Ксения Кожина – Договор дороже крови (страница 20)

— Начинается, — тяжело вздохнул Каллист. Рывком поднялся с кровати и, если честно, то я подумала, что он уйдет. Оставит меня в одиночестве, даст выплеснуть эмоции, тихо поскулить в уголке и решить, как жить дальше. Но произошло неожиданное. — Вставай, — рявкнул очень недовольный мужчина.

Я замерла, забыв сделать вдох. Он на меня рявкнул? Серьезно решил отругать?! Широко распахнутые глаза не удержали влагу, и одинокая слезинка все-таки сползла по щеке, оставляя мокрый след. Вампир поморщился, протянул ко мне руку и, не дожидаясь, когда я соизволю вложить в его ладонь свою, ухватил меня за кисть, рывком поднимая. Притихла, не зная, что ожидать от взбесившегося вампира. Мало ли… вдруг загрызет? Или того хуже накажет, как маленького непослушного ребенка. Ведь именно в сторону угла он меня и потащил, обняв и приподняв так, чтобы мои ноги не касались пола. Мы достигли шкафа в несколько секунд, и пока я откровенно не понимала, что именно мужчине от меня надо, он распахнул дверцу, за которой скрывалась идеально выглаженная одежда, висящая на вешалках. Места в шкафу было много, так что закономерный вопрос слетел с губ сам.

— Спрятаться в шкафу и не нервировать тебя своими слезами? — вышло довольно нервно.

Каллист вздохнул и чуть развернул меня вправо, чтобы взгляд упал не на вещи, а на открытую дверцу и висящее на ней зеркало в прямоугольной раме с деревянными поперечными планками. Довольно большое, чтобы в нем можно было разглядеть себя по пояс и вампира, стоящего хмурой тучей за моей спиной.

— Что ты видишь, Сафира? — озадачил он меня.

Ответ в принципе был логичным, но в мужском голосе прозвучало что-то такое, отчего мое тихое «нас» вышло довольно неуверенным. Зажмурилась до звездочек, чтобы прогнать соленую влагу, выровняла дыхание и еще раз посмотрела на наше отражение. Каллист не мешал, положив свой подбородок мне на макушку. Высокий светловолосый мужчина с волевым подбородком и маленькой ямочкой на щеке, которая появлялась, стоило ему растянуть губы в улыбке. Внимательный серьезный взгляд серых глаз, что могут вспыхнуть красным, выдавая истинные чувства. Ладони, которыми он накрыл мои руки, почти в полтора раза больше моих. Длинные изящные пальцы. Вампир, одним словом. И я рядом. Маленькая хрупкая женская фигурка со спутанными за время пути кудряшками — матушка бы назвала мою прическу птичьим гнездом, с курносым носом, который хотелось задрать повыше, а еще сжать обыкновенные чуть тонкие алые губы, чтобы с языка не слетела печальная правда. Всегда яркие серо-голубые глаза потухли, словно отражая внутреннее состояние. Нижняя губа чуть задрожала и неутешительный вывод все-таки слетел с языка, больно раня в самое сердце.

— Мы не пара. — Несмотря на бушующие чувства и понимание, что я вампиру неровня, голос был спокойным, уверенным в собственной правоте и таким, словно забивает последний гвоздь в мое кровоточащее сердце, ставя все на свои места.

— Да чтоб тебя! — психанул вампир, разжал руки и вылетел за дверь.

Только не ту, что вела в коридор, и не ту, за которой скрывалась разгневанная вампирша, собирающая свои вещи, а в маленькую, незамеченную ранее мной дверь. Обычную белую без всяких изысканных узоров и искусно сделанной ручки. Спустя несколько секунд послышался звук льющейся воды, и я без сил опустилась прямо на пол, так и не отойдя от шкафа. Посмотрела на свое бледное отражение и еще раз убедилась, что была права. И Каллист, выходит, не женихов гонял, а всего лишь беспокоился о моей безопасности, ну или чего-то там, связанного с тем, что детям вампирскую кровь давать нельзя. Сделал все, чтобы вывод сделала я сама, прогнала несбыточные мечты и отправился купаться после дороги, ему наверняка еще к отцу идти надо, да и, в общем, узнавать подробности происходящего.

Вампира не было долго, настолько, что я успела почувствовать, как онемело место для ненужных приключений. Только вставать не хотелось. Испорченное настроение каменной плитой упало в копилку чувств, разнося в пыль стремление устроиться со всеми удобствами в логове вампиров, да так, что даже до кровати добраться желания не возникло. И лучше бы Каллист совсем не возвращался из ванной, потому что когда вернулся, его взгляд не обещал мне ничего хорошего. Но это взгляд, а вот все остальное…

Не вовремя вспомнила, что после душа вампир захочет одеться в чистое, то самое что висит в шкафу совсем рядом со мной. Появилось нестерпимое желание встать на четвереньки и уползти, а может и вовсе по-пластунски совершить стратегическое отступление в безопасное место. Можно и в небезопасное, лишь бы подальше от мужчины в одном полотенце! Только вот желание — это одно, а физические возможности — совершенно другое, и я замерла не в силах пошевелиться и отвести взгляд. Тело словно сковало невидимыми нитями, во рту пересохло, а маленькие капельки воды, будто издеваясь, заманчиво поблескивали на мускулистой обнаженной груди, стекали вниз по подтянутому рельефному животу, туда, где на бедрах держалось узкое белое полотенце. Почему-то сейчас Каллист выглядел более возбуждающе, чем после нашего неожиданного заплыва в море. Может, все дело было в спокойном уверенном взгляде и решимости, затаившейся в глубине краснеющего зрачка, или тут было что-то иное, но единственной мыслью, что билась пойманной птичкой в моей голове, было: «А если полотенце упадет?».

