Ксения Комал – По закону совести (страница 7)

– Хотелось бы чего-нибудь ещё.

Яна тяжело вздохнула и без всякого интереса спросила:

– Ну и чего тебе надо?

– Я же говорил: всего лишь небольшой совместный ужин. – Держался он очень уверенно, будто это не его ноги были в ледяной воде.

– Обойдёшься, – буркнула Яна, но, не в силах смотреть на то, как человек себя губит, ухватила его за колено и принялась вытягивать. Сергей, сев поудобнее, упёрся.

– Буду страдать, пока не согласишься.

– Ну и чёрт с тобой! – разозлилась девушка и, улучив момент, дёрнула сильнее.

В ту же секунду она полетела вниз. Вода была обжигающе холодной; окунувшись в неё, Яна едва не завизжала. Дыхание перехватило, руки беспомощно взмахнули, и девушка камнем пошла ко дну. Спустя мгновение рядом что-то рухнуло, чужие пальцы обхватили её за талию и уверенно потащили наверх.

– Ну как водичка? – очень спокойно поинтересовалась Яна. Сергей, отдышавшись, пробормотал:

– Ты что, притворялась?

– Я входила в юниорскую сборную по плаванию, – радостно просветила его девушка. – Мы и не в таких условиях тренировались.

Молодой человек вымученно улыбнулся.

– Вот не могла не похвастаться, да?

Она довольно кивнула и в этот момент кое-что заметила. Снизу на бревне, подпирающем мостки, с редкой аккуратностью было высечено: «Яна + Саша». Девушка моментально вспомнила то лето, когда считала себя по уши влюблённой, и дорогой сердцу перочинный ножик, затерянный в местных водах. Проследив за её взглядом, Сергей округлил глаза и издевательски присвистнул.

– Сколько тебе было? Восемь? И здесь, в этом маленьком тихом городе разыгралась какая-то любовная драма?

– Сейчас разыграется настоящая трагедия, – сурово заявила девушка и, приблизившись, окунула его с головой.

Молодой человек завопил, высвободился и в отместку окатил её небольшой волной; Яна в долгу не осталась.

Вылезли они, когда кожа обоих приняла синевато-бледный оттенок, а речь перестала быть членораздельной. На воздухе оказалось ещё хуже. Несмотря на в общем тёплую погоду, лёгкий ветерок не давал спокойно согреться, и молодые люди, не сговариваясь, ринулись по домам.

Дима тосковал в холле, видимо, ожидая её появления. Мальчик демонстративно сжимал в руке учебник, но было заметно, что наука его интересует мало.

– Как сходила?.. – начал он и, разглядев мокрую дорожку на полу, не смог закончить.

– Ч-чудесно, – проклацала зубами девушка. – Ты из-звини, мне надо переодеться.

– И от этого человека зависит моя жизнь, – обречённо прокомментировал подросток ей вслед.

Оказавшись в своей комнате, Яна ринулась под горячий душ и не вылезала оттуда, пока кожа не стала розоватой, а тело не прекратило ныть от холода. Выйдя из ванной, девушка натянула толстый свитер, спортивные брюки и забралась под одеяло. Она всё ещё дрожала, но процесс этот вполне контролировала и знала, что скоро придёт в себя. Через некоторое время постучался Дима.

– Я придумал, куда ещё тебе стоит сходить. У тёти есть подруга. Не то чтобы близкая, но вроде как единственная.

– Всего одна подруга? – не поверила Яна.

– Я же говорил, она больше по мужикам… В общем, зовут её Анна Петрова, живёт прямо за картинной галереей. Там кирпичная новостройка, не перепутаешь, она в самой первой квартире.

– Сегодня рабочий день, – вяло напомнила девушка, которой совершенно не улыбалось после искромётного купания таскаться по незнакомым людям. – А вечером я занята.

– Чем это? – оторопел ребёнок.

– Эльмиру твою ищу.

Дима явно не поверил, но задавать уточняющие вопросы не стал.

– Ладно, даже знать не хочу… Короче, тебе повезло, Анна ни дня в своей жизни не работала, так что ты вполне можешь застать её и днём. Собирайся.

– Не хочу, – упёрлась Яна. – Мне и здесь хорошо.

– А мне будет плохо в детском доме, – не отставал мальчишка. – Если через пять минут не выйдешь, окачу тебя ледяной водой.

Сильно хромая и придерживаясь за стену, он покинул комнату, а девушка скорчила ему вслед мерзкую рожу. Тем не менее угроза подействовала – снова оказать в холодной луже ей не хотелось, поэтому Яна, ругая собственную глупость и зловредного пацана, выбралась из-под одеяла и, натянув ботинки, прошествовала к выходу мимо довольного ребёнка. Дима явно начинал чувствовать свою власть и вовсю ею наслаждался.

