Квант М. – Наследники звезд (страница 2)

Максим отпрянул от окна. Сознание отказывалось воспринимать ещё одну странность. Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Нужен был план. Нужно было понять, кто ещё… Он вспомнил взгляд Алисы Ветровой. Этот оценивающий, знающий взгляд.

На следующее утро в школе всё было иначе. Максим чувствовал себя так, будто на него надели костюм из другого человека – всё казалось тесным, чужим. Он ловил себя на том, что ищет в толпе учеников серые глаза Алисы. Он заметил её в библиотеке, на заднем ряду, где обычно никто не сидел. Она что-то быстро писала в толстой тетради, но не обычные конспекты. Схемы. Геометрические фигуры.

Решимости хватило только на большой перемене. Он подошёл к ней, когда она одна стояла у окна в пустом коридоре, глядя на небо.

– Ветрова, – произнёс он, и голос его дрогнул.

Алиса медленно повернулась. Её лицо было спокойным, будто она ждала этого.

– Коробов. Камень уже нашли?

От этой прямой атаки у Максима перехватило дыхание.

– Как…?

– Я чувствую его, – просто сказала она. – Как ты, наверное, чувствуешь. Он… зовёт. Только не всех. Он зовёт нас.

– Нас? – переспросил Максим.

– Наследников, – уточнила Алиса, и в её глазах вспыхнул холодный, отрешённый огонёк. – Ты не единственный, Максим. Я тоже видела сны. Города из света. Корабли. И я знаю, что таких, как мы, больше. Камень… он не просто артефакт. Он маяк. И он включился. Значит, пришло время.

– Время для чего? – прошептал Максим.

– Для пробуждения. И для испытаний. Чтобы доказать, что мы достойны наследства. Чтобы спасти то, что нужно спасти.

– Спасти? От чего?

Алиса посмотрела на него долгим, тяжёлым взглядом.

– Ты ещё не видел Тень на краю снов? Не чувствовал, что за нами наблюдают? Маяк светит не только для своих, Максим. Он светит для всех. И некоторые… некоторые ждали этого сигнала дольше нас. Они голодны. И они уже здесь.

Она кивнула в сторону окна. Во двор школы только что заехал чёрный, невзрачный микроавтобус без опознавательных знаков. Из него вышли двое мужчин в серых ветровках. Их движения были синхронными, слишком отточенными. Они не разговаривали, просто стояли и медленно водили взглядами по фасаду школы, будто сканируя его.

– Кто это? – спросил Максим, и по спине пробежали мурашки.

– Не знаю точно. Но они не наши, – тихо сказала Алиса. – Они пришли на сигнал. Им нужен камень. Или мы. Надо уходить. Сейчас.

– Но уроки… – тупо проговорил Максим.

– Ты серьёзно? – в её голосе прозвучала первая нота эмоций – лёгкое презрение. – Всё, что было до сегодняшнего дня – детские игры. Начинается настоящая игра. И ставка в ней – всё. Бежим через задний выход. У меня есть… кое-какие возможности.

Она схватила его за руку. Её пальцы были удивительно сильными и холодными. Они почти бежали по пустым коридорам к запасной лестнице. Максим, оглядываясь, видел, как один из мужчин в сером через окно первого этажа заметил их и резко сказал что-то напарнику. Они двинулись к входу.

– Быстрее! – подстегнула Алиса.

Они выскочили через пожарный выход в узкий переулок. Побежали, не разбирая дороги, петляя между гаражами и сараями. Через десять минут, запыхавшиеся, они оказались на заброшенной стройке на окраине – многоэтажный каркас дома, застывший в восьмидесятых, облюбованный местными подростками и бомжами.

– Здесь ненадолго, – сказала Алиса, прислоняясь к бетонной колонне. Её дыхание было ровным, будто она не бежала, а шла прогулочным шагом. – Они используют технику для пеленга, но в городе много помех. Дай камень.

Максим, не сопротивляясь, вынул артефакт из внутреннего кармана. В полумраке стройки камень снова засветился мягким голубым светом, увидев Алису. Она взяла его, и свет стал ярче.

– Да, – прошептала она. – Тот самый. Ключ к Первым Вратам. Ты знаешь, что он показывает?

– Фрагмент карты. Исток, – выдавил Максим.

– Верно. Но карта неполная. Камней несколько. Должно быть… семь. По числу первых кораблей. Их нужно собрать. И каждый камень пробуждает одного из нас. Твой – первый. Он пробудил тебя. А теперь, через тебя, он начинает будить других. Через резонанс.

– Какой резонанс?

– Кровный. Генетический. Ты почувствуешь их, когда приблизишься. Как я почувствовала тебя вчера, когда камень активировался. – Она посмотрела на него. – Мы не случайные люди, Максим. Мы – потомки экипажей тех кораблей. Они смешались с людьми, оставили свою метку в ДНК. И теперь, через поколения, эта метка просыпается. Мы – гибриды. Полукровки. Со способностями, о которых даже не догадываемся.

Максим вспомнил головокружение от названий звёзд, странную ясность после контакта с камнем.

– Что мы можем?

– Пока мало что. Потенциал. Но его нужно раскрыть. Пройти испытания, которые они для нас оставили. Первое, судя по всему, – собрать камни. А за нами уже идут охотники.

