Ксения W Маничевская – Исповедь Шимиан. Нить, разорвавшая вечность. Том 1 (страница 14)

– Насущным ли воплощением и где находится принц Самаэль из рода Левайятан, зовущийся…

Инга перебила мужчину своим криком:

– Нет, дитя! Стоп!

Было уже поздно. Лепесток, впитавший вопрос Фэмера, стал угрожающе набухать. Внутри него на манер сосудов стали распространяться чёрные трещины, после чего он с оглушительным звоном взорвался тысячами мелких частиц! Не все из них успели превратиться в безобидную пыль и с большой скоростью пролетели мимо мужчины и вужалки.

– Чшш, зараза… – Фэмер вытер кровь с раны на щеке.

Со стороны гадалки послышалась ругань на спутанном языке.

– Произошла неисправность? – мужчина озадаченно наклонил голову вбок. – Я поторопился? Могу повторить ещё раз!

– Никакие воплощения из рода Левайятан нельзя отследить при помощи этого устройства! – в своих интонациях Инга переходила от спокойствия к трепету. – Это запрещено договором с Вечнодремлющей княжной, дитя!

– Оу, класс, спасибо за предупреждение, – закатил глаза Фэмер и саркастически поинтересовался: – И что теперь делать, у самой княжны спрашивать?

– Рано или поздно судьба расставит всё на свои места, дитя, – пожала плечами гадалка.

Фэмер оживлённо хлопнул в ладоши.

– Значит, спрашивать у самой княжны.

– Не так легко добиться встречи с Вечнодремлющей княжной, дитя, – покачала головой гадалка. – А если это удастся тебе без испытаний, то знай: такая ветвь событий ещё страшнее. Хочешь моего совета?..

– Дайте-ка угадаю: сейчас вы настоятельно попросите меня отступить, – Фэмер компульсивно щёлкнул зажигалкой, поднося к своему лицу и на грани с одержимостью прошептал: – Вы плохо меня знаете, чара Инга. Я скорее умру, но своего добьюсь.

– Не учи судьбу плохому, – с жалостью в голосе упрекнула его гадалка.

– Она и так у меня безвозвратно испорчена, – с усмешкой отмахнулся мужчина и закрыл зажигалку.

Всю обратную дорогу к станции СТЕФ Фэмер провёл в поезде скоростного транзита. Общественный транспорт Фэмер не любил, однако если ему всё же приходилось им пользоваться, мужчина неизменно выбирал вагоны с отключённой системой автоматического регулирования личного пространства – вовсе не из-за почти вдвое сниженной цены, а благодаря возможности наблюдать за пёстрой толпой пассажиров. За соседним сиденьем носящая старомодное оранжевое кимоно девчушка ела замороженную хурму. Неподалёку пожилые туристки – должно быть, отказавшиеся от процедур омоложения экоактивистки из Одиннадцатого мира – фотографировались с парой криллис21. На одной из станций в вагон забежала увешанная сумками выпускница, локоны которой змеились по всей голове. Глядя на неё, Фэмер мечтательно улыбнулся: он всегда любил кудряшки.

Глава 4

«Пион Вечнодремлющей княжны»

[Карманное измерение Сияния]

17 год эпохи,о которой грезил разум

– Великий чар Фэмер Кёр явился!

Под неслышимые никем, кроме него самого, овации Фэмер торжественно вошёл в офисное помещение своего отдела. Привыкшие к его выходкам коллеги никак не отреагировали на его появление, и только Исаак поднял голову и с улыбкой помахал вернувшемуся коллеге. Чалкидри, сидящий подле него, коротко и мрачно кивнул.

– Вернулся-таки… – пробормотал он, поглаживая бронзовую часть своего лица. Ашкрай часто навещал своих друзей из подразделения О Контакте, когда не был занят тренировками или оперативной работой в поле. Исаак и Фэмер часто шутили, что Грёзы О Страсти не отличались дружелюбием в повседневности из-за того, что расходовали её всю в командном бою.

– С возвращением, Фэмер, – Исаак вновь вернулся к своему эфириумному экрану, на котором одновременно было открыто несколько десятков документов, разложенных в идеальном порядке.

– Исаак, нужно проверить Ниццина Контэ. Что-то мне в нём не понравилось, – самодурно начал Фэмер, усаживаясь на край рабочего стола вираделла.

– Я не твой подчинённый, Фэмер, проверяй сам, – несвойственно для себя грубо отказался Исаак. – Ты всё ещё должен мне за тот раз с картелем.

– Кого, говоришь, ты хочешь проверить? – Чалкидри сильнее опёрся на стол, наклоняясь к друзьям.

– Ниццин Контэ, «лучший гид Цэрриэля», – с толикой надежды пересказал Фэмер. – Знаешь его?

– Нет. В этом-то и проблема, – отрезал мужчина. – Грёзам известно о случае каждого потенциально преступного поведения, так что если этот твой гид действительно такой подозрительный, за ним давно установлена слежка.

Фэмер почувствовал раздражение и сдержал себя, чтобы не закатить глаза. Иногда ему казалось, что даже в глазах своих самых близких друзей он был не более чем мальчиком, который кричал «драконы». Да, Фэмер и впрямь часто ошибался в своих предположениях – зато их было много и действительно удачные поднимали Фэмера в рейтингах по количеству раскрытых дел!

