Ксения Смирнова – Шёпот леса (страница 5)

— Что вам нужно? Отстаньте! — закричала Агидель и тут же встала с земли. Ее голос дрожал, выдавая волнение. Девушка постаралась взять себя в руки. Она сжала пальцы в кулак и глубоко вдохнула, набираясь решимости.

В воздухе пахло грибами. Пройдет два-три дня, и в этом пролеске отовсюду вырастут молоденькие крепкие подосиновики с ярко-оранжевой, словно подрумяненной солнцем шляпкой.

— Мы играем, нам скучно, — пожав плечами, ответила одна из девушек.

Над ее губой Агидель увидела небольшой шрам.

Незнакомки посмотрели на девушку тяжелыми прожигающими насквозь взглядами и противно засмеялись.

Агидель суетливо перебирала в руках свои рыжие волосы и нервно подергивала губами, словно вот-вот заплачет. Спину девушки обдало холодным потом, губы покалывало от холода, а глаза неприятно щипало. Сколько бы Агидель ни отрицала существование нечистой силы, сейчас перед ней стояли не кто иные, как ведьмы. И похоже, что они приняли свой истинный облик, которым можно было бы перепугать всю деревню. Их некогда молодые лица состарились, а серую кожу покрывали глубокие морщины. Ведьмы двигались изящно и плавно, подобно кошкам. Они изредка шипели и нюхали воздух загнутыми носами, протягивая перед собой руки с длинными ногтями.

В какой-то момент небо содрогнулось. Агидель ощутила несколько капель дождя, упавших на плечо. Капли были холодные и колючие, словно шипы малины. Отовсюду задул ветер, не имеющий определенного направления, и туман постепенно рассеялся. Оказалось, что в округе, помимо осинок, росло несколько затерявшихся в траве елочек. А на окраине леса стояла сосна, нижняя ветка которой давно отломилась, а иголки осыпались. Мелкий дождь усилился. Крупные капли беспощадно забарабанили по деревьям, срывая неокрепшие листья, а ураганные поры ветра беспорядочно трепали волосы.

Ведьмы нервничали. Они нюхали воздух, терпко пахнущий прелой листвой, и оглядывались по сторонам, словно кого-то искали. Агидель, как и ведьмы, завертела головой, но, кроме стены дождя, ничего не увидела. На душе было тревожно и неспокойно. Воздух потяжелел, и Агидель ощутила чье-то присутствие.

Беспокойство ведьм становилось все более заметным. Они настороженно озирались по сторонам, вздрагивая от каждого шороха. Агидель вспомнила слова Тайны, что помимо ведьм в деревню вошел некто, обладающий мощной магической силой. И именно его появления, по всей видимости, ведьмы боялись больше всего.

Старухи, подняв головы, посмотрели куда-то вдаль. Там на самой вершине сосны, ветви которой покачивались на ветру, стоял худощавый парень. Проливной дождь обходил незнакомца стороной. В какой-то момент парень резко взмахнул рукой, и дождь прекратился.

Свинцовые тучи медленно развеялись, и на небе, осветив округу, показалась луна. С мокрых темно-зеленых листьев закапала вода, а с земли, наполненной влагой, стали подниматься пушистые клубы пара.

Парень сделал в воздухе кувырок, словно акробат, и, спрыгнув с сосны, не спеша подошел к ведьмам.

Агидель наконец смогла разглядеть незнакомца. Направляющийся к существам парень оказался довольно красив. Чуть длинноватые густые черные волосы, острые скулы, тонкие алые губы и темные глаза, цвет которых так и остался загадкой, безусловно, не могли не привлечь внимание. Что уж говорить о его высоком росте и идеальной осанке. Неудивительно, что одна из ведьм, по наблюдению Агидель, была к нему неравнодушна. Парень производил впечатление сильного, спокойного и уверенного в себе человека. Однако несмотря на его, казалось бы, надменный и строгий взгляд, Агидель улавливала в его глазах теплоту каждый раз, когда он смотрел на нее.

— Что происходит? — обращаясь к ведьмам, произнес незнакомец, медленно и четко проговаривая каждое слово.

Голос парня был тихий и властный, и Агидель невольно поежилась.

Одна из ведьм приняла образ миловидной девушки с большими глазами, русыми, достающими до поясницы волосами, изящной фигурой, тонкой талией и хрупкими запястьями, которые, казалось, вот-вот сломаются. От былой страшной и сильной ведьмы не осталось и следа.

Агидель хотела убежать, но ноги словно вросли в землю. Девушке ничего не оставалось, кроме как со страхом в сердце наблюдать за происходящим.

— Что вы тут устроили? — поинтересовался парень. Его маленькие темные глаза хаотично забегали по ведьмам, а губы замерли, так и оставшись полуоткрытыми.

— Прости, Орислав, нам было скучно, и мы… — запинаясь, сказала девушка со шрамом на губе, нервно покручивая браслеты.

— Мы не сделали ничего плохого! А наоборот, защитили девушку от упыря! — вспылила другая ведьма. Она предстала перед Ориславом в образе двадцатилетней девушки со светлыми, достающими до плеч волосами. А ее лицо на фоне алых пухлых губ казалось непривычно белым.

— Это правда? — незнакомец обратился к Агидель. Он дернул головой, откинув с лица непослушные пряди.

Девушка ничего не ответила. Она склонила голову, и копна рыжих волос упала на побледневшее от страха лицо.

— Не бойся, — раздался приглушенный голос, и незнакомец осторожно, будто боясь, взял ее за руку.

