Квант М. – Последний карабин (страница 5)

Работа закипела. Егор открыл заднюю дверь «Витязя», опустил аппарель. Втащил внутрь первым делом детей. Потом – самых ослабленных женщин. Места в салоне хватало на десять человек максимум, да и то в тесноте. Остальных пришлось бы устраивать в грузовом отсеке, но там было холодно. Нужно было принимать решение.

– Старик, – обратился он к тому, кто первый его увидел. – Поможешь грузить. Вы двое, – кивнул на шатающихся мужчин, – заберите вещи. Только самое необходимое. Всё остальное бросаем.

Он сам взял на руки женщину, которая была без сознания, и понёс её в машину. Она была легка, как пушинка. Укладывая её на сиденье, он заметил у неё на шее болтался жетон с надписью «Инженер-гидролог. Проект «Водолей». Значит, они не просто бежали. У них были знания. Те самые, о которых они кричали в эфир.

Пока шла погрузка, женщина с радио, которую звали Аней, держалась рядом. Она смотрела на «Витязь», на его броню, на оборудование, и в её глазах горела не только надежда, но и странная, острая смесь удивления и расчёта.

– Вы один? – спросила она, когда Егор проносил мимо очередного беженца.

– Один.

– А на станции?

– Автоматика. Но её атакуют.

Она кивнула, как будто что-то поняла.

– «Гидра»?

Егор остановился, резко повернулся к ней.

– Откуда ты знаешь?

– Мы от них и бежим. Наш посёлок был на их пути. Они хотели наши архивы по старым скважинам. Мы не отдали. Они стёрли посёлок с лица земли. Нам чудом удалось уйти на этом драндулете, – она кивнула на сломанный тягач. – Мы знали о станции «Полюс-17» по старым отчётам. Это была наша последняя надежда. Мы думали, она заброшена.

– Теперь нет, – коротко сказал Егор, грузя последнего беженца – подростка лет четырнадцати, который пытался помочь, но сам едва держался на ногах.

Места в салоне не хватило. Пятерых, включая старика и Аню, пришлось устраивать в грузовом отсеке. Егор набросал туда все спальные мешки, включил маломощный обогреватель, работавший от аккумуляторов.

– Продержитесь пару часов, – сказал он, захлопывая тяжёлую дверь. – Там тепло будет.

Он вернулся в кабину, взглянул на панель. Датчики показывали: все системы в норме. Вода в цистерне – на месте. Топлива – на обратную дорогу с лихвой. Он завёл двигатель.

И в этот момент на экране станционной связи, который он вывел на второй дисплей, вспыхнуло предупреждение. Не просто срабатывание датчика. Серия взрывов. Турель №3 на западной стороне открыла огонь. Турель №4 – уничтожена. Началось.

Егор сжал руль так, что костяшки побелели. Они пошли на штурм. Без него. Автоматика могла отбить первую волну, но не справиться с продуманным, массированным натиском. Им нужен был командир. Нужна была его тактика, его хитрость. А он был здесь, за двести километров, с грузом умирающих людей.

– Всё? – слабым голосом с заднего сиденья спросил мальчик, которого он нёс первым.

– Всё, – сквозь зубы ответил Егор. – Теперь держитесь крепче. Обратная дорога будет жёсткой.

Он развернул «Витязь» и нажал на газ. На этот раз он не мог позволить себе объезды. Он выбрал самый короткий маршрут – снова на ледяной мост. Риск был чудовищным, особенно с перегруженной машиной. Но другого выхода не было. Каждая минута промедления могла стать роковой для тех, кого он оставил, и для тех, кого он вёз.

«Витязь» понесся по ледяной пустыне, оставляя за собой снежный шлейф. В салоне было тихо, только слышалось прерывистое дыхание и тихий стон. Егор мчался, почти не сбавляя скорости на неровностях. Машину бросало из стороны в сторону, но её подвеска держала удар.

Через сорок минут он снова увидел впереди чёрную пропасть трещины. Мост был на месте. Но что-то изменилось. Визор показывал странные тепловые аномалии на том берегу. Небольшие, быстро движущиеся точки. И было их много.

Егор резко затормозил в полукилометре от края.

– Что-то не так, – пробормотал он.

Он увеличил масштаб. Точки обрели форму. Люди. Человек десять. В лёгком снаряжении, с оружием. Они рассредоточились вдоль кромки трещины с его стороны. Как они здесь оказались? Откуда? Их не могла забросить «Гидра» – у них не было таких скоростных средств, чтобы обогнуть трещину.

И тут его осенило. Десант. Парашюты или дельтапланы. Пока их основные силы отвлекали внимание станции, лёгкая группа была заброшена сюда, чтобы перерезать ему путь назад. Чтобы взять его в клещи. Они знали, что он уехал. Или догадались. Они поджидали его здесь, у единственного быстрого пути назад.

– Чёрт, – выругался Егор. Он быстро оценил обстановку. В лобовую атаку через мост – самоубийство. Они расстреляют «Витязь», как мишень. Объезд – несколько часов, которых нет. Прорваться силой… с грузом раненых и детей? Невозможно.

