Куив Макдоннелл – Последние поручения (страница 32)

Бриджит отступила назад и быстро осмотрела окна. Они были заперты в надежде, что это даст хоть какую-то защиту в «войне идиотов», как она привыкла называть нескончаемую ситуацию с Келлехерами. Встреча с Полом прошла не очень хорошо. Она надеялась, что пинок под зад поможет ему взять себя в руки, но, судя по всему, это возымело противоположный эффект. Переговоры с Келлехерами прошли еще неудачней, и перед «Агентством МКМ» теперь разверзлось жерло небытия, которое может настать после судебного процесса. Несмотря на то что вина, по сути, лежала на одном Банни, ей было трудно на него злиться. Последние несколько месяцев он был сам не свой, хотя, если честно, свешивать кого-нибудь за ноги с балкона для него было вполне привычным делом.

Она повернулась и пошла к заднему двору, где находилось единственное транспортное средство — ее собственная машина. Вид у машины был довольно жалкий, потрепанный и исцарапанный, она стояла в луже, в которой отражались неоновые огни таксомоторной компании и закусочных на Томас-стрит[47]. Бриджит собиралась купить новую, но никак не могла себя заставить. Старая машина вызывала в ней сентиментальные чувства, а также освобождала от ощущения вины за ежемесячные царапины, вмятины и задиры, которых невозможно было избежать при езде в Дублине. За рулем новой машины она расслабиться точно не сможет. Бриджит всегда недоумевала, как другим водителям удается поддерживать свои автомобили в неизменно опрятном виде?

После прошлогоднего инцидента одной из немногих вещей, на которые находила время Бриджит, были занятия по самообороне. Каждый понедельник вечером она неизменно посещала спортивный зал на Харкорт-стрит. Она окунулась в тхэквондо, как утка в воду. Тренеру даже пришлось поднять ее квалификацию на две ступени выше. Большинство женщин боятся причинять боль, но только не Бриджит. Во-первых, медсестрой она повидала немало боли, во-вторых, благодаря ее не слишком блестящему опыту в области романтических отношений в мире осталось достаточно людей, которым она была совсем не прочь сделать больно.

Уже дойдя до машины, она внезапно услышала позади себя шаги и неожиданный голос:

— Бриджит?

Ее инструктор по тхэквондо по имени Шэрон гордилась бы ею. Реакция последовала мгновенная. Удар ногой повалил нападавшего прежде, чем он понял, что именно его ударило. И эффект от падения на асфальт был совсем не таким, какой бывает, когда кто-то шлепается на страховочный мат. Вырвавшийся из легких злодея вздох вызвал чувство удовлетворения.

Она застыла над ним, сжимая между костяшек пальцев ключи, готовая в любой момент и навсегда испортить ему удовольствие от просмотра 3D-фильмов.

Лежавший на асфальте Энто Келлехер раскинул руки:

— Я сдаюсь! Я сдаюсь!

Бриджит медленно выдохнула воздух, который, как она только что осознала, все время сдерживала.

— Господи, Энто. Какого черта ты ждал, когда подкрадывался к одинокой женщине на автостоянке?

— Я не подкрадывался. Я увидел, что ты вышла, и подбежал, пока ты не уехала. Ты не отвечала на мои звонки.

— Ага. Потому что ты обманом заманил меня на встречу, где мне вручили повестку в суд!

— Клянусь, я не знал! Понимаю, как это выглядело, но, честно, я тут ни при чем.

— Ну да, конечно. Я более чем уверена, что мой адвокат посоветовала бы не беседовать с теми, кто в настоящее время подают на меня в суд.

— Тогда у меня хорошие новости: не я подаю на тебя в суд. Я уволился из детективного агентства братьев Келлехеров. Навсегда!

Теперь, когда ее сердцебиение перестало выстукивать высокоскоростной техно-ритм, она смогла его получше рассмотреть. Нижняя губа Энто была рассечена с левой стороны, а вокруг правого глаза чернел живописный синяк.

— Что, черт возьми, случилось?

