Ксения Никонова – Лавка редкостей, или счастье со сковородкой (страница 54)

Он выразительно постучал себя по сюртуку.

– Ну и зануда же ты, маркиз, – усмехнулся Джастин. – Ведь можно же было и не сообщать королю об этой удивительной и столько полезной в моем ремесле вещи? Можно?

– Нельзя. - отрезал Алекс. - Поверь, дружище. Я бы с радостью преподнес карту тебе, если бы речь не шла о Наташиной судьбе.

От его слов у меня в душе разлилось тепло. А глаза почему-то защипало. Остальные слова донеслись до меня словно через туман.

– Слишком многое поставлено на кон: договор с короной, дворянское звание и наше будущее наконец. Мы с со дня на день ждем аудиенции у его величества. Не сомневайся, что твоя заслуга будет озвучена. И мы горячо поддержим твое ходатайство. Но решать все же предстоит королю. А если к тому времени Режина Имери признает свою вину и раскроет всю преступную схему, твоя заслуга станет вдвойне весомее. Пиши рапорт, друг.

Глава 27. Где я готовлюсь к празднованию дня рождения

За окном уже почти ничего не напоминало об осени. Зима подошла вплотную, подкралась незаметно, как хищник к беспомощной жертве, дохнула морозным хладом, сковала водоемы хрустальной коркой, укрыла землю жемчужным покрывалом, убила последнюю зелень легко, надежно и беспощадно. Зима вообще не умела жалеть. Ей это было не к чему.

Я глянула в окно, полюбовалась на плавный полет крупных, как перья диковинных птиц, снежинок и перевела взгляд на пламя в камине. В доме было тепло. Магия сама обогревала стены, пол. Мне совершенно не нужно было об этом думать. Проблем хватало и без этого.

Мы с Виолой сидели в кухне и в третий раз переписывали список продуктов, необходимых для праздника. Мой день рождения был совсем близок, осталось только принять наконец решение – кого и когда пригласить. И это оказалось самым сложным.

Получалось так, что все вместе мои знакомые и друзья никак не могли собраться в одно время. Алекс попросил об одном – устроить прием вечером, поскольку перед концом семестра днем был вплотную занят в академии. А ему еще нужно было заехать за любимой нянюшкой, приготовившей для меня особый подарок.

Обещался заскочить и Джастин. Только сразу предупредил, что допоздна задержаться не сможет, утром ему нужно было на службу.

Марта на официальное предложение лишь замахала руками и в ужасе отказалась от ужина с такими важными персонами.

– Утром забежим с мужем, – пообещала она.

– Нам бы по-тихому, по-домашнему посидеть, – сказала тетушка Бабетта. – За моим Леопольдом глаз да глаз нужен. А еще мы хотели серьезно поговорить с вами, Наташа.

На этом можно бы было и успокоиться, но несколько клиентов, загодя сделали заказы, пожелав их забрать именно в этот день, и никак иначе.

Вот и вышло так, что вопреки моим планам сесть и дружно отметить, гостей придется встречать весь день, одного за другим.

Я, погруженная в размышления, дописала в список последнюю строку и изрекла философски:

– Человек предполагает, а Бог располагает.

Опустила список в зачарованный шоппер и хотела уже идти одеваться, как в зале звякнул колокольчик.

***

В гости нагрянул Джастин. Довольный, шумный, сияющий счастливой улыбкой. После недавних событий он вообще заходил частенько, один, без предупреждения. Весело выкладывал последние новости и так же быстро убегал, стараясь ничем меня не напрягать.

Вот и сейчас барон занял любимое место в эркере, получил свой обожаемый глинтвейн, сладкие блинчики, сделанные Виолой по рецепту мадам Бабетты, от удовольствия закатил глаза и почти сразу выдал:

– Все, Наташа, дело твоей тетки завершено. Теперь только оформляем отчеты и готовим все бумаги для суда.

– Когда суд? – осторожно уточнила я.

– Через месяц. После празднования окончания года.

Джастин увидел, что я слегка расстроилась и поспешил объяснить:

– До праздника новые дела уже не будут разбирать, поэтому только так. Но волноваться не стоит. В деле столько доказательств...

Джастин провел ребром ладони над головой во всем известном жесте.

– Подельники так качественно утопили Режину, что ей точно не выкарабкаться.

Я улыбнулась. Последние слова не могли не радовать.

– И что ее ждет?

Никогда не была кровожадной, но при мысли о тетке непременно всплывали красочные картинки с видом классического палача. Столько всякой мерзости было на руках этой дамочки.

– Каторга, – ответил Джастин. – И ее подельничков тоже. Даже Энтони Шафф, как не юлил, не сможет избежать этой участи.

– И хорошо.

От воспоминания о бывшем женишке Наташи Риммель меня передернуло. Бедная девочка. Не удивительно, что решила отсюда сбежать.

Джастин отхлебнул из бокала пряную рубиновую жидкость и вдруг спросил:

– Сможешь угадать, зачем твоей тетке нужна была сковорода? Ну, то есть, артефакт меняющий судьбы.

Я пожала плечами. За все эти дни у меня появилась лишь одна идея. Нет, вру, две. Их обе я и выложила:

– Меня хотела убить? Или изменить завещание?

Джастин усмехнулся.

– Завещание тоже, но это не все. Она хотел изменить свой дар. Сделать его светлым.

Я недоуменно подняла бровь. Даже не стала спрашивать: «Зачем?» По моему лицу все было понятно и без слов.

И Джастин сразу ответил:

– Видишь ли, Наташа. Режина по-настоящему одержима лавкой. Она всегда мечтала жить здесь, творить артефакты, быть уважаемым человеком. Подписать контракт с королем. А судьба распорядилась иначе.

Вот же гадство. На миг мне даже стало жаль тетушку. Но потом я вспомнила, что она сделала со своей матерью, как обращалась с беспомощной девочкой – своей подопечной. Жалость растаяла без следа. Осталось недоумение.

– А почему она не воспользовалась артефактом раньше? Ведь жила же здесь! Что ей помешало взять сковороду и загадать желание?

– Не могу сказать. Я ей задавал тот же вопрос, но ответа не получил.

Джастин посмотрел на меня и добавил:

– Ничего, каторга ей точно будет на пользу.

– А магия? Как быть с ее магией? Она там точно не сможет никому навредить?

– Конечно нет. Всем осужденным по таким делам сразу отрезают нить, ведущую к источнику дара. Навсегда. Режина Имери теперь не маг, а самый обычный человек.

И с моей души упал последний камень.

***

Перед уходом Джастин вдруг встрепенулся, ударил себя ладонью по лбу.

– Совсем забыл.

Выудил из кармана письмо, опечатанное гербовым оттиском, протянул.

– Что это? – спросила я, не спеша вскрывать конверт.

– Ответ короля на мое прошение.

– О карте?

Мои пальцы подцепили сургучную печать, отделили от бумаги.

– Прочитай.

Джастин с довольным лицом сложил на груди руки, привалился к стене. Я вытащила листок бумаги – белоснежной, с золотистым тиснением. Пробежала глазами по строкам, нашла главное.

– Хм, три штуки? В кратчайшие сроки? Размер на усмотрение начальника департамента? – Подняла взгляд. - А начальник у нас кто?

Губы Джастина расплылись в улыбке.

– Обижаешь.