Ксения Спынь – Дальний свет (страница 76)

— Ну вот и приехали, — взглядом он следил за двумя людьми, подходившими к авто. — Там вас доведут.

Китти вылезла из машины.

— Спасибо, — сказала она ещё раз.

— Господи, да за что, — фыркнул тот и, подождав, когда к ней подойдут, поспешно укатил в неизвестном направлении.

«За то, что они не знают, что у меня пистолет», — ответила Китти, но, конечно, не вслух.

Кто бы думал, что после всей нервотрёпки, когда только-только минул самый пик угрозы и уйма опасностей ждала впереди, так сильно вдруг захочется спать. Феликс попробовал уговорить себя дождаться хотя бы стоянки и оценить обстановку: там могут снова проверять вагоны, а значит, нужно быть начеку. Ринордийск и так близко, поезд едва ли будет ехать дольше часа до остановки.

Но забравшись в угол и укрывшись, чем нашлось, хоть для какого-то тепла, он вырубился почти сразу — просто уже физически не мог иначе.

В тот миг, когда он проваливался в ничто, перед глазами промельтешили давние картинки, и, кажется, он услышал революционный гимн…

…Феликс стоял в актовом зале, прислонившись спиной к одной из колонн: мест не хватало на всех, и многие студенты не садились. Лампы уже приглушили, но он всё равно осматривался посекундно, как будто за это время лиц в толпе могло прибавиться.

Вот отзвучал первый, второй куплет… Она ведь сказала «если до конца». И она никогда не опаздывала. Может быть, появлялась в последний момент, но ни разу ещё не приходила слишком поздно.

Третий. Кажется, в этот раз всё-таки нет, мрачно усмехнулся Феликс. Час победы, как же. Отличные слова для сегодня и для всего последующего, лучше просто не бывает.

Он вскинул взгляд на репродукторы, которые всё ещё звали кого-то на какой-то бой, и в этот же момент рядом беззвучно возникла Китти, будто тут и стояла.

— Ну что? — едва слышно шепнул он. Не поворачиваясь, Китти коротко кивнула и прикрыла глаза: всё под контролем.

Феликс облегчённо выдохнул. Сегодня после пар — понял он ещё до полного осознания и осмысления, что всё, прокатило! — сегодня после пар они всей компанией засядут в какой-нибудь кафешке, уж по такому-то поводу. И Китти, естественно, тоже, её он пригласит лично. Он вообще сейчас сделает всё, что она ни попросит…

Репродукторы на сцене доигрывали гимн.

— Да. Да, понял. Отлично.

Он отключил трубку, с торжеством взглянул на присутствовавших:

— Взяли.

Дукатов оптимистичного настроя не разделил.

— Только Башеву? — уточнил он. — Или их всех?

— Её, да… Шелетов довёз лично, туда, куда мы договорились. Но с остальными, как мне кажется, всё теперь разрешится довольно быстро. Не исключено, кстати, что они сами явятся её вызволять. По крайней мере, что явится Феликс, я практически уверен. А без него те два клоуна не смогут вообще ничего.

— Девушка?

— Сибилла? Она безопасна.

— Ну хоть что-то, хоть где-то, — Дукатов недовольно и раздражённо потянулся. — Если внезапное всё же случится, звякнешь мне? Я пока отчалю, — он глянул мельком на стрелки часов.

Когда Дукатов ушёл, Вайзонов будто бы невзначай передвинулся ближе.

— Её возле станции взяли? Так?

— Именно. Наверно, она ориентировала направление по рельсам… или, может, надеялась, что по ним всё ещё ходят поезда, чего не бывает.

— А товарняк к тому времени уже прошёл?

— Тот, что привозит в Ринордийск продовольствие? Секунду… — он прикинул в уме, затем всё же сверился с расписанием. — Да, примерно тогда он и должен был там проезжать, если, конечно, не сильно опаздывал.

Выражение лица Вайзонова ему совсем не нравилось. Даже вновь закопошилась пока беспредметная тревога, как будто чего-то они не учли.

— Если хочешь сказать, что что-то не так, говори.

Вайзонов неопределённо качнул головой:

— Сдаётся мне, Феликс может и не объявиться. С большой вероятностью он сейчас в том самом поезде.

На мгновенье это показалось более чем реалистичным — и даже, вполне возможно, так и есть, как только они раньше просмотрели. Но уже в следующую секунду он взял себя в руки и даже слегка рассмеялся над своими мыслями.

