Ксения Руднева – Швейная лавка попаданки. Ненужная истинная (страница 23)

Глаза дамы загораются предвкушением и азартом. Рыбка явно попалась на крючок, осталось только умело ее подсечь. Что Герр тут же и делает:

– Тем более такую фигуру, как у вас, грех скрывать под недвижимыми хламидами. Если хотите знать мое мнение, вы имеете все шансы стать новой законодательницей мод! О вас будут говорить, о вас будут мечтать, вам будут завидовать, а кто-то даже возненавидит. Такой уникальный шанс представляется не каждому. И я рад, что его удостоилась прекрасная и обворожительная леди. Что за судьбоносная встреча!

У бедной дамы против императора не было шансов. Не зря он целую империю в своем мире выстроил.

– Ох! – леди принимается нервно обмахиваться веером. – Поистине судьбоносная! Скажите же скорее, как мне найти эту госпожу Лондри, пока ее не перехватил кто-то более ушлый. Я готова обратиться к ней прямо завтра! Плачу любые деньги – это не проблема, так ей и передайте!

– Не надо завтра! – вырывается у меня испуганное. Глаза дамы округляются в удивлении.

К счастью, и тут на помощь приходит дракон.

– Госпожа Лондри сейчас в отъезде – убыла лично выбирать новую партию тканей. Как раз через несколько дней вернется, там-то вы ее и возьмете тепленькой.

Леди рассыпается в благодарностях, дотошно выспрашивает адрес моей лавки, а потом, протянув Герру руку для поцелуя, уходит со своим молодым ухажером. Как только они оказываются на достаточном расстоянии от нас, я набрасываюсь на дракона:

– Какое несколько дней? – шиплю зло и нервно. – Какие ткани из другого мира, ты вообще соображаешь, что говоришь? Она ведь заявится скоро, и что мне прикажешь делать?

Глава 40

– Тише, прекрасная, – дракон лыбится во все свои тридцать два – или сколько там зубов у этих ящеров? – Мы все успеем, я помогу.

– Да ты, да ты!.. – я задыхаюсь от императорской наглости.

Специально ведь позвал эту матрону, чтобы мне пришлось принять его помощь. Просто выбора мне не оставил, стратег чешуйчатый! И знает же, что не откажусь – потому что дело превыше всего. Если швейная лавка заработает и принесет мне успех, мы с Леей больше никогда и ни от кого не будем зависеть. Это ли не мечта?

Дракон вновь перехватывает меня за талию, прижимает к себе и рокочет низко:

– Твой с потрохами. И ради исполнения твоей мечты забросил все дела, свой народ и свой мир. И ни капли об этом не жалею. Потому что приобрел гораздо больше.

Эти низкие вибрирующие перекаты проходятся по моему телу, заставляя колени слабеть. От ужаса перспектив, конечно же! Этот дракон с неотвратимостью асфальтного катка движется к своей цели, сминая всякое сопротивление. Наверное, остается только радоваться, что на этот раз он на моей стороне, и стараться не попадать под его странное влияние.

Ничего, вот поможет мне и Лее, а там пусть катится на все четыре стороны. Нужно только потерпеть.

– Ну, где вы там застряли? – прибегает к нам дочь. Сверкает глазками недовольно. – Там карамельные яблоки на палочке продают! – сообщает с такой интонацией, словно всем прохожим золотые монеты раздают, а мы не спешим свою долю получать.

– Я не буду! – мотаю головой. Хватит с меня сладкого, пожалуй. Уж лучше парочка жареных скарутов.

– Иди, купи нам с тобой по одному, – Герр снова дает Лее кошель, и та, довольная жизнью, убегает вперед.

– Откуда у тебя столько денег? Разве скотники прилично зарабатывают? – мы неспешно движемся вслед за дочерью. И раз уж император настроен на разговор, решаю выяснить кое-какие подробности.

– У меня в этом мире имеются некоторые сбережения, так что об этом можешь больше не переживать. Все мое – твое.

– Не могу тебе сказать то же самое, – отбиваю я.

Дракон смеется. И от этого теплого, добродушного звука у меня на душе становится легко. А желание воевать постепенно растворяется. Определенно дракон воздействует на меня какой-то особой магией!

– От тебя мне нужна только ты сама, – подмигивает мне.

Берет мою руку и кладет себе на локоть. Так мы и идем, держа в поле зрения Лею. И слишком уж отчетливо попахивает идиллией, не могу удержаться от следующего вопроса:

– А что с этим следователем, Эрре? Он больше не беспокоит меня – совсем на него не похоже.

Челюсти императора гневно сжимаются, вздуваются желваки под гладкой загорелой кожей.

– Забудь о нем, – бросает резко. И более не добавляет ни слова.

Но меня такой расклад не устраивает. Дергаю Герра за рукав.

– Ты что, убил его? – округляю глаза.

