Квентин Тарантино – Киноспекуляции (страница 10)

Это также был наиболее политический фильм Сигела со времен его раннего шедевра «Вторжение похитителей тел». «Вторжением…» либерал Сигел умудрился угодить всем сразу. С одной стороны, его можно трактовать как завуалированную критику маккартизма (это самое популярное прочтение). Но точно так же можно сказать, что он льёт воду на мельницу «красной паранойи» 1950-х. Сообщество Стручков напоминает социалистическую утопию, которой напрасно столь бездумно сопротивляются истеричные земляне (американцы)[27].

Тех продюсеров и студийных боссов, к которым он не испытывал уважения, Сигел часто называл Стручками. Однажды он назвал Стручком даже Элвиса, имея в виду его покорность перед Полковником Томом Паркером.

И вот в полицейском триллере начала 1970-х мы снова видим завуалированную критику, но уже совсем другой политической окраски. В «Грязном Гарри» история типичного сигеловского героя доведена до логического предела. Гарри Каллахан в исполнении Иствуда – самый безбашенный сотрудник полиции Сан-Франциско. В другие времена он бы действовал по правилам. Но в эти времена и в этом месте (в Сан-Франциско в начале 1970-х) Каллахан считает, что правила переписаны в пользу всяческой мрази.

Общество возмущено жестокостью полицейских.

Массы на стороне преступников.

А трусливое полицейское начальство, местное правительство и суд безвольно идут на поводу у все более и более мягкой концепции общественного порядка, которой нарушители закона милее, чем его блюстители.

Да, эту точку зрения вряд ли разделит бедолага, получивший три года за пакетик травы. Но это точка зрения Гарри. А гениальность фильма в том, что этот неоднозначный персонаж поставлен в противостояние со злодеем, списанным с реального убийцы по прозвищу Зодиак, который орудовал в Сан-Франциско (его экранный двойник, Скорпион, не только конченый псих, но и расчетливый манипулятор).

Заодно фильм создает прецедент: это первый триллер, в котором полицейский охотится на серийного убийцу. Большинство копов в фильмах 1970-х гонялись за наркоторговцами или мафиозными боссами. Начиная с 1980-х и по сей день главным врагом экранной полиции становится серийный убийца. «В поиске», «За 10 минут до полуночи», «Охотник на людей», «Молчание ягнят», «Семь» (и вообще все, что снял Дэвид Финчер) – все это дети Сигела и «Грязного Гарри».

У многих судьбоносных фильмов есть неудачные предшественники. В случае с «Грязным Гарри» самый очевидный пример – это «Маятник» (1969), где Джордж Пеппард играет жесткого и независимого копа, одержимого идеей посадить Роберта Ф. Лайонса, который сильно переигрывает в роли психа.

Фильм, которому суждено было стать легендой студии Warner Bros., зародился на Universal: именно там Дженнингс Лэнг предложил роль Грязного Гарри Полу Ньюману (вероятно, вскоре после «Харпера»). Ньюман отказался. По словам Лэнга, он «решил, что роль для него слишком тяжелая, он такой характер не сыграет». Universal продала сценарий Гарри Джулиана Финка и Р. М. Финка студии Warner Bros.; снимать должен был Ирв Киршнер, с Фрэнком Синатрой в главной роли. Но Синатра потянул запястье, и это сильно ограничило его способность размахивать «магнумом» 44-го калибра. Warner предложила роль Иствуду, и тот согласился при условии, что режиссером возьмут Сигела, работавшего тогда с Universal. Сигел привел с собой не только оператора (Брюс Сартис) и режиссера монтажа (Карл Пинджиторе), но и – что самое важное – лучшего из своих сценаристов, Дина Риснера. Именно в его версии «Грязный Гарри» стал тем фильмом, который мы знаем и любим. Потому что именно в его версии простой снайпер-одиночка стал так похож на Зодиака. (Позднее Джон Милиус проделал чуть ли не самую знаменитую в истории Голливуда полировку диалогов, добавив легендарную речь: «Я знаю, о чем ты думаешь. Шесть выстрелов было или только пять?»)

Прежде чем работа над сценарием приняла такой интересный поворот – на самом деле только на стадии знакомства с предложенным проектом, – Сигела посетила весьма интригующая мысль по поводу кастинга. Так получилось, что он оказался в одном самолете с Оди Мёрфи. Мёрфи снимался в двух фильмах Сигела («Дуэль на Силвер-Крик» и «Контрабандисты оружия»), и оба были рады этой встрече. Пока они болтали о том о сём, режиссер вдруг подумал: «Господи, мне ведь нужен убийца, так вот он передо мной! Герой войны, убивший больше 250 человек. Причем по его внешности этого совсем не скажешь. Я подумал, что это может быть интересно. Он никогда прежде не играл настоящего убийцу». Управленцы Universal сомневались, что Мёрфи вытянет роль (хотя Сигел, судя по всему, был в этом уверен). Но прежде чем идею проверили на практике, Мёрфи погиб в авиакатастрофе. Сигелу и Риснеру пришлось заново придумывать роль. Конечно, представить себе «Грязного Гарри» без Энди Робинсона так же невозможно, как и без Иствуда. И все-таки мысль об Оди Мёрфи по-прежнему кажется невероятно интригующей.

