Квинтус Номен – Шарлатан V (страница 10)

Так что я решил больше себе голову всем этим не забивать, а заниматься тем, что от меня ждал Павел Анатольевич. Ну и семьей, конечно. Лида сессию сдала относительно неплохо и теперь спокойно занималась детьми. С Васькой и с Олей (Марусиной дочкой), и ими она в основном и занималась, так как Нюша (племянница тети Маши, которая у нас нянькой подрабатывала) за зиму неплохо так подучилась и в техникум программистский поступила. И пока она все же Лиде помогала, а Валька сказала, что она нам еще кого-нибудь из родни в помощь найдет — но все же с детьми родители должны больше заниматься. А так же бабушки и дедушки — но они-то тоже пока еще стариками не стали и свою работу работали. Навещали, конечно, причем часто, но все равно у Лиды (да и у меня) забот было много.

Но я старался в бытовых проблемах тоже семье нашей помочь. «Изобретал» всякое, больше, правда, по мелочи — но и мелочи часто делают жизнь проще и лучше. Вот взять хотя бы ту же сушильную машину для белья: агрегат крайне несложный, но когда приходится дважды в день стиральную машину запускать, то исключительно в домашнем хозяйстве полезный. И в производстве обойдется серийном хорошо если в пять сотен рублей. Правда, девайс жрет два киловатта электричества, так что в любой квартире его сейчас не запустишь… но ведь много где и запустить все же уже можно. Наталья Резникова, машинку внимательно оглядев со всех сторон, все же согласилась с тем, что пользы от нее много, а насчет того, что электричества она много жрет… институтские «электрики» довольно быстро разработали и «многорежимный» счетчик. Ведь если такие по квартирам расставить, а «ночной тариф» сделать не сорок копеек, а всего гривенник за киловатт-час, то население серьезно так поможет с ночной балансировкой электросетей. А пока просто будут электричество палить дорогое — но будут: за кировскими стиральными машинами с ценой в две тысячи сто рублей, где тоже двухкиловаттные нагреватели стояли для мест (или времени), когда в кране горячей воды нет, народ в очереди записывался месяца за три. В основном, конечно, в деревнях записывался, причем в тех, которые от «своего» электричества энергией питались (там обычно расценки оказывались почти что вдвое ниже «городских»), но и новый завод, если… когда его выстроят, не сможет всю страну сразу насытить.

А если завод построить достаточно быстро, то с выручки от продажи сушилок можно будет и еще что-то интересное возвести — так что товарищ Резникова, буквально наизнанку вывернувшись, как-то деньги на постройку… нет, не нового завода, а нового цеха на одном из Горьковских заводов, из цепких лапок Зинаиды Михайловны вырвала.

Так что «процесс пошел», хотя все же без особой спешки: новый счетчик пока что выходил (его на «опытном производстве» гитарного завода делали) довольно дорогим, больше тысячи рублей — но когда в Ваде поставят в производство парочку новых микросхем (а нынешний на «рассыпухе» делался), цену получится уменьшить раза в три, а то и в четыре. А пока было принято «волевое решение (мной принято) ввести ночной и дневной тарифы только в Пьянском Перевозе — в качестве очередного 'эксперимента». И, по прикидкам радиоинженеров, в поселке с этим справятся точно до Нового года, а то и до октября. Я, конечно, вообще не представлял, как этот счетчик сделан и как он работает — но лично мне это вообще было безразлично, для меня было важнее, чтобы народ «проникся» самой идеей использования мощных электропотребителей по ночам. Потому что проведенные расчеты показали, что если систему только по одной РСФСР внедрить, то необходимая пиковая мощность электростанций сократится на несколько гигаватт. То есть потребление-то наоборот даже возрастет, но просто будет использоваться ранее не востребованная «ночная мощность».

А вот с сушилкой для белья мне, можно сказать, повезло: я знал, как она устроена. Когда я жил за океаном, то снимал разное жилье, и чаще пользовался «общественными прачечными-автоматами». Но как-то довелось снять по дешевке не апартамент (то есть квартиру), а дом — и мне приятель с работы посоветовал поставить себе и стиральную машину, и сушильную. Причем практически бесплатно: он у нас работал тестировщиком, но на родине был неплохим механиком — и я, по его совету, взял (действительно бесплатно) сломанные машины, а он их мне починил. И как раз сушилку мы вместе чинили (точнее, собирали из двух сломанных), так что я с ее устройством очень близко познакомился. Стиралку я тогда тоже таким же путем заполучил, но ее устройство оказалось куда как сложнее и как она была сделана, просто не узнал, ее приятель чинил уже без меня. Но сейчас это и не нужно было: в стране уже четыре завода делали довольно приличные барабанные полуавтоматы, а в Кирове и полностью автоматическую машину выпускали. А у американцев все же в ходу были больше машины активаторные, и почему там они белье в жгуты не скручивали, как нынешние, я так и не понял. Но хорошо помнил: кроме как в Штатах такие никто не использовал…

