Ксения Власова – Чужой мир (страница 32)

Отлично. Хороший вариант.

Ломануться навстречу опасности – глупый, бессмысленный поступок, в котором даже последние альтруисты не усмотрели бы ничего безрассудно-возвышенного, но я знала, что делала.

Айсан несколько секунд медлила; я подбегала все ближе, и она, отбросив осторожность, выскочила мне наперерез. Я видела винтовку, смотрящую мне в грудь, и ждала выстрела. Помня о безвредности снаряда, я не могла отделаться от чувства, будто огромные глаза Айсан с расширенными от паники зрачками – это последнее, что я увижу в этой жизни. Как же смешно…

Стоило огромного труда не свернуть с траектории, не вильнуть в укрытие. Инстинкт буквально кричал о том, что я – идиотка. Наверное, в этом уверилась и Айсан: винтовка в ее руках едва заметно дрогнула, а из дула вылетел парализующий снаряд.

Получив ощутимый удар в грудь, я хотела было возмутиться наглому вранью Игибо Майса, уверявшего в безболезненности пуль, но слова застряли в горле, а в глазах застыла темнота. Причина была не в парализующей составляющей снаряда, а в песке, осевшем на маске.

Я лежала лицом в земле и никак не могла сообразить, что же случилось; лишь ощущала непомерную тяжесть на спине, будто камнем придавили. В этот момент меня схватили за руку и с силой дернули куда-то наверх. Я судорожно протерла маску и увидела Дайса. Он тащил меня куда-то, прикрывая собой. Обернувшись, я заметила распластавшуюся по земле Айю, совершенно неподвижную. Маска не могла скрыть решительности, застывшей на ее лице: поджатые губы, нахмуренный лоб – все говорило о каком-то стремительном рывке, о прыжке на подлете.

Я вздрогнула. Догадка пронзила и обожгла стыдом. Айю кинулась спасать меня и сама подставилась, схлопотав обездвиживающий снаряд. Видимо, сбила с ног и вывела тем самым из зоны обстрела. Глупая, смелая девочка…

Я больно приложилась макушкой о стену очередной изгороди, где мы спрятались. Стена показалась слишком мягкой, и, задрав подбородок, я поняла, что удар смягчила ладонь Дайса.

– Если задумала выйти из игры, могла сделать это более изящно. – Мне показалось, или в тоне Дайса действительно сквозила досада?

– Например? – огрызнулась я.

– Как угодно. Только не подставляй моих игроков.

Я разозлилась и почти вплотную приблизилась к Дайсу. Наши лица оказались друг напротив друга, мы оба тяжело дышали. Маска невозмутимости слетела с Дайса, и, всматриваясь в его жесткие черты, я поймала себя на мысли, что невольно отступаю под таким напором. Мне это не понравилось.

– Пусть твои игроки не изображают из себя спасителей. Мне помощь не нужна.

Боковым зрением я заметила движение возле ближайшей к нам насыпи и, прежде чем успела подумать, подскочила на ноги, выстрелила, почти не целясь, и снова присела на корточки, скрываясь от возможного ответа, но его не последовало. Ассистент режиссера рухнул навзничь, винтовка, нацеленная в нашу с Дайсом сторону, выпала из его рук. Что-то мне подсказывало: жертвой должна была стать не я.

Дайс перевел оценивающий взгляд с ассистента на меня, хмыкнул и согласился:

– Да, вижу, помощь тебе и правда не нужна.

– Спасибо не скажешь?

– Скажу. А еще предупрежу, что тебе нельзя так рано выходить из игры. Наверное, ты не понимаешь, но такое фиаско вызовет скрытые насмешки. Тебе, как одному из руководителей съемочного процесса, они ни к чему. Хорошо, если подколки не примут обобщающий характер. Ты же не хочешь, чтобы всех землян считали неудачниками и трусами?

Я молча смотрела на Дайса. В его словах была логика. Мне даже в голову не пришло подумать о происходящем с этой стороны. Алекс был бы разочарован, проколись я на столь незначительном инциденте.

– Как же мне все это надоело… – пробормотала я под нос, но Дайс услышал.

– Знаю. Потерпи еще пару часов, а затем смело подставляйся.

– Сколько?! – У меня даже дыхание перехватило.

– Это долгая игра. – Дайс сочувственно улыбнулся. – Держись рядом, я скажу, когда можно будет действовать.

Спокойная уверенность Дайса обескураживала, и я кивнула. Почему-то с ним хотелось соглашаться, и я не могла понять, что являлось тому причиной: было в нем что-то, вызывающее доверие.

– Видишь вон тот поваленный забор слева? Беги, я прикрою.

Дайс ободряюще сжал мое плечо, а затем, высунувшись наружу и проверив угол обзора, дал отмашку. Уже на полпути к цели я поняла, почему не нахожу сил с ним спорить: в его словах и поступках неизменно сквозила забота. Это обезоруживало.

