Ксения Каретникова – Не моя девочка (страница 56)
— Здравствуйте, Людмила Руслановна, — улыбается он. — Это необязательно…
— Обязательно. Такой путь проделал. Сейчас все принесу. У нас даже блинчики остались, Бэлла утром готовила, — сообщает женщина.
И вскоре на столе в беседке появляется и чай, и блины, и варенье.
Я от всего отказываюсь. Я сижу погруженная в свои мысли.
Шок и жалость к себе меня одолевают. Моя жизнь могла сложится иначе. Хотя…
Если бы я не ушла тогда, осталась в доме тётки, то родственники меня все равно бы просто продали Ильдару. И если с Йонасом я по согласию сперва жила, то там нет. Там бы мог быть другой ад. И гораздо хуже.
— Изи, — уже поднимаясь из-за стола, произносит Миша, — когда тебе будет удобно… подписать документы?
Мама Артема тоже сидит с нами. И при ней мы о многом не говорим. А Семён Валерьевич отдыхает в комнате.
— Не знаю. Паспорт нужен? Мой… просроченный. С шестнадцати лет.
— Нет, паспорт не нужен. Но я могу помочь тебе его быстро поменять.
Мы прощаемся, договорившись, что Миша приедет снова, когда все подготовит.
Молча иду в сад. Сажусь на сткльсик перед кустом. Артем ко мне не подходит. Меня не трогает, позволяет побыть с собой наедине. Но я все равно, вернувшись к сбору ягод, то и дело бросаю на него свой взгляд.
Он единственное хорошее, что было и есть в моей жизни…
День проходит быстро.
И к вечеру у нас появляется ещё одна хорошая новость — Йонаса арестовали. Он рвёт и мечет в СИЗО, а в соседних камерах сидят его верные псы.
Глава 34
Артем
В понедельник утром от нас Семён Валерьевич уезжает. Он хочет лично присутствовать на допросах прибалта и его приближенных. И я очень его понимаю. Столько лет они пытались прижать этого человека. И вот наконец-то это свершилось. Шеф даже заявляет, что теперь он спокойно может на пенсию уходить.
Я пока не решил с чем я дальше свою жизнь свяжу. Это касается исключительно рода моей деятельности. С кем свяжу — я уже решил окончательно.
Первые пару дней Бэлла сама не своя. Ещё бы, узнать и понять, что её жизнь должна была быть другой… Что в ней могло не быть Йонаса и всей боли, которую он ей причинил. Теперь я рядом. И я сделаю все, чтобы Бэлла стала счастливой.
Пока Михаил решает вопрос с наследством, мы с Бэллой ее паспорт восстанавливаем. К счастью, и не без помощи Михаила, быстро. И вскоре она возвращает себе имя, она снова — Вишневская Изабелла Альбертовна. Хотя и прежнее имя никуда не девается, в сейфе Йонаса так же был обнаружен другой паспорт Бэллы.
Семён Валерьевич звонит мне чуть ли не каждый день. Довольным голосом отчитываться о том, как следствие идёт.
Ресторанный комплекс Лейтовича закрыли. И, разумеется прибалт отрицает, что наркота в подвале "Baltas" — его. Без зазрений совести все это на Лешку валит. А друг мой на допросах молчит.
Но у следствия и без этого много доказательства других преступлений Йонаса, тут и Барону спасибо и современным технологиям, точнее записям их душевных разговоров с Марюсом — там может хватить на пожизненное обоим прибалтам.
Ещё Бэлла указала место, где на её глазах похоронили её бывшего возлюбленного. И опера нашли там не только тело Славы.
Лиза идёт по делам свидетелем, очень за неё Бэлла просила. И сама Бэлла, да и я, тоже должны явиться в комитет, подписать нужные бумаги.
— Что будет потом? — спрашивает у меня Бэлла, когда мы вечером сидим перед костром, который разожгли в мангале после шашлыка.
— А ты чего хочешь? — обнимаю я Бэллу. Она голову мне на плечо кладет и отвечает:
— Я хочу быть с тобой.
— И я хочу быть с тобой.
— А жить мы где будем? У твоей мамы мне гостить, конечно, нравится. Но… хочется свой угол.
— Можем купить. Дом или квартиру. Я пока на севере служил, большую часть денег откладывал. Должно хватить. Где бы тебе хотелось?
