Ксения Никонова – Лавка редкостей, или счастье со сковородкой (страница 38)
- Я не имею привычки врать.
Алекс вновь оглядел меня.
– Ну, готова? - Дождался ответного кивка. - Тогда идем, Наташа.
Дальше все прошло, как по маслу.
Первыми мы обнаружили дракошек. В кухне. Бедняги оказались вморожены в основательно подтаявшую глыбу льда, непонятно как попавшую в печной зев. Только двигающиеся глазки под хрустальным слоем глазури говорили о том, что они живы.
– Алекс! – схватилась я за руку любимого, смотри. - Их надо спасти!
– Спокойно, Наташа, давай отыщем остальных, потом вернемся. В первую очередь нужно найти Виолу, за девочку страшно. А с фамильярами ничего не случится.
И я согласилась, что он совершенно прав. Все-таки бабуля и дракошки магические сущности, а Виола живой человек. Люди куда уязвимее для магии. Да и я в ответе за нее, потому что сама привела в свой дом. Если из-за меня с ней что-то случится, никогда себе не прощу.
– Обыщем первый этаж и погреб, а после поднимемся наверх, – решил Алекс и повел меня за собой, открывая каждую дверь, проверяя, не скрывается ли там магическая гадость.
Моя бывшая спальня – пусто. Кладовая – ничего. Ванная – тоже. И везде следы разгрома, так что с каждым новым помещением, открывающимся моему взору, внутри меня вместо страха закипала злость. Ярость накатывала волнами и искала выход. К концу осмотра первого этажа была готова разорвать того, кто все это сделал.
После ванной шел черед кабинета, и мы уже собирались в него зайти, как вдруг услышали приглушенный звук внизу.
– Подвал! Кто-то стучит.
Мы, не сговариваясь, ринулись вниз по лестнице.
Алекс взял наизготовку свое таинственное оружие и, наставив его на дверь, велел:
– Откройся.
– С душераздирающим скрипом тяжелая дверь распахнулась, обдав нас облаком холода.
Стуки стали громче, к ним присоединилось мычание. Я зажгла на ладони огонек, подняла руку повыше. Девочка лежала на холодном полу, связанная по рукам и ногам, с кляпом во рту.
У меня внутри все затряслось. Что за сволочь сотворила с ребенком такое? Заперла в тоненьком домашнем платье на таком холоде! Я перекинула огонек на одну из полок и бросилась к помощнице.
– Виола! Детка, ты как?
Выудила изо рта заготовку шоппера, перевязанную поверху толстой веревкой. Уловила, как Алекс прорычал:
- Твари!
Я попыталась справиться с веревками у нее на руках, но никак не могла совладать с узлом. Алекс остановил меня движением руки. Насильно втиснул в ладонь артефакт.
– Стой у двери, внимательно следи. Если заметишь движение тьмы – бей огнем на поражение.
Я хотела спросить, что он собрался делать, как маркиз подхватил Виолу на руки и понес на выход.
– Потерпи немного, крошка, сейчас мы тебя развяжем, – пообещала я девочке, заметив, как по ее щекам потекли слезы.
Куда он ее? В кухню или в спальню? Алекс толкнул плечом дверь кухни, внес девочку внутрь усадил на диванчик. Я вновь попробовала ослабить веревки, но маркиз попросил:
– Лучше согрей Виоле воды. Ей нужно попить.
Пока я отыскала целый стакан среди творящегося вокруг хаоса, пока налила его и согрела магическим огнем, Алекс сам перерезал путы, принялся растирать ладонями тонкие ручки, лодыжки. Принялся шептать что-то успокаивающе.
Я присела рядом, прижала к себе светлую головку.
– Наташа! – девочка всхлипнула и залилась горючими слезами.
– Ну что ты! Не плачь. Все уже хорошо, – протянула я ей стакан и погладила по волосам, - пей, моя хорошая, пей. Тебе станет теплее.
Алекс дождался, когда стакан опустел, отставил его в сторону. Все это время он не терял самообладания Алекс
– Кто это был, и чего они хотели?
Только внятного ответа не дождался. Глаза Виолы стали огромными от ужаса.
- Не знаю. Я почти ничего не видела, - призналась она.
На лице девочки обнаружился большой синяк, руки были содраны в кровь.
– Что они с тобой делали? – сжав кулаки, спросила я.
Мрази! Поднять руку на ребенка, это такая низость!
- Уд-дарили, – всхлипнула Виола. – А по-потом связали и потащили в подвал. Я пыталась сопротивляться! Но они сильные.
Зубы малышки часто клацали, губы были страшного синюшного цвета.
- Ей надо принести одеяло, - проговорила я. - Ее срочно нужно отогреть.
Я хотела броситься в спальню, но Алекс меня остановил.
– Сидите тут. Обе! Без меня никуда не ходите. Я сам принесу. Заодно закончу осмотр этажа. Нужно убедиться, что здесь чисто. Не хотелось бы, чтобы кто-то подцепил проклятие тьмы.
Глава 20. Где мне приходится рассказать правду, а Алекс совсем не сердится
Алекс вернулся с подушкой и одеялом, уложил Виолу диване и попробовал расспросить. Но девочка слишком обессилела и уснула.
- Оставь ее, - прошептала я. - Утром попробуем поговорить.
– Нужно разжечь огонь в камине и в печи, – попросил он.
Точно! Надо согреть девочку, а заодно и дракошек разморозить. Они так жалобно смотрят из толщи льда.
Я вытянула ладони перед собой и дала волю пламени.
Огонь радостно устремился навстречу фамильярам, загудел, полыхнул в печи, дыхнул жаром. Лед сначала сопротивлялся магии, но вскоре принялся терять объем, оплывать прозрачными каплями, растекаться лужицами на полу. Наконец драконьи головы зашевелились, заморгали. А я счастливо вздохнула. Целы! От радости утратила контроль, и магия во мне полыхнула от души.
– О! - блаженно простонал Кусь. – Еще огоньку, Наташа. Еще! Мы голодны.
– Быка бы съели! - авторитетно подтвердил Хрусь.
– Зачем вам бык? - рассмеялась я и добавила жару.
Две пары глаз жадно проследили за моей рукой, затрепыхали крыльями. Принялись купаться в огне, как два откормленных голубя в теплой весенней луже. На мордочках у них было написано непередаваемое блаженство.
Я поддала еще огоньку, и дракошки радостно подставили под алые струи сначала спинки, а потом и брюшки.
В кухне ощутимо потеплело.
– Что случилось, вы можете рассказать? – не выдержав, спросила я обоих разом.
Они засопели и понурились. Было видно, что фамильярам ужасно неловко. Первым разговорился Хрусь:
– Прости, Наташа, мы не видели того, кто это сделал.
– Напали сзади, как трусы!
– Оглушили заклинанием.
– Стало холодно. Очень холодно.
– Все.
Я выцепила самое важное слово из бестолкового рассказа. Вспомнила, что Виола говорила о том же.
– Они? То есть это был не один человек.