Ксения Юри – Потерянная (страница 1)

Ксения Юри

Потерянная

Посвящается всем потерянным женщинам.

Глава 1

Я – молодая мама. По всем канонам современного общества моя жизнь удалась, ведь у меня есть работящий муж, маленькая дочка, просторная квартира. Но никто не уточняет, что брак трещит по швам, ребенок ловит очередной кризис, а выплачивать ипотеку придётся десятилетиями. День за днём проходят в будничной рутине, которая сжирает меня полностью и без сожаления.

В очередной раз мой дочка устроила истерику на площадке, муж наорал за беспорядок в квартире, а постоянная рефлексия о том, как я не ценила собственную свободу, привела к мыслям о прошлом.

Воспоминания о школьных годах являются моей Римской империей. Согласитесь, для многих людей период этой жизни был самым запоминающимся и ярким на события. Первая крепкая дружба, первые любовь и отношения… к сожалению, последнее обошло меня стороной. Мой муж стал первым серьезным и, получается, единственным мужчиной в моей жизни.

Мне нравились мальчики, казалось, я нравилась некоторым, видимо, была не судьба… но столько раз я проигрывала миллион ситуаций в своей голове, что было бы, если в тот или момент я повела себя по-другому? Как бы сложилось моё будущее?

Эта ночь никак меня не отпускала. Я вспомнила тот самый взгляд. Единственный в своей жизни, который преследует меня десять лет. У нас похожий цвет глаз. Серо-голубые. Я обернулась на него, смеясь, а он посмотрел мне прямо душу. Завис с полуулыбкой. Он и я. В метре друг от друга. По ощущениям мы запечатлились, как в «Сумерках». Такой короткий момент. Совсем непримечательный людям вокруг. Но для меня… это было всем. Может, даже и больше, раз, живя в другом городе, давным-давно имея другую жизнь и семью, я думаю именно об этом прежде, чем провалиться в сон.

Даня занимался спортом, но был неграмотным. Видимо, нужно было выбирать, быть с красивыми мышцами или правильно писать элементарные слова. Зато он… простой. И забавный. Мы так быстро нашли общий язык в той школьной поездке. До этого даже не были знакомы. С ним было так весело, так… спокойно. Но вылазка закончилась. Моя подруга спросила, нравлюсь ли я ему, а он сказал, что я слишком сумасшедшая для него. Конечно, она все передала мне, а я и вправду была такая. Думаю, поэтому и разозлилась. Высказала ему, что он в за спиной обзывает меня, а в лицо улыбается. Назвала крысой. Так грубо. В свою очередь, Даниил перестал мне писать, здороваться, а весь оставшийся год в школе мне оставалось только искать его глазами в коридорах и заставляла подругу гадать на картах Таро, суждено ли быть нам вместе.

Почему, когда мы, действительно, влюблены в человека, отталкиваем его? Я была таким вспыльчивым, эмоциональным подростком, но искренне желала любить и быть любимой, а сейчас… во мне уже все погасло. Самое важное время в моей жизни было потрачено на совладание самой с собой.

Как было бы здорово, если бы на лбу у школьников загоралось табло «нравишься» и «не нравишься», возможно, было бы проще жить?

Прямое доказательство этому – мой одноклассник, который травил меня несколько лет, а за ним подхватили и другие. Как оказалось, я ему нравилась. Ну, спасибо, а потом они удивляется, почему к ним такое предвзятое отношение? Может, потому, что вы просто придурки?

Голова становилась тяжелой и, наконец, ко мне пришёл сон. Вот он, Даня, прямо передо мной, смотрит на меня так, как я и помню. Я оглядываюсь. Мы на пожелтевшей лужайке, яркое солнце слепит глаза.

– Поймал, – он подходит сзади и, чтобы схватить свою шапку, которую я у него стащила, слегка приобнимает меня.

Я смущаюсь и отпускаю её, сразу отстраняясь. Для меня медленно приходит осознание, что я попала в тот самый день. Смотря вниз, я вижу себя в спортивных серых штанах и ярко-зелёной осенней куртке. Сейчас я даже не догадываюсь, куда делись эти вещи. Мои сверстники бродят вокруг, ожидая начало очередной экскурсии. Тогда я испугалась близости. Сейчас же я решила обернуться. Он отошёл к одноклассникам, но мельком поглядывал на меня. Уголки моих губ поползли вверх, а давно забытое тепло разлилось по телу.

Глава 2

Моргнув, я оказываюсь в туалете гостиничного номера. Смотрю на своё отражение. Я моложе, чище, худее. Глаза не застилает усталость, в них горит озорной блеск и энергия. Волосы не испорчены краской, чёлка аккуратно подстрижена мамой и не застилает глаза. Думаю о муже. Как потрепала меня жизнь с ним. Я не ценила себя такую, во мне было полно комплексов, а, когда выросла, он привил мне ещё больше, с явным удовольствием оскорбляя при каждой ссоре, как будто у него была атлетичная фигура и он идеален в каждом своем действии. Совсем нет. В семейной жизни изменились оба, розовые очки больше не затуманивали разум, но, конечно, все камни и осуждения будут лететь в женщину. Вздыхаю и улыбаюсь себе. Я, действительно, красивая. Без макияжа, без вульгарных образов, я милая девочка, которая может понравиться. Мне просто не стоило бояться.

