Куив Макдоннелл – Странные времена: идеальный джентльмен (страница 22)

– Великолепно, – с предвкушением потер ладони Бэнкрофт. – Кроме того, я буквально пару секунд назад вспомнил, что возглавляю эту газету, поэтому тема закрыта и не подлежит обсуждению. Значит, мне нужно встретиться с… – он выжидательно посмотрел на Ханну.

– Джоном Мором, – подсказала она.

– …и поговорить с ним об этом щекотливом вопросе. Таким образом помощница редактора сумеет выкроить время на беседу со своим источником информации.

– Хорошо, – вздохнула Ханна. – Я напишу ему сообщение и уточню, свободен ли он сегодня. – Про себя же она подумала, что лучше уж как можно раньше расправиться с неловким поручением.

– Чудесно. И если понадобится «перепихнуться», как сейчас выражается молодежь, чтобы получить необходимые сведения, то даю на это свое благословение.

Грейс шокированно ахнула.

– Честно говоря, воспоминание об этих словах, скорее всего, навечно отвратит меня от подобного занятия с кем бы то ни было.

– Кстати, а как прошел развод? – поинтересовался Бэнкрофт.

– Великолепно. Теперь в моей жизни из одиновых шести остался только ты.

– Видите? – просиял главный редактор, снова продемонстрировав двухдневный шпинат на зубах. – Моя система ругательств уже приобретает популярность.

Чуть позднее Ханна постучала в дверь комнаты Стеллы.

– Убирайся.

– Это я.

– А, – чуть более приветливо откликнулась стажерка. – Погоди, я сейчас.

Она появилась из-за двери. Фиолетовые волосы свисали на глаза, контрастируя с зеленой футболкой, надпись на которой гласила: «Панк умер, да здравствует панк». Наряд завершали штаны в стиле милитари и тяжелые берцы.

Комната на самом деле была не совсем комнатой, а отгороженным церковным шпилем с двумя площадками и винтовой лестницей. Кровать едва умещалась под самой крышей, а дверью служил большой кусок фанеры. Окс притащил его откуда-то, чтобы Стелла могла создать хоть видимость личного пространства.

Теперь она отодвинула импровизированную ширму, впуская внутрь Ханну. Та заметила, что девушка даже не попыталась украсить помещение.

– Эй, я думала, ты захочешь немного подрихтовать комнату под свои вкусы.

– Подрихтовать? – переспросила Стелла.

– Это значит… Вообще-то, я и сама не вполне уверена, что означает это слово, если честно. В смысле, разве тебе не хочется создать здесь уют, навести красоту, оживить помещение?

– Не-а. Это подразумевает, что я планирую тут задержаться. Это не так. Вещи уже собраны.

– Точно, – протянула Ханна, кидая быстрый взгляд на рюкзак в углу. – Я как раз хотела обсудить твой переезд. – Она почувствовала себя первостатейной негодяйкой, заметив, как помрачнела Стелла, поняв, что последует дальше. – Послушай, я знаю, что мы договаривались о твоем переселении ко мне, но пока я отсутствовала… квартиру затопило.

– И как же это случилось в самый разгар жары?

– Отличный вопрос, – вздохнула Ханна. – Именно это мне и предстоит выяснить.

– Мне фиолетово. Не возражаю против сырости.

– Нет, честно, там царит ужасная вонь.

– В редакции и вообще уборная не работает.

– Грейс обещала решить эту проблему завтра. Кто-то из прихожан ее церкви достанет нам переносную туалетную кабину.

– Отпад.

– Можно будет вообразить, будто мы на фестивале, – с натужным оптимизмом выдавила Ханна и тут же пожалела о своих словах.

– Полный улет. Уверена, нужда справлять нужду в навороченном портативном биотолчке – это самое приятное в посещении любого массового мероприятия.

– Послушай…

– Забудь. Мне по фиг. Если передумала, так и скажи.

– Нет, клянусь, дело не в этом.

– Просто выметайся из комнаты, которая даже и не комната, и оставь меня в покое, – выпалила Стелла, запрыгивая на кровать и обнимая прижатые к груди колени. – Пожалуйста.

– Обещаю…

– Одно обещание ты уже нарушила, – резко оборвала Ханну стажерка. – Незачем закапывать себя еще глубже. А теперь уйди, пожалуйста. У меня нет двери, которую можно захлопнуть, так что вежливо прошу. Отвали, а?

– Это временно.

– Ну да. Не надо делать мне одолжений. Да и вообще, сейчас все равно нечем заняться, буду отращивать волосы, чтобы спустить их идущему мимо принцу. Может, он спасет из башни фрика.

– Ты не…

В глазах Стеллы мелькнули голубые искры. Она поспешно отвернулась и легла на кровать лицом к каменной стене, пробормотав:

– Пожалуйста, уходи.