Он оглянулся на салон. Бледные лица, закрытые глаза. Они положились на него. Он вытащил их со дна ледяного ада, чтобы привести сюда, к другой ловушке?

Нет. Он не мог этого допустить.

Егор активировал внутреннюю связь.

– Всем, кто может слышать: пристегнитесь. Будет тряско. Я нашёл компанию. Придётся её разогнать.

Затем он переключился на канал управления станцией. Турель №2 ещё работала. И у него была одна карта, которую он не разыгрывал до сих пор. Дистанционный подрыв внешних генераторов.

Он ввёл команды. Сначала – активация протокола «Призрак». Все оставшиеся турели и ловушки должны были сработать одновременно, создавая иллюзию яростного, массированного контрнаступления. Это могло отвлечь основные силы на несколько минут. Затем он вывел на экран схему минирования. Ветер сейчас дул с запада на восток, в сторону от станции. Идеально.

– Вот же ты, слепая, старая крепость, – прошептал он. – Помоги мне в последний раз.

Он нажал виртуальную кнопку.

На экранах, показывающих станцию, вспыхнули два ярких огненных шара. Это сдетонировали ветряки. Взрыв был колоссальным. Обломки, смешанные с горючим, взметнулись в небо, а затем, подхваченные ураганным ветром, понеслись на восток – прямо в сторону позиций «Гидры», расположившихся на подступах к станции. Это был не просто взрыв. Это была огненная буря, несущая раскалённый металл и пылающее топливо. На камерах Егор увидел, как фигурки у вездеходов заметались, как машины начали спешно давать задний ход, уворачиваясь от падающих с неба факелов.

Хаос. Идеальный хаос. Это отвлечёт их минимум на десять-пятнадцать минут.

Теперь очередь за этой засадой.

Егор заглушил двигатель «Витязя». Вылез наружу, оставив дверь приоткрытой. Взял карабин, снайперскую винтовку и мешок со взрывчаткой. Под прикрытием тороса он пополз вдоль кромки трещины, держась в стороне от моста.

Он приблизился на двести метров. Десять бойцов. Они оборудовали импровизированные позиции, укрылись за ледяными глыбами. Их внимание было приковано к мосту, откуда они ждали его появления. Они не ожидали удара с фланга.

Егор установил винтовку, прильнул к прицелу. Первая цель – командир, которого он вычислил по жестам и антенне на спине. Выстрел. Фигура рухнула. Паника. Они засуетились, начали искать, откуда стреляют. Егор переместился на несколько метров, выждал, выбрал следующую цель – бойца с гранатомётом. Ещё выстрел. Двое вниз.

Теперь они поняли. Они открыли беспорядочную стрельбу в его предполагаемом направлении, но лёд и торосы хорошо скрывали его позицию. Егор продолжал методично сокращать их численность. Третий. Четвёртый. Они попытались отступить, укрыться за более крупной глыбой. Егор достал из мешка заряд пластита, установил дистанционный детонатор, и метким броском, используя навыки, отточенные годами в городских разборках, отправил его за ледяной утёс, где они прятались.

– Огня! – крикнул он и нажал на кнопку.

Лёд вздрогнул. Глыба, служившая им укрытием, разлетелась на куски вместе с теми, кто за ней скрывался. После взрыва наступила тишина, нарушаемая только треском льда и завыванием ветра. Егор подождал, сканируя местность. Никакого движения. Шесть тел лежало на льду. Остальные, видимо, были погребены под обломками.

Он вернулся к «Витязю», завёл двигатель. Теперь путь был свободен. Но мост… после такого взрыва он мог быть повреждён. Нужно было проверить.

Егор подъехал к самому краю, вышел. Визор показал сеть мелких трещин, расходящихся от места взрыва. Они доходили до моста, но, кажется, не пересекали его. Однако прочность льда теперь была под большим вопросом.

– Нет выбора, – сказал он сам себе. – Нет времени.

Он сел в машину, крикнул в салон: – Всем, крепче держаться! Сейчас будет прыжок!

Он разогнал «Витязь» и вывел его на мост. Лёд под колёсами теперь не просто скрипел – он жалобно стонал, издавая звуки, похожие на хруст костей. Трещины бежали рядом, параллельно курсу. Егор не сбавлял скорости. Только вперёд. Только вперёд!

И снова та самая трещина, которую он перепрыгнул на пути сюда. Она стала шире. Теперь почти два метра. Невозможно перепрыгнуть. Но объезжать – нет времени. Он заметил слева участок, где края трещины сходились, образуя нечто вроде ледяной перемычки. Хрупкой, тонкой. Это был безумный риск.

Егор свернул, направил «Витязь» прямо на эту перемычку. Машина накренилась, одно колесо повисло в пустоте, но сцепление шипов со льдом и мощный импульс двигателя протащили её через хрупкий мостик. Они были на другой стороне! Но левый борт теперь скрежетал по самому краю пропасти, срывая в бездну куски льда. Егор выкрутил руль, выравнивая машину. Ещё несколько десятков метров – и они на твёрдом льду.