Не то чтобы мне было особо жалко подонка Эрре или я сильно удивлена жестокости императора. Просто как-то неожиданно.

– Чтобы ты меня вообще никогда не простила? – хмыкает он. – Ну уж нет. Эта падаль теперь гнет спину на рудниках, как я и обещал. Черканул пару слов местному королю, пообещав ответную любезность. Так что убрать от тебя этого следователя не доставило проблем.

– Как у императоров все просто, – язвлю.

Хоть и не чувствую зависти или злости на самом деле. Да и огромная власть предполагает огромную ответственность. Герр, например, дорого заплатил за возможность построить свою империю.

– Не проще, чем у влюбленных скотников, – язвит его величество в ответ.

Возвращаемся домой снова с экипажем. Лея устала и кладет голову мне на плечо, придерживаю ее рукой. Император сидит на скамье напротив и откровенно любуется. Даже не думает скрывать свой очевидный интерес.

– Давай, отнесу ее в кровать, – предлагает, когда приходит время выходить. – Тяжелая же.

Будить дочку и правда жаль – так сладко спит, сытая, довольная, счастливая. Со вздохом позволяю Герру взять ее и пройти вместе с нами в дом. Провожаю в свою спальню и показываю большую кровать, на которой мы с Леей спим вместе.

Ничего не могу с собой поделать. Знаю, что непедагогично, знаю, что вредно, но отказаться от Леи не могу. Слишком уютно с моей девочкой, слишком тепло и сладко, чтобы добровольно разделиться. Да и спокойнее мне, когда она всегда под боком.

– Травяным настоем напоишь? – интересуется император. Идет в сторону кухни – после прошлого раза освоился уже у меня в гостях.

– А тебе на скотный двор не пора? – поджимаю губы.

Я, конечно, ему благодарна за прекрасный вечер, но проводить времени больше, чем того требуют обстоятельства, не планирую.

– Они обойдутся и без меня, – самодовольно заявляет дракон. – А вот вы – нет. Так что я остаюсь.

Глава 41

Хватаю воздух ртом, не зная, как реагировать на наглость дракона.

– Да брось, отказываться от бесплатной рабочей силы глупо. Тем более в твоей ситуации.

– Одно слово – император, – цежу я. Им закон не писан, они сами себе закон. В ответ получаю обезоруживающую улыбку. Даже странно, что дракон способен на подобную. – Сопротивление, так понимаю, бессмысленно?

– Ты и сама скоро поймешь, что так будет для всех лучше.

Ничего не отвечаю. Вместо этого молча накрываю на стол. Мед, варенье, бездрожжевые лепешки и чайник с отваром. Сбор я сама делаю, у меня несколько: для утра тонизирующий, для вечера – успокаивающий. Нам с драконом наливаю последний. Привести нервы в порядок не помешает.

Сидим друг напротив друга, пьем местный аналог чая. Тишина неуютная, как между двумя незнакомцами, оказавшимися в одном замкнутом пространстве. Взгляды, которыми меня прожигает Герр, слишком интенсивные. Мужской интерес – его я научилась отличать с первых мгновений, тепло, наслаждение от увиденного.

– Что? – говорю, устав ерзать под этим обстрелом.

– Ты очень красивая, Ольери, – тут же отвечает с бархатистыми интонациями император.

Будто его дворец не полон самых первых красавиц. Ни за что не поверю, что именно моя довольно заурядная внешность пленила его. Так что скорее всего его слова – всего лишь лесть, чтобы задобрить, и не нужно воспринимать ее за чистую монету.

– Ольга, – поправляю хрипло. – На самом деле меня зовут Ольга. Это уже здесь имя переделали на местный манер.

– Очень красивое имя. И немного суровое – совсем как ты, – мягко отвечает дракон. – Даже не знаю, какая из вариаций мне больше нравится. А Лея?

– Лилия, – отвечаю, зачем-то разоткровенничавшись. – В честь моей мамы.

– Ты ее очень любила?

– Наверное, – жму плечами. – Все дети любят своих родителей – это заложено в нас природой. А потом она пропала, я еще маленькой была. Отца я и вовсе ни разу не видела. Меня бабушка воспитывала.

– Кто-то из твоих родителей Ходящий. Свой дар ты могла получить только от одного из них.

– Думаешь, они могут быть живы? – я была уверена, что уже прожила эту потерю, смирилась. Но вот после слов Герра в сердце мыльным пузырьком задрожала надежда. Даже меж ребрами защемило.

– Этого нельзя исключать. Скучаешь по ним?

– Я совсем одна в этом чужом мире, конечно, я скучаю по своим родным. Ты не представляешь, каково это – выживать в одиночку, как и растить ребенка.

– Расскажи мне, Олли, – император накрывает мою руку своей горячей ладонью. Заглядывает в глаза, заставляя тонуть в теплом изумруде его глаз.

Наверное, я слишком устала. Потому что как иначе объяснить мои последующие слова: