Ксения Перова – Обезглавленное Древо. Книга четвертая. Проклятый свободой (страница 10)

При виде незнакомцев они вскочили с мест, словно не веря, что те своими ногами притопали развеять скуку их дежурства.

Хорас поднял над головой скрещенные в запястьях руки, и охранники медленно, с явной неохотой опустили арбалеты.

– Доброго дня, дети Огдена! – произнес Хорас, когда они подошли к крыльцу. Айку почудилась чуть заметная усмешка в его голосе. – Здоров ли Отец ваш, все ли в порядке?

– Хвала Всемогущему! – отозвался один из караульных, чернявый парень с раздвоенной верхней губой. Арбалет он опустил последним.

– Радонай на месте?

– Он у Отца. Варрен за него.

Хорас махнул рукой.

– Валяй, веди к нему.

Чернявый закинул арбалет за плечо и спрыгнул с крыльца, с легкостью и грацией человека, привыкшего носить оружие. Хорас и Айк последовали за ним вокруг дома. В плотно обступивших его кустах и деревьях обнаружилась изгородь, сплетенная из ржавой колючей проволоки. Караульный пропустил их вместе с лошадьми через неприметную калитку и тщательно закрыл ее, прежде чем идти дальше.

Полоса леса тянулась метров пятьдесят и явно служила маскировкой. За ней на обширном ровном пространстве стояло множество добротных домов, длинных, приземистых, с черепичными крышами, но без окон.

«Словно сараи для скота», – подумал Айк, озираясь.

Еще у калитки он услышал отдаленный шум – выкрики, смех, бессвязные обрывки фраз. Теперь он стал отчетливее. Дома стояли один за другим, в строгом порядке, пространство между ними было огорожено низким забором из горизонтальных жердей. От этого сходство с хлевом и загонами для выпаса еще больше усиливалось.

Вот только никто пастись в них не мог – трава была вытоптана подчистую обнаженными по пояс мужчинами разного возраста, которые сражались почти в каждом загоне. В одном двое нападали на одного, и он отбивался весьма умело. Звенела сталь. Вокруг загона столпились другие бойцы, они подбадривали сражающихся и наперебой выкрикивали советы.

К Айку и Хорасу почти сразу приблизилась плечистая фигура в потрепанной куртке и запыленных штанах.

– А, Варрен! – хладнокровно произнес Хорас. – Долго жить будешь!

– Хорошо бы. – Светловолосый, мускулистый Варрен оглядел пришельцев темными глазами и кликнул проходившего мимо молоденького парня. Тот взял лошадей под уздцы и повел куда-то в сторону дома.

Хорас с явным облегчением размял руки.

– Ох, хвала Всемогущему! Ну, Варрен, не напрягайся так, ты меня пугаешь! Я вот юношу к вам привел, клиента как бы. Нужно обучить, чем заплатить найдется.

При слове «заплатить» мрачная физиономия Варрена слегка просветлела. Он окинул Айка быстрым взглядом и одобрительно кивнул.

– Сгодится. Такого научим. А то сегодня притащили мальчишку, уверяет, будто был ратоборцем в Тэрасе. Тощий мозгляк, куда Всемогущий душонку его поместил – непонятно. А уж врет-заливает! Мы как раз проверяли, какой он там ратоборец.

Он слегка качнул головой, указывая на загон, от которого пришел. Стоявшие вокруг него люди чуть расступились, и Айк увидел высокого, нескладного парня, с мечом и кинжалом. Потрепанная одежда покрыта пылью и грязью, темные волосы слиплись. Его противник, примерно такого же возраста, но тяжелее раза в полтора-два, не спеша, почти вальяжно нападал на него, словно на показательном выступлении.

– Силенки явно неравные, – заметил Хорас.

Варрен махнул рукой.

– Так это ж «полено»! Он на то и нужен, чтобы приемы отрабатывать. Не своих же калечить, в самом-то деле!

– Да как можно! – произнес Хорас с чуть заметной иронией.

Снова лязгнула сталь, юноша в загоне упал, судорожно пытаясь блокировать очередной удар. Зрители удовлетворенно загалдели, и Айк отвел глаза.

– Ладно, идемте! – Варрен шагнул к дому. – Старику завтра о вас доложу, поздно уже. Отдыхайте пока с дороги. Эй, малый!

Айк вздрогнул – он никак не мог привыкнуть, что люди обращаются к нему – и вопросительно взглянул на Варрена.

– Чему учиться-то хочешь? Мечом владеешь?

– Нет, – покачал головой Айк.

– Ты б его старой доброй кулачной драке научил, – подсказал Хорас, – знаю, вы тут частенько балуетесь.

Варрен хохотнул.

– Драке? А чего ей учить такого здоровяка? Лупи кулаком посильней, вот и вся наука!

Внезапно Айк остановился. Солнце село, накатила прохлада, пахло землей и влажными опавшими листьями. У стен домов сгустились вечерние тени. И такими же неверными тенями двигались в крайнем, самом большом загоне две фигуры.