Агидель вздрогнула. Рука парня была холодной, словно лед. «Неужели он не человек?» — в панике подумала девушка. Агидель не стала одергивать ладонь. Девушка, превозмогая холод, слегка приподняла голову и незаметно, сквозь волосы, посмотрела на незнакомца. Парень, закрыв глаза, что-то нашептывал под нос. Его щеки, лоб и подбородок были покрыты небольшими родинками, взъерошенные волосы причудливо торчали в разные стороны, над верхней губой пробивалась едва заметная щетина, а на ворот черной вышитой рубахи была неряшливо приколота медная фибула, словно парень приколол ее в спешке.

Орислав замолчал. Ведьмы тоже не издавали ни звука. В округе стало непривычно тихо, лишь отдаленный вой волка да копошащиеся в траве ежи изредка нарушали тишину.

— Вы мне соврали! — через какое-то время свирепо закричал незнакомец, обращаясь к ведьмам.

В небе, подобно салюту, зарядили частые вспышки молнии, освещая омытые дождем листья осинок. Девушки испуганно прижались к широкому дереву. Его ветви дрогнули, осыпав ведьм многочисленными каплями.

— Позволь мне… у тебя на щеке небольшая царапина, — тихо произнес парень, вновь посмотрев на Агидель, и слегка коснулся пальцами ее щеки.

Девушка зажмурила глаза, ощутив в области царапины легкое покалывание. От парня пахло дымом и дождем. Несмотря на его суровый, не внушающий доверия вид, Агидель поймала себя на мысли, что она, в отличие от ведьм, не боится Орислава. Девушка чувствовала, что парень не причинит ей вреда.

Вскоре Орислав убрал руку и произнес:

— Готово.

Агидель притронулась к щеке, с удивлением обнаружив, что ее царапина куда-то пропала. «Кто он? Знахарь? Маг? — размышляла Агидель, потирая раскрасневшуюся то ли от смущения, то ли от магических действий щеку. — Нечистая сила и вправду существует! Тайна права! А то непонятное существо было никем иным, как упырем! — заключила Агидель. — Но, быть может, я сплю?» Девушка ущипнула себя за руку. Однако ничего не изменилось. Орислав копался в своем льняном мешке, будто что-то искал. А ведьмы о чем-то шептались, испуганно поглядывая на парня.

Агидель не понимала, как Орислав узнал о том, что натворили ведьмы. «Неужели он мысли читает?» — предположила девушка, вспоминая, как парень, взяв ее за руку, что-то нашептывал под нос.

Агидель обернулась. Туман давно рассеялся, но только сейчас девушка заметила, что находится на окраине деревни. По правую сторону текла черная, едва заметная в темноте речка, а по левую сторону стояла покосившаяся избушка, в которой проживали Тайна и Злата. Агидель выдохнула, радуясь хотя бы тому, что не заблудилось.

На крыльце ни с того ни сего зажглась масляная лампа, о которую тут же забились насекомые, и в дверях показалась сгорбленная старушка. Она обеспокоенно завертела головой и, увидев Агидель, махнула рукой.

— Уходим, — произнес взволнованно парень, обернувшись к ведьмам.

Отовсюду подул пронизывающий ледяной ветер. Его потоки, соединившись воедино, образовали воронку, поднимающую с земли мелкие ветки и прогнившие листья. Агидель увидела, как в воронке исчез Орислав, а за ним стали исчезать и ведьмы. Агидель отбежала в сторону, но сильные поры ветра подхватили ее, словно перышко.

Последнее, что услышала Агидель перед тем, как пропала в воронке, — это крик старушки:

— Агидель, осторожно, это ведьмак!

Глава 3. Ведьмак

Агидель проснулась ранним утром. Она потерла глаза, лениво перевернулась на другой бок и по привычке потянулась к прикроватному столику. Однако вместо телефона девушка нащупала колючую солому. Не понимая, что происходит, Агидель вскочила на ноги и осмотрелась вокруг. В соседнем стойле, недовольно раздувая ноздри, фырчала черно-белая корова. В спертом воздухе витали ароматы сена и недоеденной похлебки, над которой летали огромные темно-зеленые мухи. Сквозь многочисленные щели в хлев пробивались озорные лучики, подсвечивая поднятые с пола миллионы пылинок. Под ногами шныряли серые юркие мыши, а где-то за хлевом кудахтали куры и, надрываясь, горланил петух, оглушительный крик которого можно было услышать в соседней деревне.

Снаружи послышались неторопливые шаги. Агидель на цыпочках подошла к стене и припала щекой к щелке между досками. Мимо хлева, напевая песню, шла девушка. На ней был надет белый льняной сарафан, а русые волосы, достающие до плеч, игриво подергивались при каждом шаге. На лбу девушки проступили капельки пота, а волосы вблизи лица слегка намокли. Она по-детски размахивала руками, занятыми ведрами, и осторожно ступала босыми ногами по тропинке, обходя мутные лужи, образовавшиеся после дождя. «Ведьма! — произнесла про себя Агидель, узнав девушку. — И, судя по ее поведению, она не знает, что меня случайно затянуло в смерч» Ведьма подошла к колодцу-журавлю и поставила ведра на низенькую лавочку. А затем, открыв тяжелую скрипучую крышку, опустила в колодец привязанное ведро. Груз, служивший противовесом, высоко поднялся в небо, когда ведро достигло воды. Ведьма ловко наполнила ведра и быстро скрылась за хлевом, расплескав по тропинке воду.