В «Грязном Гарри» Сигел демонстрирует высочайший уровень мастерства. Даже в фильмографии, состоящей сплошь из жемчужин («Бунт в 11-м блоке», «Вторжение похитителей тел», «Нельсон-Младенчик», «Пылающая звезда», «Человек-ищейка», «Блеф Кугана», «Побег из Алькатраса»), «Грязный Гарри», несомненно, занимает самое почетное место. Он принадлежит к числу тех зрительских хитов 1970-х («Челюсти», «Кэрри», «Энни Холл», «Изгоняющий дьявола»), которые в наше время кажутся почти идеальными. Техника Сигела безупречно гармонирует с другими его сильными сторонами. Режиссер мастерски следит и за главным героем, и за злодеем. Снова, как и всегда, проявляет склонность к натурным съемкам. Умеет шокировать публику жестокостью (обнаженное тело четырнадцатилетней жертвы достают из колодца; Скорпион платит за то, чтобы ему разбили лицо; пуля пронзает женщину, плавающую в бассейне; Скорпион бьет перепуганного ребенка в автобусе) и привести ее в восторг большими сценами-аттракционами (Гарри, не отрываясь от хот-дога, расстреливает грабителей из «магнума»; забег между телефонными будками; кульминация в школьном автобусе). Наконец, Сигел добавляет юмора, который слегка разбавляет этот мрачный, по сути, триллер. Именно юмор и особенный шарм Иствуда, столь смачно подающего ядовитые остроты, сумели привлечь зрителей на сторону Гарри и даже, как признавалась Полин Кейл, «возбудить публику». (Другие удачные фильмы о серийных убийцах проходятся по зрителю катком. Но в 1971 году битком набитые залы любили «Грязного Гарри» за то, что на нем было весело.) Здесь заметен даже главный недостаток Сигела: его тяга к лобовому символизму (Скорпион носит вместо пряжки сломанный пацифик).

Но политическим «Грязного Гарри» можно назвать не потому, что он заигрывает с тем, что Роджер Эберт называл «фашистской нравственной позицией». Дело в том, как ловко Сигел обработал свой фильм под целевую аудиторию – недовольных американцев среднего возраста, которые, глядя на 1971 год из окон своих машин, читая газеты и смотря вечерние новости, не узнавали родную страну.

Одна из самых знаменитых кинореплик того времени была сказана Деннисом Хоппером в «Беспечном ездоке»: «Один человек пошел искать Америку, да никак не мог найти».

Отличная реплика, но не совсем честная. Если вы были на стороне Малыша Билли (Хоппер) или Капитана Америки (Фонда), а не уродливых реднеков в кафе, то вам не нужно было искать единомышленников. Они были повсюду: в музыке, в кино, по ТВ и в журналах.

Зато поколение, в 1940-е воевавшее во Второй мировой, а в 1950-е покупавшее дома в пригородах, действительно искало свою Америку, «да никак не могло найти».

Те, кого Ричард Никсон окрестил «молчаливым большинством», были напуганы. Они боялись Америки, которую не узнавали, и общества, которое не понимали.

Молодежные движения захватили всю поп-культуру.

Если вам было меньше 35, в этом были одни плюсы.

Если вы были старше – спорный вопрос.

Многие люди в то время смотрели новости в состоянии угнетения и ужаса. Хиппи; боевые организации чернокожих; кровожадные секты зомбируют детей из приличных семей, чтобы те накидались кислотой и убили своих родителей; молодые люди (сыновья ветеранов) сжигают свои повестки или бегут в Канаду; твои собственные дети называют полицейских «свиньями»; на улицах насилие, какие-то серийные убийцы; наркотики, свободная любовь, нагота, похабщина в фильмах Нового Голливуда, Вудсток, Альтамонт, Стоунволл, Сиело-драйв.

Для многих американцев все это складывалось в картину, которая пугала их до усрачки.

Они и были целевой аудиторией «Грязного Гарри».

В глазах несогласных американцев Гарри Каллахан был решением проблемы шокирующей жестокости, с которой они внезапно вынуждены были мириться. Непримиримый коп в «Грязном Гарри» и народный мститель Пол Керси в исполнении Чарльза Бронсона в «Жажде смерти» стояли на одной стороне культурного разлома в предстоящей финальной схватке. А на другой стороне стояли «Билли Джек» (Том Лафлин), босоногий защитник хиппи и любитель начистить рожи, и Джон Шафт (Ричард Раундтри), суперзлой и суперкрутой чернокожий частный детектив и неутомимая секс-машина.

Уже много лет идут споры о том, считать ли Гарри Каллахана расистом, а «Грязного Гарри» – расистским фильмом. В книге «Цирк знаменитостей» Чарльз Хайэм публикует интервью, взятые у Иствуда и Сигела на площадке «Грязного Гарри». Сигел описывает персонажа Иствуда так: «Расистский сукин сын… который во всем винит черных и мексиканцев». Но это описание не подходит к герою снятого им фильма. В фильме Гарри не всегда политически корректен, но он вовсе не «расистский сукин сын».