Два часа пролетели незаметно. У меня словно открылось второе дыхание: я двигалась перебежками, ползала по-пластунски, ныряла в укрытия и стреляла в «неприятеля», если не видела другого выхода. При этом я все время держала в поле видимости Дайса, старалась не отходить далеко от него – так было спокойнее. Пару раз я мельком замечала, что он «снимал» целящихся в меня снайперов, и мысленно благодарила за помощь.

Наблюдая за ним, я не могла не отметить, как он толково и непринужденно координирует группу, как легко меняет тактику и лаконично раздает приказы. Наверное, только благодаря его стратегии ведения боя мы получили численный перевес. Его широкая спина мелькала то тут, то там, и я только удивлялась скорости, с которой он перемещался по площадке.

Я стояла за импровизированным холмом из мешков с песком и сквозь небольшую брешь пыталась оценить обстановку, когда метнувшаяся тень заставила резко обернуться и обхватить винтовку покрепче.

– Напугал! – Пальцы подрагивали, поэтому я поторопилась убрать их с курка.

Дайс пожал плечами.

– Думал, ты меня увидишь. Я не особо скрывался.

– Извини, опыта в таких играх у меня поменьше твоего, – хотела съязвить, но не получилось. Слишком устала.

– Знаю. Ты молодец, отлично держишься.

Я недоверчиво покосилась на Дайса. Это что, похвала?

Мои действия никогда прежде не одобряли так открыто, с ноткой гордости, и теперь я была сбита с толку. Видимо, Дайс почувствовал мою растерянность и сменил тему. Он шагнул ближе, обогнул меня и наклонился, всматриваясь в узкую щель между мешками.

– Думаю, тебе уже можно претворить свой план в жизнь. Играть осталось часа три, не больше.

Дайс распрямился, и я, чуть склонив голову, встретилась с ним глазами.

– Мы победим?

– Я в этом уверен. Весь вопрос в том, с каким счетом.

Я нахмурилась, но не успела ничего спросить.

– Чем больше игроков останется «в живых», тем разгромнее будет счет.

– Понятно, – протянула я и тоже приблизилась к своеобразному «глазку» в стене. Яркий свет бил в щель, и в лучах солнца можно было рассмотреть мельчайшие пылинки, кружившие в воздухе.

Решение зрело в голове и так же нерешительно кружило, как эти белые частички, видимые лишь на просвете.

– Три часа – долгий срок, – неопределенно заметила я. – Тем более на такой жаре.

– У тебя есть предложение? – Дайс выглядел удивленным и заинтересованным. Забавное сочетание эмоций.

– Почему бы не попробовать прорваться к флагу? Численный перевес на нашей стороне. Разве ты не хочешь быстрой победы?

– Я думал, ты стремишься выйти из игры.

Я замялась. Признаться в том, что вошла во вкус, было как-то неловко, поэтому я прибегла к небольшой лжи:

– Сделаю это с наибольшим пафосом.

Дайс посмотрел на меня искоса, словно оценивая мою откровенность по шкале от нуля до десяти. Затем едва слышно хмыкнул и серьезно поинтересовался:

– И какие у тебя идеи?

– Видишь оборонительную башню слева от насыпи, где врыт столб с флагом? – Я подошла вплотную к Дайсу и указывала направление. Тот внимательно проследил взглядом за моей рукой, вернулся к лицу, задержался на нем, а затем снова вгляделся в даль.

– Да.

– На крыше есть бойница, там виднеется трос. Если хорошенько ухватишься и пролетишь на нем, как на тарзанке, то упадешь как раз на насыпь. Пара секунд, и флаг будет поднят.

– Неплохой план, – одобрил Дайс, – но есть одно «но»: бойница слишком узка, в нее пролезет разве что худенькая девушка, а таких в нашей команде уже не осталось.

От возмущения я едва не навернулась на ровном месте. Хорошо, что Дайс вовремя подхватил за локоть.

– То есть я в качестве девушки уже не котируюсь? Или ты думаешь, я застряну на полпути?

Женская логика проснулась моментально, и я даже не знала, на что обидеться сильнее: на то, что меня не причислили к женскому полу в принципе или на то, что посчитали слишком толстой для такой сложной миссии.

– Ну, если прежний план с торжественным самоубийством забыт, то теоретически можно рассмотреть твою кандидатуру.

Дайс говорил вдумчиво, немного прищурившись, и я поняла, что меня поддразнивают, лишь заметив, как он кусает губы, сдерживая смех. Неожиданно я расслабилась, ситуация стала напоминать те далекие времена, когда на Земле я играла с мальчишками во дворе. Те тоже вечно подкалывали, словно проверяли на прочность. При этом в случае набега «чужаков» всегда защищали меня до последнего.

Ностальгия теплой волной прокатилась по душе и мурашками пробежала по спине.

– Резюме прислать? – с показной кротостью поинтересовалась я.

Мы оба фыркнули, а затем посерьезнели и вернулись к теме разговора.

– Можно попробовать, – решил Дайс. – Только одной тебе не пройти полосу препятствий, я пойду с тобой. Остальные нас прикроют. Как только Игибо поймет, на что мы нацелились, палить по нам начнут, как по птицам в период летней охоты.