Kuras Ratonar – Пятнадцатый отряд (страница 51)

– Прости, я тебя не увидела, прости меня, – всё повторяла она. – Ты не сильно ударилась?

Золотые волосы она нервно теребила, а лицо отражало искреннее раскаяние. Однако вторая девушка, сверкая чёрными глазами на выкате, не разделяла этих чувств. Я не успел и моргнуть, как с её губ сорвались злые слова.

– Да что ты говоришь?! Что ты вообще здесь забыла, раззява? Сиротка хренова, жила бы у себя в приюте. Лучше бы ты там и осталась, чем мешаться здесь! Да ещё эти чёртовы ремни и идиотские упражнения!

Я замер, ошарашенный не меньше, чем маленькая Феличе. Она неверяще уставилась на свою сокурсницу. Это уже перебор. Явный. Нола собиралась сказать что-то ещё, но в этот момент Орголиссо, до этого мирно сидящая на своём месте, одним стремительным прыжком сократила разделяющее расстояние и схватила Нолу за ворот рубашки. А дальше она рывком подняла ученицу на ноги. Выглядело так, как будто ей не потребовалось практически никаких усилий.

Обычно полуприкрытые глаза капитана были раскрыты. В них горели дикие огоньки, которые почему-то заставили меня отступить на шаг. Лицо ощерилось в незнакомую, хищную гримасу, Сель и в самом деле напоминала какого-то зверя. В таком гневе я ещё её не видел, и от того, что я, в отличии от прочих, чувствовал сдерживаемые волны её настоящей внутренней силы, мне сделалось даже страшно. Очень страшно. В какой-то момент я с ужасом осознал: если она действительно выйдет из себя, то ничего от этого места не оставит. Я это ощущал буквально кожей, странное ощущение нависшей угрозы. Я бросил быстрый, встревоженный взгляд в сторону барака, выискивая Джинно. Он, само собой, тоже заметил всплеск эмоций своей наставницы. Уже встал со своего места и нахмурено смотрел за происходящей сценой. Я не смог определить по выражению его аккуратного лица, обеспокоен он или же просто недоволен. Когда его светло-карие глаза пересеклись с моими, он отвёл их и как-то мотнул головой. Покачал, отрицая, или просто так? Переживать не за что? От этого меня отвлёк голос Сельвигг. Тон жёсткий, каждое слово звучало ударом тяжёлого молота и сопровождалось потряхиванием девушки за шкирку.

– Следи за тем, что говоришь. И научись контролировать свои слова до того, как попадёшь в передрягу или же пострадают другие. Я не стану терпеть такое, ты всё поняла?

Капитан тряхнула ученицу ещё раз, растрепав её чёрные, тонкие волосы, и взглянула в её острое лицо. Ответа не последовало.

Все остальные почти не шевелились, разумно пережидая бурю. Феличе только тёрла глаза запылённым рукавом рубашки, вероятно скрывая слёзы. Естественно, такие обидные слова попали прямо в душу.

– Свободна, – Сель оттолкнула от себя Нолу, и та попятилась, шлёпнулась на землю.

Она неуверенно подняла голову, на лице застыло мрачное недовольство. Капитан тяжело дышала, но не от того, что устала, а от того, что пыталась успокоиться. Наконец она прикрыла глаза и протяжно, со свистом выдохнула.

– Я не люблю, когда люди пренебрегают чужой добротой и считают её за должное. Вам, – она обвела нас всех свирепым взглядом, – никто ничего не должен. А посему, вы должны быть благодарны, что на вас не только тратят время, но и делятся бесценным опытом.

Эти слова прозвучали уже спокойней, и через несколько секунд ощущение чужого гнева спало и перестало пугать меня. Нола же, тем временем сняв ремни и встав, нерешительно потоптавшись на месте, всё же развернулась и пошла к срубу с крайне обиженным выражением лица. Не хотел бы я разозлить учительницу по-настоящему. Теперь я даже рад, что Джинно ругался по мелочам, а не терпел, чтобы однажды сорваться по-крупному. Ведь скорее всего, учитывая, что его воспитывала сама девушка, его злоба проявлялась бы схожим образом. А может и хуже, потому что он менее сдержанный, чем она.

– Теперь, раз больше нету проблем, то продолжайте отрабатывать приёмы, – невысокая Сель обращалась уже к нам, занимая прежнее место, – продолжим тренировку с теми, кто её ценит.

Остаток урока прошёл так гладко и спокойно, что эффект от той сцены, к моему облегчению, смазался и померк. Не то, чтобы я старался запечатлеть образ разозлённой учительницы у себя в памяти.

Поэтому после тренировки и лёгкого перекуса, который я урвал у готовящей сегодня Тэсс, я с радостью зашёл к своему другу отдохнуть и развеяться. День был нелёгким, а до ужина ещё много времени. Парень отыскался в своей комнате. Он уже не читал книгу, а сидел на кровати, перебирая листы бумаги.

– Привет, Этел, – Реид поднял голову с тёмно-рыжими волосами, обращая на меня внимание. – Ну как ты после тренировки? И когда у нас ужин?