– Ладно, может ты и прав, – с нечитаемым выражением согласился Фэмер. Сам он всего несколько часов назад узнал о существовании универсального устройства отслеживания перерождений, который успешно укрывали от Грёз годами, а потому Фэмер начал сомневаться во всеведении своей организации. Впрочем, засекреченность значительного количества информации он не мог не принимать во внимание. – Как вообще ваши дела?

– Этот, – Чалкидри кивнул в сторону Исаака, – постоянно чем-то возмущается.

– Конечно, а как тут не возмущаться, – юноша никогда сильно не повышал голос, ему хватало тихих слов и интонаций, чтобы выражать чувства. – Нам нужно проверять эфириумную сеть на предмет подозрительных действий, но как это делать, если всюду одни бессмысленные посты?.. Фотографии себя с одного ракурса, фотографии с другого, зацикленные голограммы с не более полезным содержанием… Почему никто не умеет разделять по-настоящему стоящие публикации события и эти дешёвые способы обрести популярность, которая исчезнет через пару часов? – Исаак взялся за голову и принялся бормотать: – Я люблю свою работу, я точно люблю свою работу…

– А представь, что именно ты среди всего этого шума сможешь найти что-то преступное и раскрыть заговор. Глядишь, и сама Дэйлила пригласит тебя на интервью! – ободряюще похлопал по плечу юноши Фэмер. – Ты же хочешь этого?

– Это моя мечта, – глаза Исаака засияли, и Фэмер не смог сдержать улыбку.

– Чтобы встретиться со своим кумиром или всё-таки чтобы остаться в памяти жителей Империи? – по-доброму поддразнил друга Кёр.

– Разумеется, чтобы получить своё место в вечности, никак иначе, – с едва заметной ноткой сарказма ответил Исаак, ухмыльнувшись. – По моим наблюдениям, только члены семьи Левайятан и протеже Её Императорского Величества Шимиан могут рассчитывать на то, что их будут помнить всегда.

– Да ладно тебе, погляди хотя бы на прожившую и умершую в безвестности княжну Ликкалию или Неразрывных Близнецов, проклявших друг друга! Позор да и только, – выругался Чалкидри.

Фэмер неодобрительно покачал головой в сторону него: сейчас было не время разводить политические распри, он пытался поддержать Исаака.

– Золотые слова! – вдруг поддакнула сидящая чуть поодаль Зоя.

Следующее, что было слышно со стороны девушки: приглушённый крик. Весь её язык обратился цельным куском золота, мешающим говорить и дышать – всего на несколько десятков секунд, но этого хватило, чтобы спесь с коллег спала, и в офисе воцарилась гробовая тишина. Каждый знал: за почти любым проявлением Ками в этом измерении стояла сама Сияние – а, значит, даже её смогли возмутить грубые слова Чалкидри и Зои.

– Фэмер, как прошли твои поиски? – с осторожностью постарался сменить тему Исаак.

– Прежде, чем я начну рассказывать, примите это! – Фэмер достал из бездонной сумки около двадцати палочек с рисовыми шариками в карамелизированном соевом соусе и подозвал остальных коллег. – Вот, привёз вам с Цэрриэля. Ещё тёплые!.

– Тебя же лишили зарплаты, разве нет? – удивлённо поднял бровь Исаак, откусывая своё угощение. Фэмер знал о вкусовых пристрастиях друга, а потому специально для вираделла взял аналог данго без растительной основы.

– Тот, кто служит царственным свету и тьме ради маммон, будет служить и Адоэлю, если тот заплатит больше! – во все зубы улыбнулся Фэмер. Единственное, ради чего он готов был экономить на себе – удовольствие видеть радость на лицах тех, кто был мужчине близок. Подарки он считал лучшим способом добиться желаемого. А ещё Фэмер порой начинал сомневаться, что Исаак и Чалкидри действительно считали его другом, а не второстепенной опцией для общения, – и поднятие своей важности в их глазах было вторым предназначением подарков.

Мужчина взмахнул рукой, и перед ним появилась лазурная сфера-ассистент.

– Звонок Грёзе О Забвении шестого Б ранга Анфире, эээ… Просто Анфире.

Раздался перезвон колокольчиков, знаменующий начало вызова.

– Приветик, чар Кёр! – восторженно ответила Анфира. Позади неё доносились яростные крики и звуки погрома.

– Оставить тебе несколько палочек данго? – невозмутимо спросил Фэмер. – Привёз с Цэрриэля. Тёплые.

– Да вколи ты ему уже успокоительное, глупенький! – раздражённо рявкнула Анфира, тут же возвращаясь к своему обычному лёгкому тону голоса. – Это не тебе, чар Кёр. Я недавно пообедала, спасибо.

– Не будешь? – многозначительно пожал плечами Фэмер. – Ну, значит мне больше достанется.

– Давай, пока-пока!

Послышался звон, означающий конец связи. Фэмер с лёгким разочарованием покосился на оставшиеся данго и принялся за еду. Во время получившегося обеденного перерыва Фэмер успел рассказать коллегам о ходе своего расследования, предусмотрительно умолчав о встрече с Хуо.