                                      ***

Новостройка в том районе действительно оказалась одна. Кирпичный многоквартирный дом очень выделялся на фоне стареньких коттеджей и совершенно не соответствовал духу городка. Подивившись неуместности архитектурного сооружения, Яна зашла в подъезд и нажала на звонок первой квартиры. Дверь тут же распахнулась, и на пороге появилась сильно молодящаяся женщина лет сорока. Одета она была в лёгкий кружевной халатик, а ноги украшали босоножки на каблуках. Девушка заподозрила, что ждали здесь вовсе не её, но из природной вредности решила не входить в положение хозяйки.

– Добрый день, я пришла поговорить об Эльмире Мироновой.

Анна слегка растерялась, но, пожав плечами, впустила Яну внутрь. Сразу за дверью начинался длиннющий коридор, который, похоже, огибал квартиру по кругу.

– Вы не знаете, где она?

– Понятия не имею, – отозвалась хозяйка. Голос у неё был бархатистый, с лёгкой хрипотцой, какая нередко возникает от курения. – Элька мне о своих перемещениях не докладывает.

– Когда вы видели её в последний раз?

– Месяца полтора назад, – пожала плечами Анна.

– И вас не насторожило, что она больше не заходила?

– А вы ей, собственно, кто?

– Дальняя родственница. Приехала посидеть с Димой, но мне уже пора домой, а Элька пропала… Она очень мне нужна.

– Ясно, – нисколько не удивилась женщина. – Это вполне в Элькином духе. На вашем месте я бы подобрала парню другую няньку и возвращалась домой, вряд ли вы её дождётесь.

– Почему это?

– Просто она влезла в очередную авантюру, – понизив голос, поделилась Анна.

– Какую?

– Что-то связанное с минералами, я точно не поняла. Элька говорила, что вот-вот разбогатеет и свалит наконец из этой дыры.

– Почему же дыры? – обиделась за любимый город Яна. – У вас тут очень красиво.

– Красиво, только жить невозможно. Город с каждым годом загибается всё больше. Туристов нет, значит, и работы нет. Ну, соответственно, и денег. Дома ветшают, люди вынуждены продавать их за бесценок и разъезжаются кто куда. Инфраструктура – вообще никакая, да вы сами по сторонам посмотрите, у нас всё ещё с середины прошлого века осталось, когда город процветал, а санатории были переполнены.

– Здесь есть санатории? – по-настоящему изумилась девушка, которая ничего подобного не помнила.

– Были, – вздохнула Анна. – Теперь все позакрывались. Элька жизнь здесь просто ненавидит, мечтает уехать в Москву, а не на что. Вот она и ищет разные пути.

– В том числе – обеспеченных мужчин?

– У нас их двое, – улыбнулась Анна. – И с обоими у неё ничего не вышло. Это и неудивительно, они мальчишки ещё, а она – взрослая серьёзная женщина, к тому же с довеском.

– Но разница всего несколько лет.

– Так это если в пользу мужчины – нормально. А когда наоборот – проблем не оберёшься, всегда будут более молодые конкурентки, которые просто наслаждаются жизнью и не ухаживают за больным ребёнком. Я Эльке это сто раз говорила, но она меня и слышать не хотела.

– Всё-таки где она может быть?

– В последнее время она нередко бывала у развалин старой часовни, я даже подумала, что она клад рассчитывает найти, – ухмыльнулась женщина. – И ещё – в галерее поспрашивайте, туда она тоже зачастила. Но если её действительно долго нет, наверное, нашла себе кого-нибудь. По крайней мере, я очень на это надеюсь.

Яна поблагодарила за информацию и покинула гостеприимную хозяйку, на выходе столкнувшись с седым мужчиной лет шестидесяти. Стало понятно, что о разнице в возрасте Анна судила по собственному опыту. Оказавшись на улице, девушка огляделась и, не придумав ничего лучше, решила прогуляться до часовни.

Место это пользовалось исключительно дурной славой – в основном потому, что лет семнадцать назад там собиралась банда взбалмошных детишек, с радостью шокировавших округу своими выкрутасами. Случайные прохожие частенько жаловались на таинственные огни в ночи, глухие завывания и даже бледные силуэты, разгуливающие по камням. Никто из взрослых почему-то не догадывался, что природа этих явлений сугубо материальная, и по городу ползли очень нехорошие слухи, постепенно обрастающие настоящими легендами.

С улыбкой вспоминая золотое детство, Яна добралась до нужного места и с разочарованием обнаружила, что пройти туда теперь не так-то просто. Бывшую часовню окружала металлическая решётка, призванная исполнять роль забора, а надпись на дощечке гласила, что развалины являются культурным наследием и охраняются государством. Решив, что государство могло бы стараться и получше, девушка огляделась и, не встретив заинтересованных взоров, полезла через калитку. Упражнение далось ей нелегко, но в конце концов преграда была преодолена, а Яна утешала себя тем, что штаны получится зашить – надо только добраться до дома.

Развалины представляли собой остов бывшей часовни, которую при Союзе закрыли и непредусмотрительно переделали в клуб для увлечённых садоводов, здорово посодействовавших времени в уничтожении святыни. В семидесятые её пытались отстроить, но потерпели неудачу, обрушив последние перекрытия, и с тех пор вокруг валялись каменные глыбы – лазить по ним было очень интересно.