Квинтус Номен – Девять жизней (страница 36)

И не только прокормит: я же не просто так по сторонам озирался, а смотрел, что тут еще полезного водится – и обнаружил, что из полезного тут водится что-то ну очень полезное: в одном из овражков я разглядел выход «луговой руды». То есть полной уверенности у меня не было, но я что-то подобное видел (у родителей на даче), и мне отец и сказал, что это та самая руда и есть. Правда на даче у нас был пласт этой руды сантиметра в два толщиной, а тут он точно был в районе метра…

Честно говоря, мне эта руда вот прям щяз точно была не нужна, в нашей деревне народ за прошлое лето кучу болотной руды набрал тонн так под пять, если не больше, даже ее переработать быстрее, чем за пару лет, было нельзя, а у реки было почти и незаметно, что ее кто-то там выгребал – но запас карман не тянет. И в любом случае в одной деревне всей толпе просто не прокормиться, а вот если несколько деревень выстроить, то и прокорма на всех хватит, и увеличившийся в таком случае «природный ресурс» позволит рост численности населения не сдерживать особо – а цивилизацию сотней человек не выстроить.

По моим расчетам для построения цивилизации нужно было минимум тысячу человек иметь, причем это только взрослых считая. Ну и скотину всякую, опять же поля и луга, прочие полезные угодья. Ну и пространство – и шагая по дороге домой я об этом и размышлял. По пути все же, никаких дорог тут пока что не существовало. Точнее, две дороги все же уже имелись: одна от деревни до угольного карьера, другая – в противоположную сторону вела, до известковой копи. Но их даже и считать было не обязательно, а вот дорога между старой и новой деревнями точно нужна. И вдоль дороги – минимум еще три деревеньки обязательно выстроить стоит, с постоялыми дворами, с трактирами, чтобы уставший путник мог перекусить и поспать: все же отмахать пёхом больше двадцати километров в день непросто. А лучше такие станции через десять километров ставить… а дорогу вообще железную сделать и паровозы по ней пустить. Ага, размечтался!

Однако кто-то когда-то нам упорно внушал, что мечты сбываются, так что если все пойдет хорошо… Тем более, что по рассказам местных тут в пешеходной доступности (в смысле, куда можно за лето дойти) еще с десяток мелких племен-семей бродило, и если их тоже привлечь…

Привлек один такой: когда я вернулся в деревню, взору моему предстали два уже почти достроенных дома. В смысле, два дома с почти достроенными уже первыми этажами (я на будущее собирался дома верх расширять, а не вширь наращивать жилую площадь). И перед уходом аккуратно наметил еще пять оконных проемов…

Домик я себе «спроектировал» «инженерной конструкции»: внутри большая прямоугольная комната шесть на десять, переходящая на торцах в полуцилиндровые эркеры. То есть в длину дом от стены до стены получался шестнадцать метров, а в западном торце (или эркере) у меня был уже сделан проем для входной двери. А слева от двери в эркере одно окно я уже сделал, справа – наметил, и еще два окна я наметил в боковых стенах. Примерно до половины дома наметил, имея в виду вторую половину просто «отзеркалить». Но пока я бродил (а бродили-то мы почти месяц) строители все стены достроили. Вот только где я окна наметил, они их сделали, а где не наметил – они возвели глухую стену. Метровой толщины, и раствор в кладке уже неплохо так схватиться успел…

Я даже не знал, смеяться мне или плакать, но в любом случае что-то переделывать было уже поздно. И ведь этих старательных мужиков даже идиотами назвать было бы неправильно, для них сама концепция окон была незнакома, ведь в ранее встроенных домах окон вообще не было. А детском доме вот они появились, но зачем они там, люди пока еще не поняли – и тем более не поняли, зачем мне окна в новом доме из очень прочного кирпича. Кирпич – это понятно, кирпич – это защита ото львов, медведей и носорогов с мамонтами. А окно – это ведь ход для тех же львов, нет?

Причем они уже оба дома так выстроить успели, два дома, стоящие метрах в пятнадцати параллельно друг другу на «степной» стороне деревни. И стоящие пока что «за периметром»: я думал, что перенесу глинобитную стену подальше чуть позже. Ну а теперь, глядя на эти дома, у меня другая мысль возникла: если между ними уже поставить стену с воротами, то дома могут использоваться и как сторожевые башни. Очень полезная архитектурная деталь, учитывая в том числе и то, что «сторожиться» тут было нужно разве что от хищников неадекватных, ну и от самцов некоторых травоядных в период гона…

