Кузнецов Сергей – Экземпляр №... (страница 34)

- У меня нюх на редкие умения.

- Это мои крестники, - выдохнул Рамм, - остальные погибли, когда такую же машину жахнули из гранатомёта.

- Ты знахарь!

- Я боец, а не фельдшер! - вскипел Рамм, одарив Горыныча тяжёлым взглядом, но тут же опомнился и продолжил. - В тех местах, где мы выпадали в Стикс, мирные дары считались позорными. У меня тогда проклюнулось знахарское умение, пришлось от него отказаться.

- Подавить дар полностью невозможно. Другое дело трансформация, когда можно внести изменения.

- Да ты гонишь!

- Знаю многое, но и это не тянет даже на сотую доли того, что творится в Улье.

- Да, через пару лет дар очухался, но с крутой побочкой. Я называю это Таймером. Действует только на тех, кого я окрестил. С механизмом не разобрался, но работает как часики. Вот такой подгон от Стикса получился не кислый.

- Дай руку, хочу посмотреть, за столько лет даже я такого не встречал... Ну же, - нетерпеливо произнёс Горыныч.

Рамм поколебался некоторое время, но всё же протянул ладонь. Знахарь жадно схватил её обеими руками и прикрыл глаза. С минуту он угукал, вздыхал и бормотал что-то несвязное.

- Три минуты семь секунд, если быть точным. Именно на столько ты можешь отматывать назад время для одного своего крестника. Это даже круче, чем дар клокстопера! Решил воскресить из мертвых всех четверых разом? В этом случае дар не делится равномерно. Одному достается половина, второму четверть, третьему одна восьмая и так далее.

- Каждый раз пополам?

- Да.

- Чёрт! Думал, что успел, рассчитывал каждому по три минуты, а они не оклемались.

- Пограничное состояние, если им не помочь...

- Сколько? - перебил стронг.

- Красная жемчужина и бутылка живца - это затраты на лечение. И расходимся миром.

- Не знаю, на кой хрен тебе сдался этот внешник, но у нас к нему всё равно остались вопросы. - Рамм отвернулся, покопался у себя в брюках, затем обратился к знахарю и выставил ладонь с красной жемчужиной. - Делай. Живец в ящике в углу возьмёшь.

Знахарь аккуратно принял бусину и закинул её в рот.

- Да... И ещё кое-что, - остановил он Рамма на выходе, - я проследовал по твоему дару к моменту его последнего применения, мне нужны были подробности. Историю до и после того сражения с внешниками я не считывал, мне лишнего не надо. На том поле был нолдовский бронеавтомобиль?

- Был, - Рамм хлопнул глазами.

- Не рассказывай о нём - здесь крестница погибшего водителя. Ни к чему это.

- Страшные вы люди, знахари! - отстранился стронг от Горыныча и быстро вышел из машины.

***

Через два часа Горыныч с бледным лицом, покачиваясь из стороны в сторону, выбрался из броневика, вышел на улицу и направился к костру. Вокруг огня сидели друг напротив друга два лагеря - стронги и команда Горыныча. В нескольких метрах от молчаливой группы людей легко угадывалась горка из серых тел тварей.

- Ещё один плетётся, - нарушил тишину голос Ката, - кто по очереди?

- Я, - отозвался Поршень, - где клевец?

- Это не тварь, - усмехнулся Тач, - это Горыныч идёт!

- Ну наконец-то, - всплеснула руками Игла, - Сов, давай кормить командира.

Горыныч подошёл к Рамму и с трудом проговорил:

- Спят.

- От души, - стронг приложил ладонь к груди.

Люди засуетились вокруг знахаря.

Ночь на всеобщее удивление вышла спокойной: не грузились поблизости кластеры, не набегали твари, не раздавались звуки далёких выстрелов. Только густая чернота и неестественная тишина окутывали оба лагеря. И от этого странного молчания Улья становилось не по себе любому, кто к нему прислушивался.

Как поговаривают местные старожилы: "Когда замирает Стикс, ангелы-хранители крестятся".

Только на утро Улей решил внести коррективы в призрачное спокойствие и оставить всех без завтрака - резко потянуло кисляком и караульные устроили экстренную побудку. Загудели двигатели и стоянка пришла в судорожное движение - люди собирали забытые вещи с поляны, котелки и костровое. Захлопнулись, поднялись и задвинулись двери.