И как раз эта техника помогала мне дома семье помогать: как раз стиркой (и сушкой) белья я и занимался. А еще я мыл посуду (ручками мыл), что тоже навеяло на меня определенные воспоминания — но с ними я решил пождать пока серийное производство сушилок в Горьком не начнется. Ведь если я приду к Наталье с новой идеей, то это может закончиться весьма для меня печально…

А может и не закончиться: за пару дней до моего дня рождения, то есть утром в понедельник, ко мне зашла институтская кадровичка (она же начальник первого отдела, и она же Светлана Андреевна):

— Вовка, у меня к тебе вопрос возник. То есть не совсем у меня, а у Павла Анатольевича. Мы вот сейчас с твоей подачи массово переводим сберкассы на вычислительные машины…

— Слышал о таком.

— Но через сберкассы мы можем, грубо говоря, отслеживать движение, так скажем, официальных денежных средств интересующих нас граждан. Но вот что делать с наличными их доходами и тратами… Мы сейчас взяли одного довольно неприятного персонажа, у него в доме чего только нет! И каждому понятно, что приобретено все это на какие-то левые доходы, а вот доказать это для суда мы просто не в состоянии: у него на все простой ответ: купил по дешевке, по объявлению на заборе, и даже не подозревал, что стоит это так дорого…

— А скупку краденого ему предъявить?

— Тоже не можем, скажет, что продавец ему чеки магазинные показывал. А продавал дешево, потому что в Израиль выезжать собрался и очень спешил.

— Вы мне вот что тогда скажите, Светлана Андреевна: как скоро все сберкассы на машины вычислительные переведут?

— А мне-то откуда…

— А вы узнайте, у вас же есть в министерстве люди, кому можно и нужно такие вопросы задавать. А мне это знать нужно потому, что есть у меня идеи, как такие странные закупки контролировать, а вот насколько срочно нужно будет работу проводить, зависит как раз от ответа на мой вопрос. А Павлу Анатольевичу передайте, что максимум через год после перевода всех сберкасс на ЭВМ все крупные траты на покупку, скажем, предметов роскоши ваша контора будет отслеживать в реальном времени. И не просто отслеживать, а даже получать извещения о том, что поднадзорный персонаж минуту назад купил перстень с бриллиантом или сервант красного дерева. Его такое устроит? Вы это тоже у него уточните…

Глава 5

Валька с «экспериментом» справилась даже лучше, чем сама ожидала. Вместо пяти тысяч гектаров «улучшенных полей» она (точнее, ее сотрудники вместе с колхозниками) подготовила чуть больше шести с половиной тысяч, а пять тысяч у нее только пшеницей были засеяны. Ну а в качестве «побочного эффекта» в каждом крупном селе области образовались небольшие аэродромы, на которых базировалась теперь сельхозавиация. Очень, как в прошлом году удалось выяснить, в деле повышения урожаев полезная: с самолетиков не только ядохимикаты для борьбы с вредителями распрыскивались, но и удобрения: «чистый эксперимент» в прошлом году, когда половину одного поля сверху ничем не поливали, а другую три раза полили раствором карбамида, показал, что это увеличивает урожай почти на полтора центнера с гектара. Причем очень дешево увеличивает: бензин-то пока еще стоил четыре копейки за литр, а самолетики-то как раз на бензине летали. Правда, уже в Шахунье (и с огромной Маринкиной помощью) спроворили сельхозник уже с турбовинтовым мотором (с тем самым, который для «Пустельги» разработали), но оказалось, что в деревне такой не нужен, поскольку турбинные моторы на МТС чинить возможности не было.

А «прошлогодние» улучшенные поля биологи засеяли в этом году горохом, и — судя по тому, что я увидел по дороге в Кишкино, куда отправился день рождения отмечать — перспективы урожая там были реально грандиозные: горох в поле поднялся выше моего (не самого маленького) роста. Но я подозревал, что это не только (и не столько) камыш сработал, сколько прошлогодня глубокая перепашка этого поля. Потому что, как было написано в какой-то «крестьянской энциклопедии» из моего подзабытого уже прошлого, простая перепашка огорода на два штыка в глубину уже увеличивает урожаи овощных культур более чем вдвое. Ну а тут еще и с удобрениями поступили «по науке», так что для меня картинка была в общем-то ожидаемой.