О том, куда делось три десятка человек, ушедшие со мной «искать большой лес», меня кто-то спросил (да и то мимоходом) примерно через неделю после нашего возвращения. Ну ушли люди, не вернулись – мало ли почему им возвращаться не захотелось? Но я решил, что это непорядок, так что собрал всех оставшихся и им в деталях мою идею расписал. Не уверен, что слова мои хотя бы половина собравшихся поняли, но эффект вышел… несколько странным: после того как я речи свои закончил, человек двадцать, пошушукавшись, просто стали и ушли из деревни. Я подумал, что им концепция не зашла. Но оказалось, что ошибся: эта группа пошла строить отдельную деревню (причем исключительно «летнюю») возле угольного карьера чтобы времени зря на дорогу от деревни до копи не тратить. И строить они там стали именно деревню: два дома, небольшой «периметр» вокруг – но дома они построили именно «летние», без печей. А когда с этим строительством покончили (у них на все ушло дней десять), они прошли в обратную сторону до известковой копи и там стройку повторили. А в середина августа ко мне обратилась Гух с просьбой все же печки в новых домах поставить, и я узнал, что она уже отправила гонцов на какое-то ранее мне неизвестное «собрание по обмену генофондом» и ожидала, что на зиму к нам еще несколько семей придет, которые нужно будет где-то селить.

Ну что, печки-то выстроить недолго… вот только в конце августа ко мне прибежал (именно прибежал!) гонец из новой деревни у «большого леса» с той же просьбой: дома мужики там выстроить успели, а вот с печками у них полный облом вышел. Но это я сам был виноват, поскльку не взял с собой никого, кто хотя бы издали видел, как я печки кладу. Так что пришлось и туда сходить…

А целом, лето выдалось веселым и более чем творческим, зато зимовать я перебрался уже в новый дом. Большой, теплый и уютный – и котики (хотя и не все) тоже со мной туда же перебрались. Главный образом из-за того, что старый дом был разобран. А те, кто не пошел ко мне в новый дом жить, разбрелись по другим домам: народ изо всех сил старался все же котиков привечать и к себе забрать. Так что со мной остались только Таффи с Тимкой, Васька с Муркой (и сердитая Васькина дикая кошка, которая уже даже отзывалась на кличку «Тигра») и семеро котят: почему-то и Таффи, и Мурка, и даже Тигра решили котят рожать уже ближе к октябрю. И я в очередной раз убедился, что кошки остаются кошками всегда: хотя Тигра и очень заметно опасалась других взрослых звериков (включая Ваську), котят она – причем любых – кормила совершенно спокойно, не разделяя их на своих и чужих. Да и Таффи с Муркой так же себя вели…

А я, сидя у печки и поплевывая в потолок, размышлял о высоком. То есть о потолке и размышлял, насчет того, как это собранную из жердей конструкцию заменить на что-то прочное, что было бы не стыдно называть «перекрытием» и можно было бы использовать в качестве пола второго этажа. И, вероятно, раздумывал бы очень долго, но уже в декабре гонцы из новой деревни приволокли мне и новый камешек на предмет поглядеть, может и он на что-то сгодится. Вот до того не терпится людям глупый вопрос задать, что они в лютый мороз готовы за семьдесят километров через степь бежать!

Хотя, похоже, вопрос был и не особо глупый: камешек оказался песчаником. Довольно крепким песчаником, а на дополнительный (уже мой) вопрос гонец ответил, что таких камней там много, причем больших, а этот они с некоторым трудом отбили от глыбы с помощью молотка. И я понял, из чего я буду делать межэтажные перекрытия! Причем, надеюсь, очень скоро уже буду их делать…

Но это уже когда лето наступит и можно будет в новую деревню дойти без риска замерзнуть по дороге. А пока я снова разжег железную печку и приступил к добыче черного металла: чтобы сделать перекрытия, требовалось немало весьма специфического инструмента изготовить. Кирки, кувалды, зубила разные – и на все нужно железо, а лучше сталь. А чтобы сделать кило стали, сначала нужно получить минимум пару кил железа: при цементации и перековке потери составляли минимум половину исходного веса. Но деваться было некуда, а окалину – ее тоже можно обратно в железо превратить. Потом, когда до нее руки дойдут. А за зиму я железа наплавил… кто говорил, что кучи руды на несколько лет хватит? Что, я говорил? Ну ошибся, с кем не бывает – а руда вся закончилась уже в начале марта. А в середине апреля новая экспедиция с кучей тяжелого металла отправилась в новую деревню. Мне ее так надоело называть, и было принято решение ее отныне именовать Лесогорском, а старую для простоты я назвал Столицей. Еще два поселка получили таинственные названия «Угольная» и «Известняк», а появившиеся по дороге из Столицы в Лесогорск еще пять деревенек назвали Станциями: Первая, Вторая и так далее.