Куив Макдоннелл – Странные времена: идеальный джентльмен (страница 63)

– Холодно. Голодно.

– Понятно, – вздохнула Ханна. – Мы сейчас пытаемся раздобыть вам что-нибудь поесть. А еще, кажется, где-то здесь я видела пару одеял. – Она пересекла помещение и сдернула пыльное полотнище, которое накрывало бесформенную груду. – Да ради всего святого!

– Что там? – поинтересовался Бэнкрофт.

– Ничего, просто… – Ханна окинула взглядом нагромождение жестяных банок. – Как ни странно, еще консервы.

Она направилась к Гибсону, чтобы отдать ему полотнище.

– Не подходи слишком близко, – предупредил Бэнкрофт.

Ханна раздраженно на него посмотрела, но все же помимо воли остановилась за семь футов от Леона и бросила ему покрывало. Он схватил ткань и замотался в нее.

– Так лучше?

– Я… – Гибсон облизнул губы. – Спасибо, что помогаете мне.

– Без проблем, – улыбнулась Ханна.

– Почему это со мной происходит? – простонал он, переводя взгляд с нее на Бэнкрофта и обратно.

– Мы надеялись, это вы нам скажете, – отозвался главный редактор.

– А мне-то откуда знать?

– Вы заметили что-нибудь необычное до того, как случилось превращение?

– Нет, – покачал головой Гибсон.

– Может, тогда контактировали с кем-то странным? Ели или пили что-то непривычное?

– Ничего, – снова мотнул он головой. – Кажется, я начал чувствовать себя необычно в пятницу вечером и… проснулся в воскресенье утром уже вот таким. А сейчас какой день недели?

– Среда, – ответила Ханна.

– Правда?

– И вы не встречали других, подобных вам?

– Нет. И даже не знал, что они существуют, пока вы не сказали. Вы уверены в этом?

– Боюсь, что да, – вздохнула Ханна, заметила задумчивый взгляд Гибсона и поняла, что сообщила больше, чем намеревалась.

– О нет, – прошептал он, указывая на нее пальцем с длинным ногтем. – Что они натворили?

– Я не…

– Пожалуйста, скажите мне.

– Вчера ночью один из них напал на женщину и убил ее.

– Боже, – едва слышно произнес Гибсон. – Это был не я. Клянусь.

– Мы знаем, – отозвался Бэнкрофт. – Вы уже сидели здесь во время происшествия. Иначе, позвольте заверить, я бы говорил с вами совсем по-другому.

Леон свернулся под покрывалом и зарыдал.

– Не переживайте, – постаралась утешить несчастного Ханна. – С вами все будет хорошо. Мы разберемся, что делать. – Услышав фырканье Бэнкрофта, она уголком губ пробормотала: – Ты совершенно не умеешь вести себя с людьми.

– У меня нет времени на любезности, – отмахнулся начальник и уже громче обратился к вампиру: – Мистер Гибсон, вы по шею в дерьме. Единственный шанс оттуда выкарабкаться – это помогать нам.

– Я готов на всё.

– Отлично. Тогда подробно расскажите, что вы делали на прошлой неделе. И не пропускайте ни малейшей детали.

Гибсон выполнил распоряжение, однако в его повествовании имелись значительные дыры в хронологической линии. При всех расспросах он повторял, что концентрировался только на чувстве голода и попытках его побороть.

– Расскажите об этом ощущении, – велел Бэнкрофт.

Гибсон так долго не поднимал глаз, что Ханна начала сомневаться, заговорит ли он вообще, но наконец тихо произнес:

– Голод подталкивает охотиться. Он… в точности похож на то, что показывают в фильмах. Проклятые фильмы. Боже, я превратился в монстра. – Вампир посмотрел на Бэнкрофта с мушкетоном наперевес. – Наверное, вам следует меня пристрелить. Пока не произошло что-нибудь ужасное.

– Нет, Леон, – поспешно вмешалась Ханна. – Не позволяйте пессимистичному настроению вас одолеть. Мы обязательно со всем разберемся. Даю вам слово.

– Ты не можешь ничего обещать, – многозначительно прошипел Бэнкрофт.

– Если потребуется, делайте, что должны, – глядя ему в глаза, всхлипнул Гибсон.

– Не волнуйтесь, сделаю, – заверил главный редактор, похлопав по прикладу Чехова.

До того как Ханна сумела придумать, как сменить тему беседы, двери подвала распахнулись, и помещение залил солнечный свет. Гибсон взвыл. Даже Бэнкрофт и его помощница вскинули руки, заслоняя глаза.

Грейс спустилась по ступеням, держа в одной руке тарелку, а в другой – большой стакан. По пятам следовала Стелла, со смущенным видом неся ведро.

– Закройте двери, пожалуйста, – попросила Ханна.

Пока новоявленная журналистка возилась со створками, Грейс неодобрительным взглядом обвела помещение, откашлялась и с вымученной жизнерадостностью произнесла:

– Всем привет! Вот принесла питание и… другие вещи для пациента.

– Пациента? – эхом повторил Бэнкрофт.

– Да. Бедный юноша болен. Кстати, где он?

Грейс проследила взглядом в направлении, куда целилось дуло мушкетона. Было заметно, в какой именно момент ее глаза привыкли к освещению и наконец упали на Леона Гибсона.

– Боже. – Она невольно отшатнулась, и фасад непоколебимости на секунду дал трещину. Ханна испытала уважение к коллеге, которая почти сразу же сумела взять себя в руки. – Здравствуйте, мистер…

– Гибсон, – подсказала помощница редактора.

– Гибсон, – повторила Грейс. – Сочувствую насчет вашего недомогания. – Она приподняла тарелку. – Я не знала точно, что вам потребуется, поэтому принесла стейк. – Указала на стакан. – И лимонад. Ну, как в пословице: если жизнь подбрасывает лимоны, сделай лимонад. Все его любят.

– Я не люблю, – прокомментировал Бэнкрофт.

– Ты не входишь в категорию «все». И никогда не входил.

– Подозревал нечто такое. Кроме того, в моей семье бытовала другая поговорка: «Если жизнь подкладывает свинью, сделай бекон».

Грейс приблизилась к Гибсону, но Ханна придержала ее за локоть и показала на пол:

– Думаю, лучше поставить это там.

– Да, хорошо. Действительно, так, наверное, будет правильнее. – Заместитель руководителя по общим вопросам опустила тарелку и стакан на прохладные камни пола. – Вот, мистер Гибсон. – Она обернулась, взяла из рук Стеллы ее ношу и добавила: – А еще тут… э-э… если вам понадобится… ведро.

– Благодарю вас, – слабым голосом проговорил добровольный пленник.

– Всегда пожалуйста. – Грейс вытащила из кармана буклет. – А еще возьмите брошюру с несколькими молитвами. На случай, если захотите впустить свет нашего спасителя Иисуса в свою душу.

– Спасибо за доброту, – кивнул Гибсон.

Грейс положила брошюру рядом со стаканом лимонада и удовлетворенно улыбнулась.

– Бедняга, – фыркнул Бэнкрофт. – Мало ему проблем с клыками, так он еще и вынужден слушать свидетеля Иеговы, не имея при этом возможности сбежать из-за оков.

– Что о тебе говорит тот факт, что твои манеры хуже, чем у монстра, Винсент? – резко оборачиваясь к начальнику, вспылила Грейс, потом поняла, что сказала, и смутилась: – Ох, простите меня, мистер Гибсон. Не следовало называть вас…

– А передо мной кто извинится? – возмутился Бэнкрофт. – И это меня люди объявляют невоспитанным.