Ксения Кожина – Договор дороже крови (страница 19)

— Плохая? — задохнулась от возмущения. — Что ж ты тогда кровь мою пить согласился с такой-то родословной?

Мы бежали по коридорам, петляя как зайцы. Точнее это я бежала, а Каллист быстро шел, но просить замедлиться не стала. Повсюду сновали вампиры. Их было много. Даже слишком много для бедной напуганной меня. Они расступались, почтительно здоровались и все как один уделяли внимание мне. Для кого-то я была вроде маленькой бабочки, которая летает без дела, а прихлопнуть жаль. Некоторые просто смотрели, как на зверюшку и плохо скрывали удивление на лицах. Пара вампирш при виде меня перекосило. Кажется, я уже знаю, с кем активно общался Каллист до своего отъезда. Стало неприятно… Знаю же, что могу рассчитывать лишь на ту самую игрушку, и все равно сердце предательски замирает. Да и вампир четко выразил своему старшему брату надежды насчет меня. А я ведь не железная — сломаюсь. Только вот как жить потом с ним бок о бок? Мысли были мрачнее некуда. В голове Давида видимо царствовали тоже не слишком радужные мысли. Он шел наравне с нами с отсутствующим взглядом и усиленно хмурился. Несколько раз останавливался, переговариваясь со стражниками, и не сводил с меня подозрительного взгляда. Можно смело сказать, что знакомство с этим родственничком не задалось. Хуже стало только тогда, когда мы остановились у какой-то комнаты.

— Эта занята, — отрывисто бросил Давид, и Каллист остановился, как вкопанный.

— В каком смысле? — осторожно уточнил мой вампир.

— Ну, ты же знаешь матушку, — развел он руками. — Кстати, она будет недовольна, если жительница этой комнаты переедет.

— Твоя матушка, вот ты и разбирайся, — зло бросил Каллист. — Я еще не успел соскучиться по ее попыткам взять меня под контроль.

— Сказать, что ты поселил в смежную комнату девицу странного происхождения, с которой заключил непонятный договор? — заломил бровь младшенький.

Вот за договор обидно! И ничего он не непонятный! Я над ним, между прочим, всю ночь сидела. Подождите, что значит смежную?!

— Я не буду с тобой спать! — тут же запаниковала я.

— Конечно, милая, — Каллист улыбнулся, подтолкнул меня в сторону соседней двери и искренне заверил: — Ты будешь спать в другой комнате, но всегда можешь воспользоваться моим одеялом, если чего-то испугаешься.

Да я скорее в шкаф спрячусь! Фыркнула, полностью уверенна в том, что такого не будет и спотыкнулась на следующем же шаге. Просто Каллист он же молчать, похоже, совсем не умеет, как и пропускать хоть что-то мимо своих ушей.

— Так что ты там сказал про странное происхождение? — обратился он к Давиду. И голос у него стал таким ласковым, что младшенький почему-то голову вжал в плечи.

— Ты же сам сказал…

— Сказал лишь то, что ближайшие родственники Сафиры по женской линии имели большую слабость к противоположному полу, — улыбка Каллиста стала запредельной.

Даже я дышать перестала, ожидая неприятностей. А вот младшенький он действительно немного дурак. Все же сказки не всегда врут. Он взглядом полыхнул, руки на груди сложил и заунывно начал:

— To есть она еще и потас… — и снова Давид не договорил. Только уже по причине того, что вампир, тот, который мой, наверное, вспомнил, что по договору он меня защищать обязан.

Ну и защитил в своей манере. Нежно положил руку на плечо младшенького, отчего тот слегка согнулся и ласково предупредил:

— Еще слово и тенью Сафиры с завтрашнего дня станет кто-то другой по причине резкого ухудшения здоровья одного из членов правящей семьи.

Предупреждение оказалось действенным. Возмущаться Давид перестал. Еще бы и взглядом подозрительным меня не рассматривал, совсем бы замечательно было!

— Что такое тень? — любопытство подняло голову, заставив даже возмущение по поводу близкого соседства приутихнуть. В конце концов, должно же быть у клыкастого логичное объяснение происходящему.

— Ммм… Скажем так, на то время, что я буду отсутствовать, Давид станет твоим наставником, охранником и чуть ли не лучшим другом. Ты рада?

— Очень, — злобно запыхтела, прижимаясь к стене и отказываясь заходить в комнату. — Я хоть шаг сделать смогу самостоятельно?! По договору я…

— Да хоть десять, принцесса. Ходи себе на здоровье куда вздумается, но только с завтрашнего дня. Мне еще с братом поговорить нужно, — Каллист оглянулся, махнул не сводящему с нас взгляда Давиду и быстро отворил дверь комнаты.

Внутрь попала совсем не по собственному желанию. Похоже, кому-то надоело топтаться на одном месте и по возможности быть милым, потому что меня просто занесли. И даже не на руках! Сложно почувствовать себя принцессой, когда тебя берут за плечи, отрывают от пола и переносят через порог комнаты!

— Да ты знаешь кто? — мгновенно завелась я, отпрыгивая от вампира, как только меня поставили на ноги.

— Очень голодный вампир? — предположил он, хитро улыбаясь.

У меня дар речи пропал от такой наглости!

