Куромару – Начало конца (страница 1)
Куромару
Начало конца
Пролог. Конец и начало
«Говорят, перед смертью жизнь проносится перед глазами. Они врут. Перед смертью ты просто хочешь успеть… попрощаться»
Ланс Куромару стоял на колене в разорванном пространстве.
Вокруг него летали осколки реальности — зеркальные обломки, в которых отражались чужие жизни. Его жизнь. Чёрный плащ был изодран в клочья, из раны на груди сочилась кровь, смешанная со светом. Левая рука ещё горела белым исцелением. Правая — истекала чёрной тьмой.
Напротив, в двадцати шагах, парил Валис Норд.
Он не был человеком. Он был воплощением. Чёрный дым, принимающий форму гигантского тела. Красные трещины, пульсирующие в такт ненависти. Два горящих глаза без зрачков — две бездны, смотрящие прямо в душу.
— Твоя ненависть питает меня, Ланс Куромару, — голос Валиса звучал не в ушах, а прямо в мозгу, тяжёлый, как гравитация. — Ты — моё лучшее создание.
Ланс усмехнулся. Изо рта пошла кровь.
— Ненависть? Нет, — его голос был сухим, как пепел. — Это ты — моя ненависть. А я… я просто хочу домой.
Он поднял правую руку. Чёрная энергия сгустилась в лезвие, разрезающее воздух. Один взмах — и пространство между ними раскололось надвое.
Валис даже не уклонился. Он просто исчез из одной точки и появился в другой — ближе. Красный сгусток сорвался с его руки и полетел в грудь Лансу.
Ланс не увернулся. Принял удар на себя. Упал на другое колено. Но не сломался.
— Я не умру, — прошептал он. — Не сегодня.
Валис протянул руку. Из тьмы материализовалось копьё — длинное, чёрное, острое.
— Каждый раз ты говоришь это, Ланс. Каждый раз ошибаешься.
Копьё вошло в грудь.
Не больно. Просто… холодно.
Ланс посмотрел вниз. Чёрное древко торчало из его сердца. Кровь — нет, не кровь, а белый свет — хлынул из раны.
И в этот момент — на одно короткое мгновение — он увидел другое.
Чёрный пистолет. Дрожащие руки. Глаза мальчика, полные слёз и ненависти. Гайд.
Выстрел.
Две смерти наложились одна на другую. Копьё Валиса и пуля Гайда. Два мира. Один миг.
Вот оно.
— Пайрус Акаги… — прошептал он, уже не надеясь, что его услышат. — Я не успел тебя призвать…
Вспышка. Белый свет залил всё.
Ланс открыл глаза.
Он сидел за деревянным столом. Напротив него — Силуэт. Фигура, сотканная из мягкого белого свечения. Ни лица, ни одежды — только человеческий контур и две руки, сжимающие глиняную кружку с чаем.
— Я… умер? — спросил Ланс. Голос звучал глухо, как сквозь вату.
— Умер, — ответил Силуэт. Голос был глубоким басом, но не угрожающим. Скорее усталым. Мудрым. — Но не в первый раз. И не в последний.
Ланс посмотрел на вторую кружку. Пар поднимался над ней. Он не взял её.
— Ты прошёл через ненависть, потерю, предательство, — продолжил Силуэт. — Ты видел, как люди, которых ты любил, исчезали за твоей спиной — один за другим. Тьма, что ты пережил, зажгла в тебе свет.
Он медленно поднялся из-за стола.
— И теперь ты можешь сделать больше, чем просто умереть, потеряв всё. Ты можешь… начать сначала. Не забывая. А помня.
Ланс наконец взял кружку.
— А Пайрус Акаги? Мой друг…
Силуэт уже исчезал, растворялся в белом свете. Остался только голос:
— Призови его. Если твой свет будет достаточно силён, чтобы разрезать тьму между мирами.
Комната погасла.
Ланс открыл глаза.
Он лежал на земле. Грязный. Холодный. Голодный.
Над ним нависали деревья — не такие, как в его мире. Их стволы пульсировали, корни шевелились, как щупальца. Вдалеке кто-то рычал. Или стонал.
Лес Смерти.
Он приподнялся на локтях. Тело было чужим — маленьким, слабым, незнакомым. Он посмотрел на свои руки. Тонкие пальцы. Ни шрамов. Только на спине, под лопатками, ныло что-то. Крест.
Ланс не видел его, но знал: шрам остался с прошлой жизни. Там, где пуля Гайда вошла в грудь — и вышла через спину. Смерть оставила метку. Или напоминание.
Он попытался встать.
И тут он услышал это. Шорох. Тысячи маленьких ног, одновременно ударяющих по земле. Быстро. Приближаясь.
Из-за деревьев на него неслось нечто. Сороконожка. Только размером с автобус. Сотни сегментов, чёрная хитиновая броня, два ряда красных глаз и огромные жвалы.
Ланс замер.
Восемь метров. Пять. Три.
Он закрыл глаза. Не от страха. Он закрыл их, потому что вспомнил белую комнату. Силуэт. Голос: «Тьма, что ты пережил, зажгла в тебе свет». Ланс открыл глаза и поднял руку. Но на мгновение — всего на одно — внутри него будто кто-то усмехнулся. Холодно. Тяжело. Голос, похожий на его собственный, прошептал из глубины: «Наконец-то». Ланс не ответил.
Из ладони вырвался чёрный луч. Тонкая, идеально ровная черта, разрезавшая воздух пополам. Она прошла сквозь сороконожку от жвал до хвоста.
Тварь замерла. А затем её тело распалось. Две идеально ровные половины рухнули в разные стороны.
Ланс открыл глаза. Посмотрел на свою руку. Из ладони всё ещё тянулась тонкая чёрная нить тьмы.
— Свет и тьма… — прошептал он. — Значит, не обманул.
Он сжал кулак. Нить исчезла.
Ланс встал. Лес за его спиной уже закрыл тропу назад.
Впереди был только один путь.
Выжить. Стать сильнее. И призвать Пайруса.
Даже если для этого придётся умереть ещё раз.
Глава 1. Лес смерти
Пять лет. От тринадцати до восемнадцати.
Первый год был самым тяжёлым.
Ланс не знал, куда идти. Лес Смерти не имел троп, не имел карт, не имел выхода. Каждое утро он просыпался под пологом чёрных деревьев, чьи ветви тянулись к нему, как пальцы утопленников. Каждую ночь он молился — не богам, которых больше не существовало, а собственному телу, чтобы оно не сдалось.
Он научился не спать больше двух часов подряд. Слишком много тварей охотились в темноте.