Ксения Каретникова – Малышка для бандита (страница 37)

— Обо всем по-немногу, — ответила, не поворачиваясь.

— Все будет хорошо, — попытался приободрить Ден, да вот только на последнем слове его голос захрипел.

Мы свернули с шоссе и поехали по проселочной дороге. Долго. Вокруг такая темнота, ни фонарей, ни окна домов не горят, потому что их не видно, все строения тут за высоким забором, одинаковым. Не знаю как, но Дену удалось рассмотреть табличку на одном из заборов, где значился номер дома.

— Через два, — произнес он, — нужный нам дом.

И все бы хорошо, да вот после следующего дома ничего не было, конец посёлка. Темень, густой лес. Ден затормозил, присмотрелся, а потом опять поехал.

— В лесу что-то есть, — сообщил он.

Проехали чуть вперед, все, здесь дорога заканчивалась. Ден достал из сумки фонарь и… пистолет. Я ахнула, нахмурившись, но промолчала.

Мы вышли из машины, пошли к лесу. Ден посветил фонарём и мы увидели вытоптанную дорожку. По ней и пошли.

Едва мы сделали шагов десять, как я сама убедилась, что Ден оказался прав — в лесу, действительно, стоял дом. Сперва я увидела забор, он был не таким высоким как в основной части посёлка, потом увидела покатую черепичную крышу, серую, от нее в одном месте так ярко отражалась луна. Сегодня она просто огромная и полная.

Вспомнив сказки про полнолуние и что в его время происходит с некоторыми людьми, я вдруг испугалась. Даже показалось что там, в чаще леса, волки воют.

Мне становилось все страшней, с каждым шагом. Я схватила Дена за локоть, он остановился.

— Ты чего? — спросил тихо.

— Пойдем обратно.

— Малышка, — я не видела, просто поняла, что он улыбнулся, — мы почти дошли.

И, действительно, до забора оставалось всего-то десяток метров.

Ден взял мою ладонь в свою, я неуверенно кивнула, но зашагала дальше.

Посветили фонарём на забор, у которого уже стояли. Нашли калитку. Ден нажал на ручку, она поддалась, и калитка открылась. Словно нас ждали.

Зашли на участок, вот он — дом. Небольшой, новый, стены бревнами, ничем не обиты еще.

— Свет не горит, — заметила я, осмотрев дом. — Почему? Равиль сказал, что в доме есть люди. А еще, очень тихо.

— Прячутся, наверно, — ответил Ден, но голос при этом его был немного взволнованным.

Мы пошли по дорожке к недостроенному крыльцу. И вот, прошли уже половину, как услышали сзади шорох. Сперва подумала, что мне показалось, но потом шорох повторится, а через секунду он и вовсе превратился в шаги, причем нескольких людей.

Ден дёрнул меня в сторону, но прятаться было негде. Участок пустой. Разве что рвануть к забору, где горкой лежали кирпичи. Ден их тоже приметил и уже тащил меня туда, находу доставая пистолет.

И тут раздался выстрел. Причем стрелял не Ден. Стреляли в нас. Сразу после него мы услышали знакомый голос:

— Не стрелять, придурки! Девочка нужна живой, — шикнул Равиль, но тишина была такая, что даже шепот мы бы услышали, Ден толкнул меня за кирпичи, я больно приземлилась пятой точкой, Ден выстрелил и плюхнулся рядом.

— Энжи, выходи. Папа твой тебя обыскался! — уже в полный голос произнес Равиль. — Денис, а ты не дури, деваться тебе некуда.

У меня уши заложило и мороз пошел по коже, я посмотрела на Дена. Он тяжело дышал, держа в одной руке пистолет, а другой держась за бок.

Луна освещала этот кусок участка и я опустила взгляд вниз…

Слева, на ребрах, на том месте, которое Ден прижимал ладонью, на светлой майке разрасталось темное пятно…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 58. Ден

Попали.

Бля, так тупо. Нелепо.

А Равиль, сука, видимо перешёл на другую сторону.

Видимо его перекупили, до бабла он жадный. Не нравился мне никогда он и совсем не зря. Не надо было ему доверять. Идиот, придурок — и это я уже про себя.