— Я только что вернулся с семейного собрания. Скажем так: братья не пришли в восторг от моего решения уйти из компании. Семейное Рождество в этом году будет тем еще весельем. Слушай, если я пообещаю не делать ничего столь же агрессивного, как повторение твоего имени, мне будет позволено встать?

Бриджит кивнула, и Энто поднялся на ноги.

— Дай-ка гляну.

Она мягко дотронулась до его лица, затем повернула его так, чтобы на него упал свет.

— Господи, они тебя не жалели!

— Видела бы ты, что стало с другим парнем!

— Успел дать как следует сдачи?

— На самом деле нет. Тот единственный удар, который я нанес, возможно, еще и поправил уродливую рожу Винни. Что-то испортить там очень сложно.

Бриджит никогда не считала себя поклонницей бород, но трогать мягкую бороду Энто оказалось очень приятно. Бриджит подумала, не пользуется ли он каким-нибудь кондиционером для волос.

Она быстро отдернула руки:

— Тебе нужно приложить что-нибудь к губе.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он с огоньком в глазах.

— Веди себя прилично. Я знаю еще три приема, которых ты пока не видел.

— Уверен, все твои движения производят впечатление.

— Заткнись и заходи.

Она направилась обратно в офис, и Энто последовал за ней.

Глава двадцать первая

Прижав телефон к плечу, Бриджит рылась в сумке. У нее определенно были где-то салфетки. Похоже, она опять заболела простудой, что случалось практически каждое Рождество.

— Итак, — продолжила Нора Стокс, — я провела беседу с Шивон Доэрти, адвокатом Харрисона.

— Ясно, — ответила Бриджит, — ну и как все прошло?

— Ожидаемо. Пожалуй, лучше не выразить.

— А если выразить чуть менее хорошо?

— Она хочет всё. Она считает, что у них непробиваемая позиция и, если дело дойдет до суда, они выиграют.

Салфеток в сумке не оказалось, зато Бриджит обнаружила две рождественские открытки, которые носила с собой уже целую неделю, забывая наклеить марки и отправить.

— Ну и как — она права?

— Дело пока в процессе, и мы должны довести его до конца. Очень важно сохранять спокойствие.

— Черт…

— Что такое?

Бриджит бросила сумку на пол:

— Ты всегда говоришь как есть, Нора, но теперь вдруг принялась подслащивать. Это очень плохой знак. Насколько глубоко мы в жопе?

— В смысле, как обстоят дела? Отвратительней не бывает. Слушай, они сделали предложение. Ужасное предложение. Я не хочу, чтобы ты соглашалась на эту сделку, но по закону я обязана довести до тебя ее смысл.

— Окей.

— Они сказали, что заберут всю компанию — со всеми потрохами. Включая название и клиентскую базу. Всё.

— Харрисон хочет владеть детективным агентством? На кой черт оно ему понадобилось?

— Понятия не имею, но, судя по всему, он настроен серьезно. Может, решил, что раз он и так уже мудак, то почему бы не стать мудаком патентованным? Кроме того, вам запретят заниматься детективной деятельностью на ближайшие десять лет. И как вишенка на торте — восемьдесят тысяч морального ущерба.

— Господи!

— Говорю тебе, они просто пытаются тебя напугать.

— Им это удалось.

— Кстати, как продвигаются дела с поиском улик против этого подонка?

Бриджит откинула прядь волос с глаз. Скоро ей понадобится стрижка, если она вообще найдет на это время.

— Я поручила Филу вести наблюдение исключительно за Харрисоном, а сама в одиночку пытаюсь разгрести остальные дела, которые у нас пока что остались.

— Есть успехи?

— Нет. Последнее, что докладывал Фил, — ничего такого, о чем стоило бы сообщить.

— Понятно.

— Хм-м… — Бриджит заколебалась. Она знала, что ей придется об этом сказать, но немного побаивалась реакции. — Короче, не хочу, чтобы ты слишком остро это восприняла, но вчера поздно вечером ко мне подошел Энто Келлехер.

— Тот огромный волосатый ублюдок? Ну и как все прошло?

— Ну, я вроде как ударила его ногой.