Ксения Никонова – Академия Измиран. Леди-артефактор и опальный князь (страница 10)

Да, но… разве меня не выгоняют? А как же тазик? Или князь всё забыл? Точно! Вдруг побочка от действия артефакта? Ох, хоть бы так! Тогда у меня есть шанс задержаться в Академии. Нехорошо конечно так думать, но пожалуйста, пресветлая богиня, пусть он не вспомнит, о чём мы говорили.

– Леди Греннль, позвольте мне, – вступил князь, откашлявшись. – Мне кажется, леди Ливартис ещё напугана, поэтому столь немногословна. Но она согласна сохранить тайну, верно, Эйлин?

Я покивала с самым серьёзным видом, хоть внутри всё ликовало и требовало визжать от восторга. Конечно, я бы никогда до такого не опустилась при посторонних людях, но про себя-то можно.

– Вот. Считаю на этом инцидент исчерпанным.

– Ну хорошо, – согласилась декан. – Если одногруппники будут спрашивать, отправляйте всех за разъяснениями или ко мне, или к князю. Сработал артефакт, вы испугались и убежали. Ничего не видели. Мы быстро ликвидировали последствия. Хранилище работает в штатном режиме.

Князь Реннель изобразил вежливое внимание и первым поднялся.

– Если у вас всё, то я, пожалуй, пойду. Морозит.

– Идите. Завтра жду с отчётом.

– Леди? – с обезоруживающей улыбкой обратился он ко мне. – Я вас провожу.

Глава 6. В которой мы с князем Реннелем обмениваемся тайнами.

Из кабинета декана я не шла – летела на крыльях свободы! Меня не выгнали! Все живы и здоровы. Почти! Расскажу при встрече Милли – то-то она изумится. Обычно это её роль – искать и находить приключения на свою голову, но сегодня я явно в ударе.

Князь галантно придержал для меня дверь, за которой оказалась премилая гостиная – круглый стол посередине, кресла вокруг него.

– Присядьте, я вас задержу ненадолго, – спустил меня с небес на землю мужчина.

– За-зачем?

– Есть разговор. Садитесь же, я устал и не готов соблюдать этикет.

– Тойво! – ворвался вдруг в дверь большой мужчина с лохматой бородой. – Что там приключилось? Это правда, что… ох, прости, не знал, что у тебя студентка.

– Спроси у леди Греннль, нам пора. Леди, вашу руку, – обратился он ко мне, и я машинально подала руку, не подозревая подвоха.

Телепорт был настолько стремительным, что я еле устояла на ногах. Придержав меня, чтобы я не вписалась в ближайшую стену, князь обвёл рукой пространство вокруг нас.

– Узнаёте? – криво усмехнулся он.

Ещё бы мне не узнать это место. Я тут вчера была, тазик воровала.

Мы стояли посреди хранилища артефактов, и милорд Реннель внимательно следил за моей реакцией.

– Зачем вы меня сюда привели? – отступила я. Так, на всякий случай.

– Здесь точно никто не помешает говорить. Бросьте, Эйлин, теперь-то вы можете честно признать, что спёрли артефакт у меня из-под носа. Гордитесь, никому до вас это не удавалось.

Шархот! Он не забыл о нашем разговоре!

– Вы о чём? – решила я уточнить. А то вдруг у него ещё что-нибудь пропало, к чему я никакого отношения не имею.

– О тазике. Надеюсь услышать вашу версию и конечно причины, что побудили вас на столь безрассудный поступок.

– А я бы предпочла поговорить о вашей разгромленной лаборатории и причинах, по которым я должна молчать.

Князь замер и изумлённо уставился на меня.

– Вы истинная дочь своего отца, леди Ливартис.

– Благодарю, стараюсь. Вы знакомы с моим отцом?

– Чрезвычайный посол Ливартис – заметная фигура в придворных кругах. Доводилось встречаться. Но давайте ближе к нашим делам. Мы оба устали, поэтому быстро договоримся и по домам. Вы же обещали леди Греннль молчать? Тайна за тайну, годится? Вы молчите обо мне, я о вашем тазике. Хоть и не понимаю, чем он так ценен, чтобы ради него рисковать учёбой в академии? К тому же, его придётся вернуть.

– Это невозможно!

– Почему же?

– Потому что это наш семейный артефакт. Он живой, к тому же может быть опасен.

– Подождите. Голова плохо соображает. Давайте с начала. Кто живой? Тазик?

– Это не просто тазик, это бабуля! Её нельзя сдавать на склад. Во-первых, это не по-человечески, а во-вторых, вы её не знаете. Она вам такое устроит, сегодняшняя лаборатория покажется мелочью.

– Живая душа в артефакте? Я о таком только в литературе читал. Древние знания, утерянные в наши дни.

– Только ей не говорите о древности. Не простит. Она осознаёт себя привлекательной женщиной, потомки которой по недоразумению не внуки и даже не правнуки.

– Сколько же ей лет?

– Никто точно не знает. В нашей семье нет такого смертника, который бы рискнул задать ей этот вопрос.

– Послушайте, вы просто обязаны нас познакомить!

– Хорошо, я спрошу. Но обещать ничего не буду. Она сама решает, с кем ей знакомиться, а с кем нет. Бабуля живёт по собственным правилам и от нас требует соблюдения устаревших норм морали и традиций, хотя и прекрасно знает, что всё вокруг давно изменилось. Не подчиняться этому невозможно.

– Хорошо, что она не требует от вас одеваться по моде времён своей молодости.

– Вы уверены? – хмыкнула я.

– О-о! Поэтому вы в длинной юбке?

– Спасибо, что не в корсете.

– У вас и корсет есть? – с весёлыми огоньками в глазах спросил он.

– Представьте себе, есть.

Судя по взгляду князя, он представил. А я прикусила язык.

– Кстати, бабуля не одобрила бы разговор с мужчиной о дамском белье.

– Хорошо, что её здесь нет, – подмигнул вдруг он.

Ей-богу. Взял и подмигнул. Я глазам своим не поверила. Заодно вспомнила, что уже дважды целовалась с этим мужчиной, а он как бы мой преподаватель. Учитывая его репутацию… Такое бабуля точно не одобрит.

– Я бы на вашем месте не была в этом так уверена. Бабуля знатный шпион. Никто не знает, как она это делает, но обычно ей известно всё, что происходит в доме. А он у нас немаленький, поверьте.

– Не шутите так, Эйлин, – враз посерьёзнел он.

– А я и не шучу. Это правда.

– В таком случае я настаиваю на нашем знакомстве.

– Зачем?

– Безопасность Академии превыше всего. Передайте мою просьбу о знакомстве. Это важно.

– Ну хорошо.

– Вот и ладушки. Что же, свою часть уговора вы честно выполнили. Мой черёд. Но помните о своём обещании молчать.

Князь заозирался.

– Шархот! Неуютно как-то после ваших слов о шпионских замашках вашей бабули. Зачем вы вообще привезли её с собой?

Я пожала плечами.

– Родители настояли, что кто-то должен присматривать за мной.

– Понятно. Тогда сделаем так.