— Ну это ты уже что-то небывалое… Летом — ещё ладно, но зимой, в товарняке? Так и не доехать можно. Не совсем же он всё-таки сумасброд.

— Ровно настолько, чтобы выкинуть подобное, — Вайзонов пристально глядел на него быстрыми подвижными глазами. — Ты просто давно с ним общаешься и, наверно, уже привык. А я как человек со стороны тебе говорю: он ненормальный.

— У него, конечно, свои тараканы… — постукивая пальцами по столу, он вновь невольно опустил взгляд на расписание поездов. Если и вправду вышло, как сказал Вайзонов… Всё это не на шутку плохо и тянет на чрезвычайные обстоятельства.

— А, подожди, что я, в самом деле, — вспомнил он и принуждённо улыбнулся. — Шелетов ведь вычислил именно его телефон? Тогда, если он действительно в поезде и не выключал мобильник, нам не составит труда это понять…

— Ещё раз свяжешься с Шелетовым?

— Да… хотя нет. Сейчас его отвлекать будет чревато, — он помялся, пробежал взглядом по столу. — А вот что, сделаем проще. Заодно уточним, в курсе ли он, где Китти, и что вообще думает делать.

— Ты звонить, что ли, собираешься? — насторожился Вайзонов.

— Не с основного, разумеется… Всё в порядке, он никогда меня не узнавал, если я звонил по городскому.

Если держать глаза открытыми, перед ними повисали дощатая стена (доски пригнаны довольно плотно) и потолок (затемнённый, и не очень разглядеть, какой именно). Лавка была не перед глазами, но хорошо ощущалась спиной и затылком. Лежать на ней получилось удобно, и здесь было тепло — в пальто, по крайней мере. В общем и целом, ничего не мешало терпимо провести здесь час, десять или сколько понадобится — активных дел, требовавших решения и действий, у неё больше не было. Осталось только подождать.

Жаль, так и не разгадали, чей был тот номер с распечатки, вспомнила она. Конечно, сейчас уже неважно. А если история со сговором всё же всплывёт — если, фантастичное, но допускаемое — то достаточно будет и остальных подробностей. И всё-таки жаль, когда почти сложившейся картинке не достаёт последнего кусочка.

А впрочем, да, неважно.

Она закрыла глаза. Замелькали лица и образы — далёкие теперь и размытые. Отец («И всё-таки моя девочка, я был прав»), Дэня («Но я тебя всё равно заложил, давай без обид»), Павлик Трешкин («Вы ведь слышали тот выпуск новостей? У меня получилось почти как у вас»), Жанчик («Но я сыграла… я всё же сыграла свою главную роль!»)… И много, много других, одни кивали ей, другие осуждающе качали головами, но всё это уже не имело никакого значения. Во внутреннем кармане зазвонил мобильник.

Это настолько не вязалось с моментом и местом, что Китти замерла на секунду, затем вспомнила, что кто бы это ни был, он звонит Феликсу, а не ей. Она покопалась, достала телефон.

Номер должен был казаться незнакомым, но память на этот раз не подвела: это о нём она думала минуту назад. Его они никак не могли опознать среди других номеров.

Помедлив для приличия, она всё же нажала кнопку.

Сначала было только шуршащее молчание. Потом послышалось:

— Эй, кто там есть? — после паузы. — Кто это? С кем я говорю?

Ещё после паузы:

— Шержведичев, это вы?

— Это я, господин Гречаев.

— Китти? — вырвалось с той стороны, и снова замолчали.

Попадание на последней минуте. И там, конечно, поняли тоже.

Он, впрочем, быстро нашёлся:

— А, Китти, здравствуй, Феликс там не с тобой рядом?

— Нет, — протянула она удивлённо. — А почему вы решили, что он должен быть рядом со мной?

— Ну как же, вы всё-таки… А ты, кстати, не знаешь, где он?

— Не знаю, мы давно не виделись. Даже без понятия, где он может быть сейчас. А откуда у вас этот мой номер, господин Гречаев? Кто-то дал вам его?

В трубке опять замолчали. Затем:

— Китти, ну ты же умный человек. Ты же всё понимаешь.

— Да. Теперь понимаю, — произнесла она.

— Я даже не буду тебя спрашивать, где Феликс…