Ксения Казакова – Долгая дорога к себе (страница 9)

Хотелось элементарного – покушать и упасть спать. В магазинчике неподалеку, кроме рыбных консервов и бутылок со спиртным, почти ничего не было. Продавщица посоветовала зайти в столовую напротив.

Поужинав, вернулись в гостиницу. Ребята вывернули карманы, и Наташа с изумлением увидела, что они прихватили с собой по ложке, вилке и стакану.

– Вы что, сдурели? Вот бы опозорились!

– А из чего пить? – удивился Андрей, – а закусывать чем?

И он вынул из-за пазухи бутылку какой-то бормотухи и две банки кильки.

– Ну, должны же мы отметить приезд, в конце концов.

– Он вышел на балкон гостиницы посмотрел на луну, освещающую эту Богом забытую землю, и завыл – уууууууууууууу.

Наташе захотелось сделать то же.

Наутро вернулись в столицу. В штаб округа. Не пристроив молодых лейтенантов на периферии, нашли-таки для них место в одной из воинских частей в Алма-Ата. Но не надолго. Через год Артема направили к новому месту службы под Семипалатинск. В большой военный городок на берегу Иртыша.

Там была хорошая большая школа, Дом культуры, свой госпиталь и даже гостиница, в которой и застрял он со своей семьей почти на год. Им выделили номер. Комнату с четырьмя кроватями. Две из них использовались по прямому назначению. Третья была в роли шкафа для одежды, где рядами были разложены вещи папины, мамины и Антона. А четвертая заменяла всякую другую мебель. Питались в столовой.

Возвращаясь, домой после ужина, смотрели на окна домов, где жили со своими семьями офицеры и мечтали о том, когда же и им так повезет. Артем почти сутками находился в части. И почти через ночь в гостиницу прибегал посыльный и барабанил во все двери, вызывая офицеров по тревоге.

Работы не было. Наташа целыми днями сидела в гостинице, скучая. После школы ходили с Антоном смотреть на замерзший Иртыш. Она чувствовала себя так, как будто жизнь проходит где-то мимо нее. По

полночи в гостинице стоял гомон. Из разных комнат доносилась музыка на разные вкусы. Подвыпившие холостяки кричали и матерились, уже не обращая внимания на то, что рядом жили две семьи с детишками. Однажды Наташа не выдержала:

– Сколько это может продолжаться? Когда нам, в конце концов, дадут жилье? Артем попытался поговорить об этом с командиром. Тот предложил им комнату в санчасти. Подумали и решили, что это лучше, чем гостиница. К вечеру, после отбоя в части, забрал из гостиницы семью. Наутро Наташа, вся, как ей казалось, пропахшая тушеной капустой, которой кормили солдат в санчасти, собралась в магазин. Подходя к КПП, услышала за спиной грубый окрик.

– Эй, стоять! Ты что это здесь делала?

Перед ней возник, как из-под земли колобок в военной форме с красным заплывшим лицом и погонами майора.

– Ночевала, – ответила Наташа, с презрением глядя в лицо хаму.

– Ха! Ночевала тучка золотая на груди утеса великана! Ну и кто у нас этот великан?

– Старший лейтенант Савельев.

– Оба на! – колобок нагло оглядывал молодую женщину, явно принимая ее за ночную гостью воинской части.

В это время через КПП вошли командир части и замполит.

– Доброе утро! – обратился замполит к Наташе. Ну как вы? Устроились на новом месте?

– Вы знаете, хамов здесь не меньше, чем в гостинице, – едва сдерживая слезы, проговорила молодая женщина и бросилась к выходу.

– Ваш пропуск, – преградил дорогу дежурный.

– Да пошел ты, – Наташа оттолкнула солдата и выскочила за территорию части.

Она шла, не видя перед собой дороги. Слезы обиды душили ее.

– Господи, и ты называешь это жизнью? За что мне это? Я хочу жить, я не хочу существовать!

Она развернулась и пошла обратно в часть. Антон

собирался в школу.

– Где папа, Антон?

– Его вызвали.

Минут через двадцать пришел Артем. Не поднимая глаз, произнес:

– Командир просил передать извинения за этого придурка и обещал в скором времени квартиру. Тут у нас один офицер переводится.

Глава 27

Квартиру действительно в скором времени выделили. Когда-то это была трехкомнатная квартира. Но городок жил обычной земной жизнью. Семьи распадались. Мужья росли по службе, переводились в другие места, а их бывшие жены, в большинстве случаев оставались жить и работать в гарнизоне.

Свободных служебных квартир становилось все меньше, а холостячек в городке все больше. Что в свою очередь вело к новым разводам.

Квартиры стали делить пополам, чтобы как-то выйти из положения. И трехкомнатная становилась двумя полуторными. При этом казалось, что семейные пары спали на одной кровати вчетвером. Трудно было выбрать место для кровати в такой квартире, кроме как возле общей фанерной стены. Старались не ссориться громко, чтобы не слышали соседи. И с интересом слушали, когда шла перепалка за стеной. В праздники, когда музыка в одной квартире заглушала музыку в другой, включали свою на всю громкость или танцевали под чужую.

Семипалатинский полигон оправдывал свое существование. Несколько раз в месяц производились подземные взрывы. В определенное время всем предписывалось покинуть дома. Но к этому все привыкли и ограничивались лишь тем, что убирали хрусталь из сервантов, чтобы не побился. То, что качалась сама мебель уже никого не пугало. Об остальном старались не думать. Да и не осознавали всей серьезности своего здесь существования.

Все уже привыкли и к тому, что если резко испортилась погода, заболела голова или начинаешь задыхаться, словно астматик, значит, в вечерних новостях сообщат об очередном запуске ракеты с космодрома Байконур.

Однажды, возвращаясь вечером из магазина, Наташа обратила внимание на толпу, изучающую звездное небо. Она тоже посмотрела вверх и увидела нечто мерцающее, стремительно летящее к земле.

– Ступень ракеты, – услышала она голос за спиной.

Глава 28

Майор, нахамивший Наташе, оказался непосредственным командиром Артема. Их отношения дали глубокую трещину. Артем с трудом терпел армию. В большинстве случаев, ощущая грубое давление и неоправданную требовательность.

– Наступила ночь и в стране дураков закипела работа, – говорил он, собираясь в двенадцать часов ночи по вызову дежурного по части.

А Наташа, надев на себя все, что только было теплого, шла дежурить к магазину. В городке жили так же, как почти во всей России в середине восьмидесятых. На мясо талоны, на масло талоны, на сгущенку талоны. Возле магазина с вечера составляли список очередников. А для того, чтобы не возникла вторая очередь, двадцать человек первых со списком дежурили сутки до самого привоза. По часу на сорокаградусном морозе. А когда начиналась торговля, жены брали магазин приступом. Они напоминали рой пчел, способный мгновенно сорваться с места и тучей из одного магазина переметнуться в другой. При известии, что туда завезли колбасу к Новому году.

Стоя как часовой на посту со списком, освещенная фонарем магазина, Наташа вспоминала поездку на Украину к родителям мужа. Тогда она почувствовала себя так, словно попала за границу. Продукты, какие только захочешь! От изобилия вещей глаза разбегаются.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.