— Встань, пожалуйста, — тихо попросил Каллист, подойдя вплотную и протягивая мне руку.

Сглотнула и осталась сидеть на полу. Просто могу поспорить на все мои драгоценности, что стоять мне будет намно-о-ого сложнее.

— Сафира, я жду, — напомнил о себе вампир и многозначительно добавил: — Это важно.

Рука дрогнула, когда я молчаливо согласилась подняться, а коленки и вовсе задрожали, предавая хозяйку.

— Ноги затекли, — решила зачем-то оправдаться.

— Так и подумал, — совершенно не поверил мужчина.

Каллист резко прижал меня к себе, так что воздух выбило из легких. Как и мысли о возможном падении. Только вот спокойнее не стало. Попыталась отстраниться, уперлась руками в мужскую грудь и снова замерла, ощутив, как гулко бьется сердце под моей ладошкой.

— А… — мысли застопорились. Близость мужчины не просто волновала, она отключала разум, обостряла чувства, заставляя эмоции брать верх. Каллист шумно выдохнул, а я… я захотела позорно сбежать! — Искупаться бы, — протянула с надеждой.

— Потереть спинку? — охотно отозвался вампир и невинно улыбнулся.

Это и взбодрило. Дернулась, махнула рукой, отступила на шаг, и случайно задела то, что трогать, вообще, не стоило. Полотенце! С тихим шлепком этот, несомненно, важный и незаменимый предмет покинул стратегически важную позицию. И вот надо было сразу глаза закрывать! Взвизгнула, когда осознала, на что именно я смотрю, внимательно так, изучающе, вспыхнула, подняла глаза и наткнулась на такой же изучающий взгляд. Гад клыкастый мою реакцию изучал! Чтоб ему пусто было! Зажмурилась и, вообще, захотела упасть в спасительный обморок.

— Мда, — нарушил затянувшееся молчание Каллист, разворачивая меня к себе спиной и снова прижимая к своей груди. Полотенце поднять он даже не подумал. — Это будет о-очень сложно.

— Что сложно? — рискнула подать голос, приоткрывая один глаз.

Мгновения мне хватило, чтобы оценить свои пылающие щеки, уши и даже шею, заметить кислое лицо Каллиста и снова зажмуриться.

— Все сложно, — глухо отозвался он.

А я… я просто не выдержала.

— Отодвинься, а? — жалобно попросила, начиная задыхаться. Просто задыхаться от обрушившегося желания. Все чувства словно бухнули вниз живота, закручиваясь в тугую пружину. Грудь заныла, недвусмысленно намекая, что мужские руки, расположившиеся на моем животе, могли бы быть и повыше. До безумия захотелось откинуть голову на мужскую грудь, сильнее прижаться ягодицами к волнующей твердости и плюнуть на все запреты, что я старательно возвожу между нами.

— Глаза откроешь? — вкрадчиво вопросил мой вампир, лаская алеющее ушко горячим дыханием.

Зажмурилась еще сильнее, до звездочек в глазах. Махнула бы головой, но ощущение, будто одно малейшее движение и сорвусь в пропасть, туда, откуда не будет возврата.

— Значит, и я не отодвинусь, — со смешком проинформировал меня мужчина. И ладно бы только это! Он еще и руки опустил на мои бедра, с силой вжав меня в себя, чтобы если у меня и возникли сомнения относительно его желания, то тут же улетучились. — Знаешь, немного бесит, когда ты намекаешь девушке, что она тебе нравится, а в ответ получаешь «мы не пара». Да что там намекаешь! Тебе можно говорить прямым текстом, и ты все равно не поймешь! — возмутился Каллист. — А теперь, моя маленькая желанная принцесса, послушай, что вижу я.

Сердце грохотало, как сумасшедшее. Мне кажется, я могла слышать только его в своих ушах, но тем не менее тихий ласкающий голос Каллиста, я услышала. И не то, что не обрадовалась признанию, я насторожилась. Вампир, признающий не только свое желание, но и симпатию пугал до дрожи уже тем, что неизвестно чего от него можно ожидать. Да и потом, бабушка всегда твердила, что надо судить по поступкам. Но как по ним судить, когда он то язвит, то дурачится. Только небеса ведают, что у него на уме! А я маленькая, беззащитная и в логове вампиров. Так себя накрутила, что даже вздохнуть страшно. Даже любопытство не рискнуло поднимать свою голову, предпочтя спрятаться в дальнем уголке души.