Ксения Никонова – Я и мой король-4. Шаг за горизонт (страница 14)

– Вот она – моя «Весна», – тихо выдохнул Дэн, отступая вбок, чтобы одновременно видеть меня и изображение на холсте.

Первое, что приковывало внимание при взгляде на картину, – это лицо: большие доверчивые глаза, нежный румянец щёк, чуть приоткрытые в улыбке губы и россыпь веснушек на носу. Тонкая витая прядь, волосинка, зацепившаяся за ресницы. Я и не я. В остальном фантазия художника воспарила в невообразимые выси: золотые волосы оплетены белыми ромашками, обнажённого плеча касается сиреневый вьюнок, коих вокруг несчётно, гибкий стан полускрыт травами и цветами, стройные ноги блестят каплями росы. Любовно прописана каждая травинка, каждая жилка под кожей. Образ дышит молодой бурлящей силой, приостановившейся лишь на мгновение. Рука, поднятая к небу, совершенно случайно привлекла пролетавшую мимо пичугу. Сейчас всё придёт в движение, и юная Весна побежит навстречу солнцу.

– Маша, ты так многозначительно молчишь. Я уже нервничаю. Всё настолько плохо? – отвлёк меня от созерцания картины голос.

– Знаешь, я не великий ценитель живописи, но это потрясающе! Ты сильно польстил мне. Я никогда не была такой… красивой и трогательной одновременно.

– Глупышка моя. Ты была ещё прекраснее, а это лишь твой образ из моих грёз. Тот набросок, что я рисовал с натуры, во время войны сохранить не удалось. Поэтому писал по памяти. Тебе нравится?

– Очень! А другие что говорят?

– Те считанные единицы, что видели, хвалят. Даже предлагали выставить в галерее. Я отказался. Пожалуй, можно будет повесить её в спальне. Как думаешь?

– Лучше в кабинете.

– Нет, в кабинете много посторонних бывает, а это слишком личное, для души. В другой раз придём сюда днём. При естественном освещении и впечатление меняется.

Ночной этот разговор за бокалом вина в странной мастерской, где царил особый творческий порядок: рамы строго в одном углу, холсты, кисти и краски прибраны, лишь одинокий мольберт да палитра солнечных оттенков выбиваются из общей гармонии, – дал мне понять, как глубоко в свою душу позволил заглянуть мой любимый. По его словам, ни вторая, ни тем более первая его жена не удостоились чести бывать здесь. Кроме горстки ценителей да сестры с мужем, никто при дворе и не знал об этом месте. Здесь было совсем немного картин. Не все даже – кисти самого хозяина.

– Предыдущая студия сгорела со всем содержимым, – объяснил Дэн. – А теперь времени нет.

Что за холст стоит на мольберте, закрытый покрывалом, показывать супруг категорически отказался.

– Это подарок, тем более что до завершения ещё долго.

– Заразился у Нэля? – намекнула я на тайные работы хранителя, которые тот пожелал скрыть от меня.

Только любимый как-то не так понял мои слова. Засмущался, прикрыл салфеткой яркую палитру и только потом нехотя признался:

– Может быть.

Понял, что ляпнул лишнее, и решил реабилитировать свою честь художника:

– Не только я. Это, кстати, взаимно. Когда он увидел «Весну», загорелся написать свой вариант.

– И как?

– Я как раз хотел показать результат в его мастерской, чтобы ты сравнила. Теперь вот думаю, не из-за картины ли он нас не пустил.

– А на твой взгляд? Только честно.

– Честно? Моя лучше.

***

На следующий день я убедилась, что безмятежность и спокойная уверенность в нашем будущем, которую дарил мне Дэн, даются ему нелегко.

День проходил под знаком бумажных хлопот. Я находилась в официальном королевском кабинете, чтобы подписать документы на вступление в полноценное владение княжеством Гертай. Здесь же присутствовал назначенный казённой опекой правитель дел княжества, который должен был передать мне полномочия, кратко отчитаться, ввести в курс дел и в дальнейшем консультировать при надобности. Кроме него, были секретари и юристы, представители казначейства и Дэйтон. В общем, полна коробочка. Впервые я тут оказалась одна среди десятка мужиков. Все невероятно предупредительные, основное внимание даме. Пока я не села, покорно ждали стоя. Потом терпеливо разъясняли разные тонкости, отвечая на мои вопросы. В итоге я сделала вывод, что в княжество придётся ехать самой, чтобы во всём разбираться на месте. Ну и вроде как моя вотчина, надо бы наведаться.

На очереди стояло придание юридического статуса моему благотворительному фонду. Для этого в приёмной ждала герцогиня Тэо. После обеда на общественной половине королевских апартаментов мы должны были перейти к последней, важнейшей части бумажных дел, а именно к подготовке брачных документов.

Секретари практически не сидели, периодически выходя в приёмную, подавая бумаги и справки. В очередной приход Таллар принёс запечатанный конверт и положил его перед Дэном, что-то шепнув. Печать под королевской рукой рассыпалась сизым облачком, глаза пробежались по строчкам, и на лицо легла тень.

