Куив Макдоннелл – Странные времена: предвиденные происшествия с бессмертными (страница 33)

— Раз, — механически сказала Грейс, похоже даже не заметив этого.

— Черт возьми, женщина, да это была почти констатация факта!

— Два.

Бэнкрофт пробормотал себе под нос что-то, что не сумела различить даже Грейс с ее слухом как у летучей мыши, затем заметил лежавший на столе унитаз и кивнул:

— А, замечательно! Дело прежде всего. Значит, это и есть тот самый сортирный демон из Фолкерка?

— Серьезно? — ледяным тоном произнес Окс, только теперь отворачиваясь от окна и глядя на начальника. — Именно это для тебя прежде всего? Первое, что ты решил обсудить, — это какой-то дерьмовый унитаз из дерьмового Фолкерка, который мы разместим на дерьмовой передовице твоей дерьмовой газеты?

— Окс, — попыталась вмешаться Грейс, — не следует…

— Нет-нет, — остановил ее Бэнкрофт. — Если ему есть что сказать, пусть облегчит душу.

— Мне есть что сказать?! — переспросил Окс, подходя к начальнику на несколько шагов. — Мне?! Ты лицемерный сукин сын! Не я истязал бедного парня… — Когда Реджи попытался преградить путь коллеге, тот только отмахнулся. — Дай мне сказать! Не мешай, — затем обвиняюще наставил указательный палец на Бэнкрофта. — Ты обращаешься со всеми нами, как с… Ну да пофиг. Но вот Саймон был хорошим парнем. Очень хорошим. Любил эту газету, черт побери! И мечтал здесь работать. Подумать только: работа в никчемной, дурацкой газетенке — чья-то мечта. Но ты растоптал эту мечту.

Бэнкрофт ненадолго застыл, будто обдумывая сказанное, а затем уверенно заявил:

— Брехня.

Несмотря на попытки Реджи, Грейс и Ханны остановить Окса, он бросился на главного редактора, неловко оттолкнул его к стене, рухнул следом, а когда поднялся, то занес кулак над колченогим противником. Грейс перехватила запястье маленького уфолога, однако сила инерции потащила ее вперед, заставив споткнуться и неуклюже упасть на пол.

Окс попробовал высвободить руку, чтобы дотянуться до Бэнкрофта.

— Чен, немедленно прекрати, что я тебе говорю! — воскликнул Реджи, вставая между напарником и начальником, пока Ханна спешила на помощь Грейс, которая ударилась головой при падении. — Наш друг погиб, но нельзя почтить его память дракой. Сейчас же поднимайся на ноги.

Тяжело дыша, Окс некоторое время негодующе взирал на Бэнкрофта, но в конце концов встал, заметил Грейс и тут же растерял весь запал.

— Боже, прости меня, пожалуйста…

— Ничего страшного, — заверила она. — Я не пострадала. Реджинальд, отведи этого драчуна домой. Стелла, собирайся, мы тоже уходим. — С помощью Ханны Грейс поднялась на ноги.

— Вообще-то нам еще газету надо выпускать, — относительно спокойно по своим меркам произнес Бэнкрофт, который по-прежнему лежал на полу.

— Мы обязательно займемся ею завтра, — с нажимом ответила Грейс. — Сегодня никто не способен вести дела, — она заметила, что Бэнкрофт собирается возразить, и вперила в него предостерегающий взгляд, заставив промолчать.

— Вы уверены, что ничего не болит? — спросила Ханна, похлопав Грейс по руке.

— Я в порядке.

— Еще раз прости… — начал было Окс.

— Не бери в голову, — резковато прервала его Грейс, но спустя мгновение уже мягче добавила: — Если хочешь помочь, то подвези нас со Стеллой до дома. Тут недалеко, но я забыла взять сегодня зонт.

— Конечно, — кивнул Реджи.

Все четверо сняли верхнюю одежду с вешалки и молча вышли в приемную.

Ханна протянула руку все еще лежавшему на полу Бэнкрофту, но тот лишь отмахнулся и громко выкрикнул вслед удалявшимся сотрудникам:

— Совещание редколлегии — завтра в восемь утра!

Я навощился выпить крови

Владельцы музея восковых фигур «Восковой мир» в Мертир-Тидвиле пребывают в недоумении после серии необычных происшествий. Директор Гленис Дэвис, возраст неизвестен, рассказала, что впервые заметила нечто странное несколько недель назад: «В здании постоянно срабатывала сигнализация, поэтому поначалу мы думали, что внутрь кто-то проникал. Вот только все фигуры оставались на своих местах. Затем мы стали списывать ложные сигналы на неисправное оборудование. Однако охранная компания утверждала, что все работает как следует. И лишь потом наш сторож Гаррет обнаружил повреждения на одной из восковых фигур. На шее у двойника Маргарет Тэтчер виднелись довольно необычные углубления, напоминавшие следы от зубов. Если говорить начистоту, то за несколько лет выставки именно она понесла наибольший урон, включая неприятный инцидент с бросками экскрементами. Мы посмеялись над нелепым случаем с укусом, но вскоре обнаружили сходные следы на шеях у фигур принца Гарри, Тима Хенмана и Джуди Денч. Серьезно, ну вот кто мог невзлюбить Джуди Денч?»