Выйдя к подруге, я присела на кровать. Маленькая комнатка с двумя спальными местами была нашим уютном местом на эти несколько беспечных и свободных от родителей дней. Вечерами к нам приходили Даня и пара его одноклассников. Воспоминания, чем мы занимались, уже стёрлись из моей памяти. Болтали о чём-то, играли в карты, ничего криминального.

– Я хотела сказать, – начала Лика. – В общем, я говорила, что спрашивала Даню о тебе и он ответил, что ты ему нравишься… это неправда.

Я молчала, но чувствовала ту же самую злость, что и раньше.

– На самом деле, он сказал, что ты ведешь себя, как ненормальная.

– Зачем ты соврала? – тихо решила уточнить я.

Она беззаботно пожала плечами.

– Хотела вас свести, наверное. Вы хорошо бы смотрелись вместе.

Такой способ был дико странным. Самым правильным, наверное, было бы просто промолчать изначально, а не врать.

В комнату постучались. Последний вечер нашей поездки. Я проглотила в себе обиду. Причём, сейчас я понимала, как глупо это было. В данном случае, обижаться следовало на Лику, устроившую мне эмоциональные качели, ведь с ним у меня не было откровенных разговоров, мы просто общались и нам было по-дружески уютно друг с другом. А я обозлилась на него и стала холодней с ним общаться. Но в моем прекрасном, ностальгическом сне всё будет по-другому. Ребята зашли в номер. Их образы не были чёткими, словно вокруг лица заволок лёгкий туман. Я примерно помнила их имена и внешность, но сознание не давало воспроизводить события полностью, не настолько безупречна была моя память.

Я чувствовала, что сейчас он пошутит, а я буду сидеть с каменным лицом, когда он посмотрит на меня. Моя подростковая версия одобряюще улыбнулась.

– Ребята, давайте сделаем совместную фотографию на фоне храма.

Последняя вспышка из поездки. Он встал рядом. Не как на снимке, через подругу. Ближе. Хотелось дотронуться до его руки, но вокруг всё исчезало. Кажется, я меняю прошлое. Может, смогу сделать его идеальным.

Противный писк будильника заставил проснуться.

Я на автомате встала и поплелась собирать домочадцев. Муж поднялся и мгновенно скрылся в туалете. Сразу стало понятно – проснулся без настроения, ведь вчера, как он выражается, я не сбросила его стресс. Укладывала дочку и сделала вид, что заснула сама. Знала, что взбесится, но не хотелось идти к нему… до тошноты.

Быстро нарезав салат, ведь он любит обедать на работе только свежим, я стала будить дочь.

– Агаточка, милая, вставай в садик.

Нежно погладив её по голове, в ответ я услышала противный детский стон.

– Не хочу в садик, – захныкала малышка.

А я хочу побыть одна. Чёрт, я не хочу видеть свою семью. Какая это стадия депрессии?

Побаливала голова. Уже забыла, когда я высыпалась.

– Я тоже много чего не хочу, но приходится.

Может, хорошие матери оставляют детей дома, чтобы провести время вместе? Но ведь она будет вредничать. Просить смотреть мультики. Отказывать от долбаных борща и котлет, которые я несколько часов готовила у плиты. И именно я буду чувствовать себя отвратительно. Что не могу ничем увлечь дочь, не могу накормить и её и сделать так, чтобы она меня слушала.

Нет уж, спасибо.

– Давайте быстрее, мне уже надо выходить.

Муж суетился в комнате, натягивая чёрные джинсы с таким же тёмным джемпером. Семья дединсайдов, как бы выразились зумеры.

Я начала одевать на едва проснувшуюся дочь вещи. Это было в разы проще, чем заставлять её одеваться самой, хотя воспитатели постоянно делали мозги, что дети в три года должны все снимать и надевать сами. Она-то умеет, только поноет полчаса и обязательно наденет всё другой стороной.

В спешке обула. Подняла взгляд на мужа. Он не хотел смотреть меня. Вечно обиженный. Вечно злой. Я поднялась на цыпочки и чмокнула его в щеку. Не любила видеть его таким. Но больше раздражало, когда я была причиной. Если он в таком настроении, то не будет и дня без скандалов, пока я не удовлетворю его потребности.

Не то, чтобы я его ненавидела и каждый день думала о разводе, нет. Мне нравилось проводить с ним время, отдыхать вечерами, пока не затрагивались темы его похоти. Никакой романтики. Просто успеть по-быстрому перед сном. И желательно, чтобы я была инициатором и главным исполнителем, чтобы была удовлетворена и счастлива происходящим, что невозможно уже давно. К вечеру я чувствую себя выжатой, как лимон, и моё либидо давно на нуле, по крайней мере, с момента рождения дочери. Первые годы отношений никогда не вернуть. Почему он не может это понять?