Ксения Каретникова – Не моя девочка (страница 54)

И вообще за столом мы не разговариваем. Мама Артема, как я поняла, не в курсе всего, что происходит. А мы просто приехали в гости. Правда я в таком виде, в котором загород не ездят.

Мы пьём чай, едим пирожки с вишней. Очень вкусные. Рассматриваю дом, понимая, что в нем живёт замечательная хозяйка. Идеальная чистота, все вещи на своих местах.

Я просто стараюсь не думать. О том что Йонас подарил меня Саиту, приказал избавиться от Артема. И что это он убил моих родителей.

Вот как?

Как моя жизнь могла повернуть в эту сторону?

Так, все, не думать. А то слезы наворачиваются. Я живая, со мной все в порядке. Рядом хорошие люди.

Допив свой чай, мужчины выходят на улицу. Мы с Людмилой Руслановной остаёмся вдвоём.

И я не знаю о чем с ней говорить. С чего начать. И стоит ли?

— Ты наверно устала с дороги, — произносит мама Артема заботливо. — Где душ и туалет ты видела, пойдём, покажу тебе комнату. Я вам с Артемом вместе постелила. Взрослые же люди.

Она улыбается и поднимается с места. Я тоже.

Мы заходим в светлую комнату на втором этаже. Здесь свежо, окно открыто и пахнет деревом.

Кровать двуспальная, застеленная стеганным покрывалом.

— Вот тут полотенца, — говорит Людмила Руслановна, открывая шкаф. — Халат есть. Чистый. В общем, пользуйся.

— Спасибо, — киваю я и подхожу к окну. Вдыхаю чистый воздух полной грудью.

— Скажи, — неуверенно начинает мама Артема, — у вас все в порядке?

— Думаю, что да.

— Ладно, не буду лезть не в свое дело… Лишь скажу — я рада, что моему сыну наконец-то повезло. Раньше ему попадались, скажем так, не очень хорошие девушки. Его предавали, — в глазах женщины тревожная грусть.

А я опускаю глаза. Предавать Артема я точно не собираюсь. Я не знаю пока что именно между нами. И к чему это приведёт. Но зато я точно знаю, что…

— Я люблю вашего сына.

Произношу это вслух и пугаюсь от того, что слышу. У меня это вырвалось, не ожидала, что скажу.

Людмила Руслановна опять улыбается, гладит меня по плечу и, прошептав: "спасибо", уходит.

А я раздеваюсь, достаю из шкафа полотенце и халат. Последнее надеваю и спукаюсь на первый этаж.

Мужчины все ещё сидят на улице, в беседке. Мешать им не хочу. Иду в ванную, быстро принимаю душ и возвращаюсь в комнату. Бережно снимаю покрывало, складывая его на стул, и голой залезаю под пушистое и вкусно пахнущее одеяло.

И кажется я почти сразу вырубаюсь.

А просыпаюсь от того, что чувствую прикосновение. Меня глядят по лицу… открываю глаза.

— Артем, — шепчу я сонно.

— Прости, не хотел будить. Но не устоял. Ты такая красивая.

Улыбаюсь, а потом резко хмурюсь, косясь на зашторенное окно:

— Все в порядке? Новостей нет?

— Пока нет. Ещё слишком рано. Спи, — он снова гладит меня, а я готова мурчать как кошка.

— Скажи, а что имел в виду твой шеф, когда сказал, что предупреждал тебя? — вспомнив, решаю я спросить.

Артем улыбается краешком губ:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Чтобы я не влюблялся на задании.

Прикрываю веки и делаю глубокий вдох:

— А я твоей маме призналась… в любви к тебе.

— Серьезно? — чересчур довольно уточняет он. — Ей ещё ни одна девушка в подобном не признавалась.

— Она мне сказала, что тебя предавали, — вспомнила я.

— И такое было. Но это не важно. Просто те девушки были не мои.

— А я твоя? — хмурюсь капризно.

— Только если ты сама этого хочешь, — с жаром шепчет он мне в ухо.

Снова улыбаюсь и прошу:

— Поцелуй меня.

И он меня целует.

С каждой секундой все ненасытней. И сильней.

Глава 33

Артем

Каждый секс с Бэллой, как первый.

Она не перестаёт меня удивлять. Разумеется приятно удивлять.

Бэлла страстная натура, импульсивная, немного резкая, но при этом нежная. Удивительный симбиоз. Не знаешь, как она себя поведёт, как отреагирует.

А мне нравится её изучать. И физически и эмоционально.

Вот сейчас, она хочет меня не меньше, чем я её. Она отдается и дает. В самом начале словно стеснялась, сдерживая себя. Полагаю её то что мы в доме не одни волновало. А затем, поймав волну и окунувшись в неё с головой, Бэлла стонать начинает. Я пытаюсь зажать её рот ладонью, шепчу что-то. Во мне тоже стыд просыпается, но желание от него только, твою мать, усиливается.

Самый большой кайф это кончать одновременно. Не могу объяснить как я это чувствую, как понимаю. Просто люди сошлись. Пусть и грубое сравнение, но как шестерёнки, когда они идеально стыкуется, механизм лучше работает. Правильно. Надёжно. На очень и очень долго. А то и навсегда.

— Я люблю тебя, — шепчет мне Бэлла, когда я обессилено на её грудь ложусь. Тащусь от ее запаха, от шелковистости кожи. От того что она рядом. В том месте, где живёт самый мне близкий человек — мама. Твою ж, если она слышала что мы только что вытворяли, надеюсь поймёт.

— Я люблю тебя, — отзываюсь я. Но кажется, что меня не слышат. Бэлла размеренно сопит с беспечной улыбкой на изнеженных губах.

И мне хочется спать. Организм вымотался за этот день. Отдыха требует. Но голова упрямо думает. Я вспоминаю все, что произошло за последние дни.

Знал бы я, соглашаясь на такое непростое задание, что все сложится именно так. Что я любовь свою встречу.

И вот когда я уже почти погружаюсь в сон — слышу как где-то внизу телефон звонит. У Валерьевича.

Появляется неожиданная бодрость. Я с кровати встаю, аккуратно, чтобы Бэллу не разбудить, штаны натягиваю и из комнаты выхожу.

Семён Валерьевич тоже свою комнату покидает, на улицу идёт, держа у уха телефон.

Я следую за ним, в мамин сад, где пахнет зеленью и ягодами. Шеф садится за стол в беседке и разговаривает. Точнее он в основном слушает.

Стою у крыльца и жду. Знаю, что Семён Валерьевич видел, как я шёл за ним.

Наконец он убирает телефон от лица и кладет мобильник на стол. Делает мне жест рукой, к себе подзывая.

— Какие новости? — спрашиваю тихо, сев рядом.

— Я бы сказал, что хорошие. В "Baltas" вовсю идёт обыск. Наркоту в подвале нашли, вскрыли сейф в кабинете прибалта. Лёшка твой главного строит и психует, что до Лейтовича дозвониться не может. Наши же с глушилочкой пожаловали, — довольно усмехается Семён Валерьевич.

— А что сам прибалт?