Пока полиция ищет объяснение необычному происшествию, местный «специалист по сверхъестественным вопросам» Родри Халверсон оказался куда более многословным и немедленно представил свою версию: «Очевидно, что это проявление вампирских наклонностей. Кто-то пытается сопротивляться жажде крови и замещает ее укусами восковых фигур. Знаете, когда люди стараются бросить курить, то иногда крутят в пальцах что-то похожее на сигареты или жуют морковные палочки».

Миссис Дэвис считает идею мистера Халверсона правдоподобной: «Все действительно выглядит так, словно кто-то не может устоять перед желанием перекусить и постоянно возвращается в музей. На той неделе произошло новое проникновение. В этот раз неизвестный злоумышленник совершил набег на Дэвида Бекхэма. Пош, кстати, не тронули. Хотя это, пожалуй, имеет определенный смысл: сплошные кожа да кости, даже нечем полакомиться».

Редакция же выдвинула предположение, что преступник, по всей видимости, страдает не только от вампиризма, но и от национализма, так как все нападения зафиксированы только на фигуры британцев.

Глава 22

— Большой бокал белого вина, пожалуйста.

— Конечно, — широко улыбнулся светловолосый бармен. — У нас есть пино…

— Мне подойдет любое, — перебила его Андреа.

— Ясно, — улыбка собеседника угасла.

Детектив-сержант Уилкерсон никогда раньше не бывала в этом месте, так как обычно предпочитала пабы с завсегдатаями-полицейскими всяким модным винным барам. Причиной же сегодняшней смены обстановки послужили желание выпить и нежелание встретить коллег. День выдался крайне неудачный, и Андреа хотела провести время в одиночестве. Однако это место ей сразу не понравилось. Наверняка это одно из тех заведений, где приносят сдачу на маленьком подносе, чтобы тот, кто посмеет забрать монеты, выглядел настоящим скупердяем.

Детектив-инспектор Стерджесс устроил подчиненной разнос. Раньше ей доводилось работать в основном с Кларком и очень редко — с его более молодым коллегой. Тот и в лучшие свои моменты не казался весельчаком, но сегодня впервые взорвался от гнева. Зрелище впечатляло. Хотя Андреа не хотелось этого признавать, на самом деле Стерджесс не так уж и ошибался: она напортачила с делом Саймона Браша. Не следовало высказывать предположения о причинах его смерти при незавершенном расследовании — о чем босс и уведомил Уилкерсон так громко, что слышала половина участка.

Хотя, если начистоту, при любом другом инспекторе дело о прыжке парня с крыши немедленно бы закрыли. Кларк, например, сразу бы объявил это самоубийством и отправился обедать на пару часов раньше. Поэтому предположение Андреа не казалось такой уж натяжкой. Однако она не просто выложила ничем пока не обоснованное заключение свидетелю, которого ей приказали привезти, но и позволила ему сбежать через окно лишь для того, чтобы объявиться на месте преступления. А этот проступок был гораздо серьезнее.

— Пожалуйста, — снова улыбнулся бармен, отдавая Андреа заказанный бокал вина. Она принялась искать кошелек. — Можете рассчитаться сейчас, или я запишу пока на ваш счет.

— Счет, будьте добры, — Уилкерсон подняла глаза на симпатичного юношу.

— Без проблем, — его улыбка стала ослепительной, добавив минимум пару киловатт. — Время выпивки, значит?

Боже, как же Андреа ненавидела это выражение! Как будто после работы оставалось всего несколько занятий: время сериалов, время сна, время выпивки… Сделав глоток вина, Уилкерсон уткнулась в телефон. Улыбчивый бармен понял намек и удалился к другому концу стойки, где посетителей скопилось больше, а значит, выше оказалась бы и вероятность встретить теплый отклик на флирт. Красавчик был не в ее вкусе. Хотя и Андреа наверняка была не в его вкусе. Такие обычно улыбаются всем женщинам подряд, чтобы получить щедрые чаевые.

Уилкерсон имела склонность влюбляться в мужчин, которые получали что хотели и тут же сбегали, да и вообще чаще предпочитала одиночество. Наверное, именно поэтому она совершила ошибку, посчитав женатых неплохим вариантом. Однако сейчас эта фаза закончилась. Когда открываешь дверь в воскресенье утром, чтобы выслушать истерику от обманутой жены с двумя ревущими детьми, любое неуместное удовольствие от необременительных отношений быстро испаряется.

Андреа сделала еще один глоток вина. Основная причина, по которой она сегодня избегала привычных пабов, наполненных коллегами, заключалась в нежелании выслушивать сочувственные подбадривания от копов. Новости о нервном срыве Стерджесса уже наверняка распространились, и к Уилкерсон бы выстроилась очередь из тех, кто хотел полить его грязью. Молодой инспектор не пользовался особой популярностью. Почти все думали, что он воображает о себе невесть что и считает себя слишком умным, чтобы якшаться с простыми смертными.