– Сойдёт, – ответил я, проходя вглубь комнатушки и присаживаясь на кровать рядом, – устал, но доволен, мне понравилось. А ужин, по словам Тэсс, будет часа через три или около того.

– Ещё ждать и ждать, – парень закатил салатовые глаза. – А я вот не устал и очень доволен этим. Чёрт, я так рад, что мне не надо присутствовать на этих тренировках.

– Но ты не можешь отрицать, что эта тренировка была интересной, – я настаивал на своём просто так, без всякого упорства.

– Пожалуй, – он пожал плечами и вернулся взглядом к бумагам, – скучновато, хотя вот эта истерика разбавила однообразие.

Говорил друг самодовольно, словно радуясь тому, что это его больше не касается.

– Мне думалось, что теперь, когда нас четверо, таких инцидентов не будет, – честно признался я.

– У всех нервы сдают, бывает, – сообщил мне Реид непреложную истину.

– Думаешь, что это истерика? – я недоумённо изогнул бровь.

– А что ещё? У неё ничего не получалось, капитану она побоялась всё высказывать, а тут цель, которая не сможет дать сдачи. Феличе всегда была тихой и мягкой, внешне во всяком случае, – Реид протянул мне лист и карандаш бумаги. – Сыграешь со мной в крепости?

Я выдохнул, качая головой, затем взял предложенные предметы и улыбнулся. То, что нужно, чтобы скоротать ожидание.

– Не откажусь.

Следующие часа полтора мы играли в незамысловатую игру, где нужно было угадать расположение войск противника. Мы обсуждали что-то неважное и, можно сказать, отвлекались от учёбы. Ну как, отвлекался я. Мы уже собирались начинать десятую партию, как послышался знакомый скрип входной двери, а затем и половиц.

Я оторвался от расставления войск на своём листе, переглянулся с парнем и поднял голову к двери. Кто мог к нам прийти? Во всяком случае, пришедший явно мешкал, не собираясь заходить к нам. Но так как никто бы не стал заходить в сруб, чтобы просто постоять в коридоре, Реид, закатив глаза, бросил.

– Ну? Заходите.

Я оценил его предусмотрительность в обращении, вдруг там Джинно. Ему бы не понравилась версия с: «Ну заходи, чего встал?». Зашла, впрочем, нахмуренная Нола. В её остром лице читалась какая-то эмоция, но хорошо скрытая. Я не смог понять, да и не слишком хотелось всматриваться. Реид же выжидательно смотрел на незваную гостью, справедливо рассчитывая на какие-то пояснения.

– Феличе не у вас? – наконец она разлепила сжатые губы, отводя глаза куда-то на стенку.

– Да нет, она к нам не заглядывала, – немного насмешливо ответил парень, зачёсывая рукой густые волосы. – Она скорее всего где-нибудь сидит и приводит мысли в порядок. Знаешь ли, не все легко переносят чужие слова.

– Нигде не могу её найти, – продолжила Нола, проглотив намёк на свою несдержанность, – у себя её нет, у вас её нет, в лагере нигде нет. Я уже всё обыскала.

На пару секунд воцарилось молчание. Затем всё же шестерёнки прокрутились в моей голове. Вывод был очевиден, и я решился озвучить его.

– А если она не здесь, то должно быть… – я прервался и в ту же секунду бросил взгляд в окно.

Потемневший частокол, ещё более тёмные ветви деревьев, сквозь которые проступали тускло-розовые участки неба. Солнце уже садилось, либо уже село. Ох, дурные у меня предчувствия на этот счёт. Очень дурные.

4.0 Тени вечернего леса, Этелберт

Она же могла выйти погулять? Могла, а значит, скоро может и вернуться. Но девушка, пусть и была самой молодой среди нас, прекрасно знала правила. Ученикам без сопровождения нельзя вечером и ночью выходить за частокол. А вдруг она так распереживалась, что попросту забыла об этом, раз её нигде нет? Первым пришёл в себя и начал действовать мой друг.

– Вот дерьмо, – выругался Реид, мигом вскакивая на ноги, – надо найти её, если она в лесу.

– Нам нельзя выходить за ворота после заката, – сдержано напомнила виновница этих событий, – вероятно, она скоро придёт обратно. А может, она вообще сидит где-нибудь у офицеров.

Я уже встал с кровати и следовал за рыжеволосым парнем, идущему к выходу. Девушка, поняв наши намерения выйти, попятилась и прошла в коридор, следуя к входной двери.

– В том-то и дело. Если нельзя, – серьёзно продолжал Реид на ходу, – значит, есть причины. И это единственное правило здесь, где по сути особых ограничений и нету. Заставляется задуматься, не правда ли?

В вопросе слышится сарказм, и я спешу сгладить его. Не хватало ещё сейчас поцапаться. Нам надо спешить, смутная тревога теплится где-то в груди, хотя я не совсем понимаю: есть ли причины для такого беспокойства и нашего активного вмешательства.

– Но с чего ты уверен, что она где-то в лесу, а не рядом с воротами? – спросил я, беспричинно надеясь, что моё предположение окажется правдой.