Каждый боец держал в обеих руках по палке, длиной в локоть. Обыкновенные палки, даже без заостренных концов. Бойцы плавно кружили друг возле друга, их обнаженные по пояс тела призрачно белели в сумерках. Палки сталкивались с глухим треском, но не ломались. Никаких одиночных выпадов, как при поединке с мечом – каждая атака выглядела, как целая связка ударов, блоков, быстрых перемещений. Это походило на танец или, точнее, не было похоже ни на что, ранее виденное Айком.

Впрочем, справедливости ради стоит сказать, что видел он немногое.

– Что это? – спросил он, как зачарованный глядя на бойцов.

– Да-а, мутотень! – отмахнулся Варрен. – Эти ребята, ну понимаете… по мне так чердак слегка не в порядке. Выдумали с палками драться. Раздобыли где-то книжку, доисходных еще времен, по ней и учились. Баловство это – куда ты с палкой против меча? Курам на смех.

Хорас фыркнул, и смех плавно перешел в зевок.

– Ладно, идемте, – Варрен тоже зевнул и зябко повел крутыми плечами, – надо вас еще на ночлег определить.

Айк послушно двинулся за Хорасом, но голова поворачивалась сама собой. Он снова и снова всматривался в полумрак, пытаясь уловить причудливый ритм, мерцание гибких светлых тел, приплясывающих друг перед другом, точно два огонька свечи.

Ночь широко раскинулась над миром – бархатно-черная, на редкость теплая для осени.

Крис лежала на соломенном тюфяке прямо под распахнутым окном. Заложив руки за голову, всматривалась в звездное небо широко раскрытыми, неподвижными глазами. От храпа Огдена колыхались листья растений, и даже крохотные помидорки-черри вздрагивали на стебельках, точно испуганные зверьки.

Крис доводилось спать в куда менее уютных местах. Донимал ее не храп, а тревожные мысли, которым она обычно не давала воли. В основном о Джори, но в последнее время Крис много думала и о Сильване.

Она невольно вспоминала Айка и их короткую любовь. Как не похож Сильван на Айка! Такой хрупкий, неприспособленный к жизни! Айк был отверженным, и тем не менее рядом с ним Крис чувствовала себя защищенной, а Сильвана ей самой хотелось защитить и уберечь. Она знала, что он одерживал победы в Круге Правды только благодаря своему Дару. Знала, насколько страшно ему теперь, когда Дар исчез, полагаться только на меч и кинжал, на свое от природы слабое тело.

Крис беспокойно повернулась, положила локоть под голову. Надо разыскать Джори во что бы то ни стало. Не сможет она жить спокойно, пока не найдет брата или неопровержимые доказательства его смерти. Но справедливо ли подвергать опасности Сильвана? Ведь в этот переплет они попали только потому, что она решила идти в Корнил без обоза…

Храп внезапно смолк, и она затаила дыхание. В глубине комнаты заворочались, точно медведь в берлоге, потом все стихло. Храп возобновился с прежней силой.

Крис хмыкнула. Острый аромат растений и влажной земли будоражил ее, подталкивал к действию.

Можно вылезти в окно и помочь Сильвану бежать, но что будет с Дирхелем? Вытащить еще и его никак не получится. К тому же эта община, чем бы она ни являлась, хорошо охраняется, и Крис совсем не улыбалось получить стрелу от какого-нибудь ретивого караульного.

По всему выходило, что надо выждать какое-то время – по крайней мере до завтрашнего дня. Если выдумка Дирхеля сработает, его отпустят, и тогда Крис сможет бежать вместе с Сильваном. Одной ей отсюда хода нет, хватит. Достаточно того, что она бросила Джори в обозе работорговцев.

Больше такое не повторится.

Разбудил ее не сильный, но и не очень-то приятный тычок ногой под ребра.

– Утро, всезнайка!

Крис мгновенно проснулась и вскочила – точно собака, почувствовавшая во сне прикосновение тележного колеса. Сердце ее бешено билось.

– Неплохо! – фыркнул Огден. Голос у него осип со сна, глаза опухли и превратились в щелочки. Солнце еще не встало, по комнате разливалось бледное предрассветное сияние. На листьях и цветах сверкали капли росы.

Волосы и плащ Крис тоже намокли, и ее передернуло. Но гораздо больше донимала нужда совсем другого рода. Огден, казалось, не сильно заморачивался на этот счет, и ночью Крис благополучно воспользовалась одним из его драгоценных горшков. Растению от этого, конечно, сплошной вред, но Крис рассчитывала выбраться отсюда до того, как оно пожелтеет и засохнет.

Верная привычке говорить напрямик даже о самом неловком, она уперла руки в бока.

– Мне надо по нужде. Куда тут?

Огден хмыкнул.

– Потерпишь.

Он взял металлический совок, подошел к стене и несколько раз стукнул по ржавой трубе, вертикально уходящей в пол. Труба загудела, как колокол, и пару минут спустя вбежал заспанный Радонай, на ходу пытаясь застегнуть куртку и пригладить волосы.

Огден, с кряхтеньем присев на корточки, запихивал дрова в круглую металлическую печурку.

– Приведи вчерашнего здоровяка! – распорядился он. – Да поживей.

– И парня тоже! – нахально заявила Крис, притопывая на месте.