Откинувшись на спинку кресла, король окинул цепким взглядом присутствующих:

– Господа, прервёмся.

Господа недоумённо переглянулись и начали подниматься.

– Герцог, господин министр, останьтесь. Эрдал, проводите княжну в каминную, – последовали отрывистые указания. – Таллар, срочно вызовите остальных членов Малого совета.

В то время как народ потянулся к противоположному от приёмной выходу, меня через неприметную дверцу за колонной персонально вывели в уютное помещение с зажжённым камином и креслами. Рядом стоял столик со сладостями, куда расторопная прислуга ещё принесла сухих закусок и вина. О, тут и книжки есть.

Пока я оглядывалась и соображала, что дальше, услышала неразборчивые голоса из кабинета. Если немножко усилить магически… жаль, моя магия тут бессильна. Говорили не на лаэнте, и довольно эмоционально.

Я успела пожевать оливок, сыра и орехов, полистать томик баллад, заложенный деревянным резным ножом для бумаг, когда услышала своё имя, точнее, фамилию. Нет, титул. В общем, говорили про княжну Гертаэсскую, то есть про меня. Я вторично навострила ушки.

– …безусловно, мила, но вы совершаете ошибку. Такого щедрого и выгодного предложения Лаэнтеру никогда не поступало и, уверен, никогда не поступит. Вы же слышали, королева сожалеет о сём неприятном инциденте и клянётся, что не желала княжне смерти. Ваше величество, я призываю вас, одумайтесь! Этот брак не только не несёт выгод, но даже вреден. Подобный мезальянс…

– Господин Гербиан, полегче. – Голос Дэйтона был тих, но с нотками предупреждения.

– Вы настроите против себя соседей, когда перед нами прекрасная возможность укрепить международное значение Лаэнтера! Союз с Сиртаном принесёт беспошлинные перевозки с юга. Морские порты, вина, мрамор…

Я стояла вплотную к дверям и уже тихо тянула створку на себя. Профиль Дэна, открывшийся в щёлку, выражал лишь спокойствие. Было ощущение, что он внимательно и даже благожелательно слушает доклад, положительное решение по которому не подлежит сомнению. Сердце ёкнуло.

– Вы высказались? – поинтересовался он, когда мерзкий тип иссяк в перечислении благ, которые принесут женитьба короля и объединение соседних Лаэнтера и Сиртана. – А что мы скажем народу и княжне Гертая? О нашей свадьбе известно всему королевству.

В поле моего зрения мелькнула пухлая рука: мол, из-за такой ерунды не стоит беспокоиться.

– В качестве компенсации Гертай получит материальное вознаграждение. Или магическое. Говорят, у них там до сих пор плохо с местами Силы. А народ примет вашу волю. Монарх не обязан давать отчёт в своих действиях простолюдинам.

– Тогда последний вопрос: её величество королева Хеннад не боится разделить судьбу своих предшественниц?

– Её величество уверена, что сиртанские маги способны снять с вас это проклятие и обеспечить…

– Достаточно. Герцог Лисэйт, ваше мнение?

– Думаю, преемник господина Гербиана в Сиртане должен быть дополнительно проинструктирован о возможностях сиртанских магов, дабы вовремя распознать попытку перевербовки.

На лице Дэна появилась холодная усмешка, не предвещающая ничего хорошего.

– Действительно. Господин Литан, озаботьтесь. Господина же посланника препроводите к дознавателю. Надеюсь, результаты будут уже после обеда.

Для себя я сделала вывод: за широкой спиной мужа хорошо, но неплохо бы облегчить ему труд. Пора включаться в большую политику. Кажется, я знаю, какой подарок преподнести ему на свадьбу… Для начала закажу кое-что из нашего мира. Надеюсь, Николай Андреевич не будет болтать, чем интересуется будущая королева, и просто передаст просьбу Юрке с Наташкой. Главное, чтобы те не проговорились родителям, не то папе вздумается с больным сердцем примчаться мне на выручку.

Глава 4. Курс адаптации

Вечером под моим балконом пели. Фрейлины ещё не разошлись. Посиделки в тесной девичьей компании имели целью ненавязчиво внушить дамам мысль, что не стоит бояться перемен, они неизбежны и являются частью естественного хода вещей. Приходил портной, приносил на примерку спортивное платье-брюки, и я дала возможность дамам рассмотреть его, объяснив функциональность и удобство такого решения. Никаких каркасов – это главное. Ткань на амазонки шла особая, легко пропускающая влагу и не впитывающая запахи пота – конского и человеческого. То есть совсем. Хорошо они тут устроились с магией в кармане. Поэтому ткань и характерные детали отделки мы оставили. Силуэт в целом тоже – верх плотно прилегает, низ свободен. Собственно, в складках и не заметно, что юбка на самом деле не юбка, а разделена на две брючины. Толще обычных дамские перчатки, предназначенные для уздечки, остались, чтобы не мёрзли пальцы при касании льда, шляпку с креплениями под подбородком тоже оставили. Даже кокетливый бантик над правым бедром красовался на прежнем месте. Завтра проведём полевые испытания.