— В Дмитрове. Все-таки родной город, — с улыбкой отвечает Бэлла. — И у меня деньги скоро будут…
— Значит, решено, — киваю и целую самую красивую и любимую девушку на свете. — А замуж за меня пойдешь?
Спрашиваю вполне искренне, хотя понимаю что не так делают предложение, не очень-то романтично, да и кольца у меня нет.
Однако Бэлла довольно улыбается и тихо говорит:
— А тебе не кажется, что ты плохо меня знаешь? Сколько мы знакомы? Месяц?
— Мне кажется, что я всю жизнь тебя знаю. Что все это и было лишь для того, чтобы мы встретились. У меня с первой секунды появилось желание тебя защитить. И я буду это делать, пока буду нужен тебе.
— Ты мне нужен.
Она снова улыбается и прижимается ко мне.
— А ты знал, что у твоей мамы мужчина есть? — шепотом спрашивает Бэлла.
— Да знал, конечно. Она его от меня прячет. Но мне ясно куда она бегает по вечерам. Как девчонка, честное слово, — смеюсь я.
— Так скажи ей, что не против. А то она очень переживает.
— Она с тобой поделилась? — немного удивляюсь.
— Да, мы с ней сильно сблизились. Она у тебя замечательная.
И я на следующий день говорю маме, чтобы она меня наконец со своим избранником познакомила. Вечером она его приводит. И я, наблюдая за тем, как мамочка светится, стараюсь принять того, кто делает её счастливой. В принципе Николай, а именно так зовут того, кто мамимно сердце покорил, нормальный мужик.
Проходит ещё некоторое время. И в один день, как будто сговорившись, мне и Михаил и Валерьевич звонят. Первый говорит, что все готово, что он перевёл деньги на другие счета и Бэлла может начать ими пользоваться. А второй просит нас приехать.
Сперва мы встречаемся с Мишей. Бэлла получает свое наследство. И сумма там внушительная. На неё Бэлла может жить долго, не работая. Но моя девушка решает вложить часть денег в дело и просит Мишу ей помочь. И ещё найти хорошего риелтора, который нашёл бы для нас идеальный дом.
А на следующий день мы едем в город, ставший для Бэллой, как она сама выразилась, адом на земле.
Приезжаем к вечеру и идём в квартиру Бэллы — она хочет кое-какие вещи забрать, важные и нужные для неё. Ночь проводим у меня в квартире, где, кстати, на удивление жизнерадостный Петрович ремонт начал. Люська так на него повлияла, сосед даже работу нашёл. И, по его словам, пьёт теперь исключительно по праздникам.
А утром Бэлла огорошивает меня заявлением:
— Я хочу встретиться с Йонасом.
— Зачем?
— Поговорить хочу. Мне есть что ему сказать.
Странно, но я понимаю её в этом желании и тут же звоню шефу и спрашиваю можно ли свидание Йонаса и Бэллы устроить. Валерьевич говорит, что постарается помочь.
К назначенного времени мы к зданию комитета приезжаем. И то ли это совпадение, то ли так решили звезды — на улице встречаем жену Лейтовича и Томаса. Они делают вид, что нас не знают и спешат в здание. Из которого в этот момент Лиза выходит.
— О, а я думала, что мы не встретимся больше, — говорит она с улыбкой. — Хорошо вместе смотритесь.
— Лиза, понимаешь, — начинает виновато Бэлла, но блондинка её перебивает:
— Понимаю. И… все нормально, правда. Я ж сразу почувствовала, что между вами искрит. Поэтому и не стала наседать. Чтоб парень сам определился. И, кстати, ты ж на них работаешь? — спрашивает она у меня вдруг, кивая на здание сзади.
— С чего ты взяла? — фыркаю я.
— Да слишком уж ты нормальный, Артем Боев, такие к Йонасу Томасовичу по собственной воле не пойдут. Ладно, — она перевешивает сумку на другое плечо, — мне пора. Я сегодня окончательно отстрелялась. Ко мне у ваших никаких претензий. И кажется мне, что за это я вам должна сказать спасибо.
— Ничего ты не должна, — отвечаю я, а Бэлла интересуется у Лизы:
— И куда ты теперь?
— Да много городов красивых, где я ещё не была… а может домой вернусь, — отвечает Лиза и, подмигнув, говорит: — Прощайте. Счастья вам.
Бэлла