Броневик остановился напротив тайфуна, на крыше которого валялся Рамм и лениво покуривал сигарету, внимательно разглядывая соседей.

- Всё нормально?

- Бывай! Но помни, знахарь, ниточка есть над каждым.

- О чём это он? - спросила Игла, когда Горыныч влез обратно в салон.

- Стронги знают про Фикса. И скорее всего об объекте тоже. Они на днях группу внешников разбили, которые ехали за нашим новичком.

- То-то у меня с вечера холодок по спине бегает, - подтвердил Фикс.

- Я их периодически сканировал, настроение у них было так себе, особенно у того, главного.

- Рамм, который? Ну и имя, придумал же крёстный, отвратительный тип, - Сова поморщилась.

- Да, тоже сенс, как и я, но сильнее на пару порядков. Дар у него почти всегда активен. Это ж сколько его лет раскачивать нужно? А Фикса он сразу раскусил.

- Новичка даже я при первом взгляде отличу от человека, который хотя бы неделю в Улье продержался, - зевнула Сова.

- Так вот чей дрон за нами следил! А я и думаю, как они нас нашли! - возмутилась Игла. - И что? Они от нас отстали после того, как ты им помог?

- Не знаю, - знахарь приложился к бутылке воды, сделал несколько жадных глотков и шумно выдохнул, - вчера была просто сделка. Сегодня она вряд ли действует.

***

Тяжёлые металлические ворота, отражаясь в глянцевых чёрных шлемах, отъезжали в стороны. Большие пальцы рук, затянутых в перчатки, нетерпеливо поигрывали рычажками управления дросселей газа. Мощные квадроциклы с наездниками, закованными в экзоскелеты, один за другим выскакивали за пределы военной базы и, выстраиваясь в колонну, уверенно набирали скорость по пыльной дороге Улья.

Глава 25.

Часть 1. Управленцы.

Холодно и сыро. Ноги озябли, Ника в полусне подтянула их к себе и открыла глаза. В полумраке послышался мерный бубнежь:

- ...Быть сильным... Надо быть сильным, - тихонько приговаривал темный силуэт человека, сидящего в позе лотоса на соседней кровати и покачивающегося взад и вперёд.

- Где я? - хрипло спросила Ника и прокашлялась.

Мычание прекратилось. Тень тряхнула головой.

- Ты очнулась! - повар с сияющей улыбкой придвинул к изголовью кровати гранённый стакан с заплывшей свечой. - Не бойся, мы в безопасности.

Ника огляделась: помещение площадью не более десяти метров с низким сводчатым потолком, стены из красного кирпича с белёсым налётом, пара массивных деревянных кроватей, небольшой столик-тумба между ними, стеллаж с коробками и бутылями разного размера на выходе. Двери нет, через проём виднеется коридор в обе стороны. Она лежит на кровати под колким вербльюжьим одеялом. Быстро ощупала себя - одежда на месте, только обувь снята. Пистолет на столе. Вспохватилась и просунула руку в узкий карман джинс! Ложная тревога - пакетик на месте, пальцами перебрала трофеи с сома-элитника и облегчённо вздохнула. Значит попутчика можно не опасаться.

- Дай живца, голова раскалывается.

- Держи, - парень услужливо протянул пластиковую литровку с мутной жидкостью, - я ещё еды нам припас. Здесь консервы, там вода, сухари. Мы сможем долго продержаться.

Эти "мы" и "нам" стали напрягать, но она сдержалась, приняла бутылку и присосалась к горлышку. Но тут же поперхнулась и закашлялась, часть напитка фонтаном выплеснулась наружу. Благодетель тут же принялся осторожно похлопывать по спине, ничуть не помогая, а только раздражая своими несмелыми действиями.

- Что за бурда? - сдавленно выдала Ника, зажмурилась и выдохнула, сдерживая отрыжку.

- Живец на самогоне. Первак, - моргнул повар.

- А на коньяке, бальзаме или, на крайний случай, водке нельзя было навести?

- Ближайший магазин в сотне километров, товар прямиком в бар отгружается. Покупать дорого. Вот и гоним. Зато больше споранов в нём можно развести: с одного глотка на ноги поднимает. Натуральный продукт!