Я еще на добрый метр отскочила, оглядываясь по сторонам. Комната, как комната. Ничего такого, что я успела себе нафантазировать. Никаких цепей на стенах и извращенных картин, шелкового белья и даже железная спинка кровати, к которой можно было бы привязать отсутствует. Святые небеса, о чем я думаю?! Может это не Каллист извращенец, а я такой становлюсь рядом с ним? Да и вообще ожидание от первого посещения мужской спальни как-то не оправдалось. М-да, не так я себе все представляла. Большая двуспальная кровать у дальней стены, заправленная темно-синим покрывалом, массивный угловой шкаф с резными ручками, комод, маленькая тумбочка у кровати с ютящимся на ней светильником и давно погасший камин с открытой топкой. Хотя непонятно зачем последний элемент вообще нужен в комнате. С тех пор, как мы вошли в крепость, я давно согрелась.

— Я так понимаю про окна можно не спрашивать? — криво улыбнулась, пытаясь найти хоть одну пылинку. Все же владелец спальни отсутствовал очень долго.

— Зато есть выход на вершину горы, — попытался сгладить ситуацию Каллист, с интересом наблюдая, как я скольжу рукой по поверхности комода. — Не нравится?

— Ну… может я всю жизнь мечтала породниться с горным народом и добывать камни в шахтах, — задумчиво протянула, присаживаясь на кровать и не сводя взгляда с вампира.

— To есть не нравится, — сделал он правильный вывод.

Пришлось нагло соврать.

— Да нет, вполне уютно. К тому же всегда можно съездить в город, восхититься прелюдией.

— Часто не получится, — обломал он меня.

Закрыла глаза, считая до десяти. Сорвусь же в уныние! Впрочем, за решеткой было бы хуже. Только вот…

— Ты действительно позволил бы мэру упечь меня в тюрьму? — спросила неожиданно для себя.

— Нет, конечно, — очень быстро отозвался он.

Но еще быстрее оказался около меня, сел рядом, не касаясь, немного подумал и рухнул спиной назад, раскинув руки и смотря в потолок.

Время текло чудовищно медленно. Оно словно живое застыло для нас двоих. Часов, чтобы нарушить воцарившуюся тишину в спальне не было, и оттого глубокое размеренное дыхание вампира, заполнившее своим звучанием пространство, казалось вдвойне громким. Я даже подумала, что он заснул.

— Каллист, — тихо позвала, нагнулась и тронула мужчину за плечо, — спишь?

— А можно? — тут же отозвался он и, потянув меня, расположил на себе. Очертил ладонями контур моей талии и сам себе ответил: — Нет, нельзя.

— Почему? — тут же полюбопытствовала, пытаясь уследить за мужскими руками, которые медленно и очень чувствительно перемещались в сторону моих ягодиц. — Ай!

Завозилась, пытаясь скинуть наглые конечности, которые все-таки достигли своей цели. Ойкнула еще раз и притихла.

— Надо было все же разрешить отношения, — впал в задумчивость этот извращенец, активно намекая своей твердостью, чем именно он сейчас думает. — Проблем было бы меньше. Может того рыжего? — вопросил сам у себя, пока я откровенно офигевала. — Нет, у того пальцы были толстые и голос писклявый. Или же того сухопарого?

— П-подожди, — очнулась я, потеряв нить разговора. — Ты о чем?

— Ухажеров твоих вспоминаю. Виктор, сын булочника был вроде ничего, — добил Каллист меня.

— Да не было у меня никак ухажеров! — закономерно возмутилась, вспомнив, что по сравнению с Арианой была той еще поганкой.

— Естественно! — наглые конечности снова потянулись ощупать приглянувшуюся им выдающуюся часть тела. — Если бы были, то я бы сейчас так не мучился, думая, как объяснить тебе очевидные вещи.

— Ты… ты за мной следил! — осенило меня.

Дернулась, выпутываясь из цепких объятий, отползла к изголовью кровати и… Рыженький у меня действительно был. Забавный такой, сначала полгода увивался, цветочки дарил, а как на свидание согласилась, так сразу и сбежал. Он потом с родителями еще из города нашего переехал. Сощурилась, всматриваясь в спокойное лицо Каллиста, подтянула к себе колени, обхватив их руками.

— Ну?! — дружелюбие мгновенно исчезло из моего голоса.

— Опекал, — отозвался вампир в более мягкой форме.

— Женихов гонял! — взревела я.

Нащупала за спиной подушку и запустила в гада клыкастого. У меня значит, комплекс развился, я себя всю жизнь некрасивой считала, а это, оказывается, один знакомый извращенец меня для себя берег. Скотина! Да ему даже не стыдно. Я тут красными пятнами от гнева покрываюсь, руки в кулаки сжимаю, а он лежит себе спокойно, подушку перехватил, под голову положил и улыбается. И улыбка его стала только шире, когда за стеной послышалась возмущенная брань. Причем из тех отголосков, что были слышны мне, возмущалась женщина. Вспомнила, что за стенкой находится смежная комната, которая была кем-то занята и как-то неуютно стало. Видимо к приезду Каллиста заботливые родители подготовили как минимум любовницу, а тут я нарисовалась. Поджала губы, красочно представляя, что в тюрьме с крысами как-то поспокойнее будет, чем здесь, в вампирской крепости, уронила голову на колени и тихо всхлипнула. Похоже, нервное напряжение за эти дни грозит вылиться опухшими глазами и красным носом.