– Кто они? – спросил Максим.

– Есть три варианта, – сказала Алиса, глядя в пустоту. – Первый: земные спецслужбы, которые знают про артефакты и хотят заполучить технологии. Второй: другие наследники, но… отколовшиеся. Те, кто хочет силы только для себя. Третий… – она замолчала.

– Третий?

– Те, от кого бежали наши предки. Те, кто охотился за ними тогда. И кто, возможно, нашёл дорогу сюда, к Земле. И ждал, когда маяк включится, чтобы прийти на его свет.

От этих слов стало холодно….

– Что будем делать? – спросил Максим, чувствуя, как его охватывает паника.

– Искать остальных. Объединяться. Узнавать свои силы. И искать Первые Врата.

– А где они?

Алиса подняла камень. Свет от него отбросил на грубую бетонную стену причудливую проекцию – не просто схему, а трёхмерное изображение, карту местности. Узнаваемую местность! Холмы, река, очертания их города… И яркая точка пульсировала в одном месте – в районе старого, заброшенного рудника в тридцати километрах от Подосиновика.

– Рудник «Глубокий», – прошептал Максим. – Там добывали какие-то редкоземельные элементы, но закрыли лет двадцать назад из-за аварии. Говорят, там теперь радиация.

– Не радиация, – поправила Алиса. – Остаточное излучение от их технологий. Защита. Первые Врата там. И первый камень показывает дорогу. Но войти сможет только тот, кто его активировал. Ты. Значит, идти тебе.

– Одному? – голос Максима предательски дрогнул.

– Нет. Мы найдём ещё кого-то до этого. Камень уже послал импульс. Другие проснутся. Их тянет сюда, к эпицентру. К тебе. Нам нужно найти их раньше, чем это сделают люди в сером.

Внезапно камень в руке Алисы вспыхнул ярче, и от него пошла едва слышная вибрация, мелодичный гул.

– Что это? – насторожился Максим.

– Отклик, – сказала Алиса, прислушиваясь. – Где-то рядом активировался ещё один камень. Или… пробудился ещё один наследник. Близко. Очень близко.

Она резко повернулась и посмотрела вглубь бетонной коробки, в абсолютную тьму завала из плит и арматуры.

– Кто здесь? – громко спросила она. В её голосе не было страха, только командная решимость.

Из темноты послышался шорох. И затем шаги. Неосторожные, тяжёлые. На свет выступила фигура. Это был Глеб. Глеб «Борода» – так его звали в школе за густую, не по годам, растительность на лице. Глеб из семьи потомственных шахтёров, гроза спортзала, молчун, с которым Максим никогда не общался. Он стоял, широко расставив ноги, и смотрел на них воспалёнными, красными от бессонницы глазами. В его руке, сжатой в кулак, сквозь пальцы пробивался тот же голубоватый свет.

– Он у меня тоже… – сипло проговорил Глеб, разжимая ладонь. На ней лежал второй камень, чуть больше первого, с другим узором, но из того же тёмного, светящегося материала. – Всю ночь… голоса во сне. Картины. И он… он грелся. А сегодня повёл меня сюда. Сказал, что здесь свои.

Он посмотрел на Максима, и в его взгляде была не просто растерянность, а глубокая, звериная тоска, смешанная с надеждой.

– Вы… вы тоже это видите? Это не шиза?

– Не шиза, – твёрдо сказала Алиса. – Добро пожаловать в клуб, Глеб. Ты – второй.

И в тот момент, когда они стояли втроём среди руин, с камнями, светящимися в такт невидимому ритму, Максим понял, что назад дороги нет. Его старая жизнь, тихая, предсказуемая, закончилась в тот момент, когда он взял в руки тёплый камень в парке. Теперь начиналось что-то огромное, страшное и невероятно важное. Они были разрозненными, напуганными подростками. Но в их жилах текла кровь звёздных мореплавателей. И где-то там, в глубине заброшенного рудника, ждали Врата. Первое испытание.

А внизу, у подножия стройки, притормозил чёрный микроавтобус. Двери открылись беззвучно. На асфальт ступили серые ботинки. Охота начиналась.

Глава вторая: Эхо Глубины

Тишина в заброшенном доме длилась три удара сердца. Три удара, за которые в сознании Максима пронеслись обрывки мыслей: «Бежать. Спрятаться. Отдать камень». Но камень в его кармане был уже не просто артефактом – он стал частью его самого, горячим углем, вшитым в плоть. Отдать – значило отрезать кусок себя.

Глеб стоял неподвижно, его огромная, широкая ладонь сжимала светящийся камень так, что кости белели под кожей. Его глаза метались от Максима и Алисы к темноте за их спинами, откуда донёсся скрип открывающейся железной двери.

– Лестница наверх, – прошептала Алиса, и в её шёпоте не было паники, только расчёт. – Здесь есть выход на крышу. Потом по строительным лесам на соседнюю секцию.

Они рванули вглубь бетонного лабиринта, спотыкаясь о куски арматуры и обломки плит. За ними раздались тяжёлые, быстрые шаги – не два, а уже явно больше пар ног. Преследователи не скрывались теперь.