И теперь я больше чем уверен — это Равиль сдал месторасположение дома в Ольгово. Только вот про тайный вход в бассейне он не знал. Батя его не просветил.

Бок ноет. Ужасно ноет. Сочится, крови много.

Пуля там, чувствую ее. Что она задела, что нет — понятия не имел. Главное я в сознании, главное что могу терпеть боль.

Снял футболку, от резких движений больнее, но надо приложить ткань к ране, остановить кровь.

Обмотался туго, аж внутренности свело.

— Что делать? — шепнула испуганно малышка и тут снова Равиль говорить начал:

— Мы видели где вы, выходите по одному. Без глупостей.

Вместо ответа стрельнул, не глядя, раздался отборный мат и тихие шаги, а я начал по сторонам смотреть. Рядом забор, рабица, при желании можно его оттянуть, пролезть и рвануть в лес.

Что дальше — не знаю.

Мыслей, идей нет. Лишь желание — выжить. Спасти малышку.

— Вокруг не души, посёлок не заселён. Бежать некуда, — снова подал голос Равиль и звучал он, бля, ближе.

Я выстрелил еще раз и поменялся с Ликой местами, потянул сетку забора от земли. Туго шла. Но шла же, значит надо продолжать. Через чертову боль, твою мать.

— Лезь, — скомандывал Лике.

— Но…

— Лезь, я долго не продержу.

Она нырнула под рабицу, начала пропозать, в какой-то момент издала тихий писк, больно ей было, поцарапалась, я видел как тоненькая маечка порвалась на спине.

Наконец Лика оказалась по ту сторону забора.

— Беги, — прошептал я ей, она выпрямилась и качнула головой, а я обернулся. Шаги, они были очень близко. Опять пульнул, в воздух. Убивать не собирался, отпугнуть, время потянуть.

Когда повернулся обратно, увидел как малышка начала поднимать рабицу, тянуть на себя:

— Лезь, — произнесла она. Дышала тяжело, руки тряслись. Трудно ей было, но она держала. Моя малышка, моя девочка. Моя.

Боялся я больше за нее сейчас, чем за себя. И знал — она без меня бы не ушла.

Упал на землю, пополз, через боль. Конец сетки царапнул спину, а потом и вовсе вонзился в плоть.

— Ку-ку, — услышал я рядом и смачно выругался. Поднял голову. Рядом с малышкой стоял Равиль, держал ее сзади за руки. На Лике лица не было, испуганная, вот-вот заплачет. Второй парень, морду которого я видел впервые, пистолет у меня отнял, как у пацана, без сопротивление, и отдал его Равилю. А потом я почувствовал как кто-то сзади карманы мои шмонает.

Все, пиздец, приплыли. Живым меня не отпустят. И Ликина судьба предрешена.

— Попалась твоя малышка, — ликовал Равиль, — еще бы, кому ее охранять доверили. Удивительно еще, что столько дней вам удавалось прятаться. Надо было мне раньше додуматься телефон Санька включить.

— Думать это вообще не твое, — хмыкнул я. За что получил ногой в плечо. Резонировало, боль отдалась в бок, я не сдержался и тихо взвыл.

— Сука, — процедил я брезгливо.

К Равилю подошли еще двое, схватили Лику и потащили прочь.

— Ден! — заорала она так, что кровь застыла. Хорошо бы, не текла бы так сильно из простреленного бока.

Я видел, как ее уводили, как она сопротивлялась, как продолжала меня звать, глотая слезы.

— Что с тобой делать, даже не знаю, — фыркнул Равиль, присаживаясь на корточки. — Пристрелить тебя, твоим же оружием, — продолжил он, приставив к моему лбу дуло, — или оставить здесь, кровью истекать? Как собака бездомная сдохнешь, под забором, — он засмеялся, пистолет убрал. Выпрямился и со всей силы пнул меня в плечо, а потом еще и на забор надавил, от чего края металлической сетки сильнее вонзились в кожу. — Ну, привет Владлену передай, — напоследок произнес он и ушел.

Ушел, твою мать!