня новый народ уже стал приезжать, но во всем поселке было свободных только девять квартир. Мне Светлана Андреевна предложила забавный вариант решения этой проблемы: она сказала, что может «кандидатов» пару месяцев «проверять», а пока они пусть «дома поживут в ожидании вызова на работу» — но «кандидаты» ко мне ехали из МВТУ и из МИФИ, со всеми допусками, их особо проверять и не требовалось — а мне-то люди были нужны чтобы работать!

Пришлось прибегнуть к паллиативу: снова у стройплощадки поставили понаставили строительных вагончиков (благо, там все коммуникации уже были проложены и подключить сараюшки к «удобствам» особого труда не составило), но мне пришлось эти вагончики где-то сначала изыскать и в поселок доставить — а это тоже было не самым простым делом. А имеющиеся квартиры были предназначены только для семейных «новичков» с детьми, но и их людям предоставляли временно, так как все они были «малогабаритными двушками», предназначенными для «малосемейных»…

И с каждым приезжающим мне пришлось долго беседовать, объясняя им ситуацию: ведь приглашая их на работу мои «агенты» обещали им «комфортабельные квартиры» — а оказалось, что квартиры-то будут, но совсем не сразу… Впрочем, особого возмущения (да и не особого) я все же ни у кого не заметил, в любом случае то, что им здесь предлагалось, было гораздо лучше того, что предлагали прочие «работодатели». А я подумал, что очень вовремя я все же «задавил» идею «ликвидации неперспективных деревень»: мне вот чтобы пару сотен человек расселить, приходится чуть ли не наизнанку выворачиваться, а если бы стране потребовалось срочно дать жилье миллионам десяти человек сразу? То есть что в этом случае произошло бы, я представлял себе куда как лучше любого из ныне живущих людей в СССР: помнил еще, как радовалась «лимита» хотя бы койке в переполненном общежитии…

Хотя… я-то просто помнил, а здесь и сейчас у специалистов и фантазия неплохо срабатывала. И товарищ Ильгаров, правильно нафантазировав, пришел ко мне в самом начале мая с несколько необычным предложением:

— Вовка, ты у нас Шарлатан известный… все заранее десять раз продумываешь. Я тебе вот что сказать хочу: если ты, скажем, или сестра твоя двоюродная до сентября планы составите насчет того, сколько народу вы на следующий год на работу брать будете, то до заморозков можно было бы под новые дома хотя бы фундаменты поставить — а тогда и зимой их достроить можно будет без особых проблем. И решать, куда новых сотрудников селить, уже через задницу не придется…

— Спасибо, дядька Бахтияр, я это сделаю, обещаю, а вот Валька… она бы тоже сделала, но вот со временем у нее…