Ханна попыталась подобрать слова, чтобы утешить бедную девочку, но так ничего и не придумала, поэтому зашагала вниз по лестнице, чувствуя себя отвратительно.

«Разговор прошел просто великолепно».

Глава 14

Он сидел не шевелясь.

Все дело было в контроле. В умении управлять собой и окружающим пространством.

Голод стал просто новым фактором, который следовало научиться подчинять своей воле.

Эндрю почти сразу почувствовал, когда с ним что-то произошло, и наблюдал за всеми изменениями с огромным интересом. Нормальной реакцией на подобное, конечно, стал бы ужас, но он никогда не был нормальным и даже ребенком проявлял наклонности, которые другие дети не только не разделяли, но и считали омерзительными. После нескольких инцидентов родители отправили сына к специалистам. Однако те не сумели исправить его поведение, по крайней мере, не таким образом, как надеялись, лишь научили притворяться, чтобы вписаться в общество.

Хищник по натуре, он гордился тем, насколько успешно вливался в любой коллектив, завоевывая популярность на работе, заводя успешную личную жизнь. Девушки считали Эндрю неотразимым. Он давно понял, что не может поддерживать длительные отношения, так как маска рано или поздно соскальзывала, но наслаждался и краткими встречами, особенно когда начал участвовать в игре по подсчету побед. Для замечательного лжеца секс служил великолепным способом оценивать количество баллов по шкале успешности.

Конечно, теперь, с новыми изменениями, правила стали совершенно иными. Эндрю позвонил на работу и сообщил, что берет пару отгулов по семейным обстоятельствам, хотя на самом деле не был дома много лет, лишь время от времени связывался с матерью по ее просьбе. Отец же, похоже, являлся единственным человеком в мире, который не купился на уловки сына.

Нынешняя ситуация казалась безусловно интересной, особенно с точки зрения возросшей выносливости. Он чувствовал, что стал сильнее и быстрее, хотя и раньше не жаловался на физическую форму. А еще обострились все ощущения. Эндрю заметил это вчера ночью, когда сидел в своей спальне. Он услышал, как пара, жившая через две комнаты по соседству, вошла, начала ссориться, затем мириться с бурным сексом, после чего опять ссориться – все это тихо, но отчетливо. Женщина в квартире напротив решила попробовать новые духи, которые украла с работы. Каждый оттенок запаха чувствовался великолепно. Когда Эндрю сконцентрировался, то, кажется, учуял даже возбуждение воровки. А также уловил железный аромат крови, когда кот этажом выше оцарапал своего идиота-хозяина. Последовавшие вопли свидетельствовали об истинности ощущений. Подозрения превратились в уверенность. Не то чтобы пришлось особенно напрягать мозги, делая вывод, ведь отросшие клыки служили довольно прозрачным намеком.

Теперь Эндрю планировал дождаться, когда наступит ночь, и уже потом предпринять решительные действия. Однако сейчас, кажется, следовало пересмотреть программу охоты.

Он почувствовал приближение мужчины сразу же, как тот вышел из лифта. Большинство животных обладало способностью ощущать присутствие хищника еще до его появления, иначе они уже давно бы вымерли естественным путем. У человеческих существ же все инстинкты практически исчезли, позволяя жить с ошибочной верой в то, что чудовищ не осталось. Эндрю точно знал: это не так. Он уже убил трех жертв.

Это произошло в течение нескольких лет. Осторожность и методичность помогали избежать поимки. Каждая из смертей оказалась по-своему информативной. Те, кто забирал жизни других, отличались от всех остальных, что проявлялось в манере держаться. Осознание способности нести гибель меняло навсегда. Они с Ангусом из бухгалтерии, например, почти не разговаривали, но ощущали тьму друг в друге. Эндрю давно предполагал, что такие, как он, встречаются гораздо чаще, чем считают люди. Если знать, что делать, то легко выдать смерть за несчастный случай. А если знать, куда смотреть, то можно увидеть целый пласт общества, на который никто не обращает внимания.

Эндрю был убийцей, и за дверью сейчас стоял такой же, как он.

– Кто там? – ему доставило удовольствие замешательство незваного гостя, который еще только собирался постучать.

– Можно поговорить с мистером Кэмпбеллом? – спросил мужчина почти без акцента, хотя в интонациях проскальзывали легкие нотки, присущие гражданам Израиля.

– Это я.

– Эндрю Кэмпбелл?

– Да, все верно. – Он выпрямился и застегнул молнию толстовки любимого цвета: красного, как кровь.

– У меня к вам дело.

– Какое?

Эндрю распознал запах, такой же, как на тех стрельбищах во Флориде, – оружейная смазка, – и с легким возбуждением понял, что у собеседника имеется при себе пистолет.

– Этот разговор лучше вести лицом к лицу.