Ксения Кантор – Блейдвингс. Игры ярости (страница 18)
На другом конце парка стоял Элиот и не сводил с меня пристального взгляда. В обтягивающей футболке цвета хаки, потертых джинсах он походил на современный аналог греческого бога. Даже крылышки на Джорданах имелись. Не хватало только меча или жезла. Хотя уверена, таковой тоже имелся… в штанах. Отвесив себе мысленный подзатыльник, вновь сосредоточилась на лице. Но и тут засада. Прищур медовых глаз, смуглые скулы в сочетании с растрепанными выгоревшими прядями, вмиг запустили нехитрую химическую реакцию в моем изголодавшемся теле.
Заметив мое внимание, парень недвусмысленно постучал указательным пальцем по запястью, явно намекая на время. Точно! Встреча с тренером! Вспомнив о сообщении, я вскочила со скамейки.
– Кажется, мне пора. Увидимся.
– Я все еще жду подробностей, – прилетело в спину.
Штурмовик стоял под сенью дубов с самым невозмутимым, если не сказать скучающим видом. А между тем, находившиеся поблизости девчонки разве что слюной не капали, глядя на парня. В его небрежной, расслабленной позе не были ни намека на позерство или самолюбование. Он просто ждал. МЕНЯ!
Возникшая было волна самолюбия тут же схлынула под натиском тревожных мыслей. А хотел ли Элиот видеть меня в роли единорожки, или решение оставалось только за Артуром? Если помыслы блейда были очевидны, то штурмовик оставался для меня закрытой книгой. Закованный в панцирь равнодушия и отстраненности, он умело скрывал свои мысли и чувства. И не понять, как относится к происходящему и ко мне, в частности. Иногда, казалось, сложившаяся ситуация его забавляет, но порой из глубины медового взгляда выглядывал серьезный, проницательный скептик, отчего становилось не по себе, и я вновь начинала искать подвох.
В одном я была уверена абсолютно точно: Элиот Кинг гораздо глубже и сложнее, чем хотел казаться. И равнодушие – не что иное, как защита от посторонних. Осознание этого факта неприятно кольнуло в груди, рождая сомнения, но вместе с тем и любопытство. Какой же ты на самом деле Элиот Кинг?
Так и шла через студенческий парк, внимательно присматриваясь к парню. Он, к слову, занимался тем же, присматриваясь ко мне.
– Зачем я понадобилась тренеру?
Единорожка нервничала, хотя и старалась держаться уверенно.
– Не имею ни малейшего понятия.
Миа насторожилась и задумалась. Пришлось успокоить.
– Не переживай. Думаю, он просто хочет познакомиться.
– Какой он?
– Майкл Хьюз – тот еще псих. Тебе точно понравится, – усмехнулся я и открыл дверь, ведущую в спортивный корпус.
В кабинете мистера Хьюза стояло три стеллажа, все полки которых были уставлены кубками и наградами. Сам он восседал на удобном кресле за широченным столом. Едва переступив порог, Миа изумленно обвела глазами кабинет и окончательно оробела.
Нам указали на два кресла.
Странно, но появление девушки произвело на тренера сильное впечатление.
***
За свои сорок лет Майкл Хьюз видел много людей. Достаточно много, чтобы понять: на свете не так много оригинальных шаблонов. И по большому счету всех людей можно было причислить к одному из них. Разглядывая сидящую перед собой девчонку, он явственно ощущал сильнейшее дежавю. Те же светлые волосы, особая манера говорить – вдумчиво, располагающе. Поворот головы, улыбка, даже лицо с огромными голубыми глазами – все, точно срисовано с его школьной подружки. Миа напомнила ему одну из тех хороших девочек, кто непременно свяжется с плохим парнем и попытается его исправить. А потом влюбится по уши и вопреки первоначальному замыслу, сама станет плохой. Однажды его тоже пытались исправить. Впрочем, безуспешно.
Покачал головой собственным мыслям. И надо же такому случиться. Спустя почти четверть века встретить клона Эмили. Ругаться и давить разом расхотелось, вместо этого захотелось помочь. Хьюз не любил людей, ни один из их шаблонов. Но вот именно этот был ему дорог и будил приятные воспоминания юности.
– Миа, – произнес он, обозначив начало знакомства.
– Да, мистер Хьюз.
– Вряд ли эти два оболтуса понимают, во что тебя втянули. Поэтому считаю своим долгом объяснить. Помощница для сцепки – это не забава для снятия напряжения. – девчонка смущенно потупилась, и на него вновь накатили теплые воспоминания. – Это равновесие и научение дышать в унисон. А также жесткий контроль здоровья и питания. Здоровья не только физического, но и эмоционального. Как ты наверняка успела убедиться, все блейдвингеры – совершенно оторванные парни, помешанные на карьере, азарте и себе. Но мало кто понимает, что по большому счету все они – недолюбленные мальчики, которым с раннего детства отца и мать заменяет тренер. Большинство из них выросли в спортивных залах и на стадионах. Такие понятия, как родительская забота, понимание, ласка, остались для них на уровне теории.
Продолжая молча слушать разговор, я разве что руки не потирал от радости. Слова Хьюза практически в точности повторяли мои, произнесенные в кафе. Надеюсь, это окончательно убедит Мию в особой миссии единорожек.
– Вы хотите сказать, обязанность помощницы заключается в поддержке?
– Не только. Ты должна стать для них подружкой, сестрой, мамой и грозным надзирателем в одном лице. Той, кто выслушает, успокоит, поможет подстроиться под новую команду, преодолеть сомнения и вселит в них уверенность. И да, ты действительно можешь сильно поспособствовать их карьере. Не всем это удается, но что-то мне подсказывает – ты справишься.
Она явно не ожидала такого поворота. Слушала внимательно, немного удивлённо, но испуганной или недовольной не выглядела. Уже хорошо.
– Спасибо за разъяснения, мистер Хьюз. Мне это очень помогло. Признаться, читая договор, я уловила лишь часть из того, что вы мне сейчас открыли.
– Рад помочь. Так я могу на тебя рассчитывать?
Миа кивнула. Заметив это, собеседник едва удержался от горькой усмешки. Хорошие девочки всегда взваливают непосильный груз и несут его с честью, пока не сломаются.
– Где я могу ознакомиться с расписанием тренировок, а также подробнее узнать о режиме питания Артура и Элиота?
По лицу собеседника неожиданно расплылась понимающая улыбка.
– Схватываешь на лету!
Весь увлекательный диалог я, не переставая, удивлялся. А девчонка не промах! За десять минут смогла расположить к себе такого психа, как Хьюз. Надо отдать должное злому гению звериного чутья. Как Артур смог рассмотреть в этом невинном ангелочке настоящую львицу? Загадка.
После окончания встречи вызвался проводить Мию до жилого корпуса.
Мы старались идти в тени зданий, но это не особо помогало. Опаленные солнцем крыши, асфальт, газоны, пальмы – все, казалось, излучает тепло. От изнуряющей жары не спасал даже легкий ветерок. Он лениво шелестел листьями деревьев, и время от времени проходился по телу моей спутницы, отчего ее короткая юбочка слегка колыхалась. Как же я ему завидовал! Чтобы отвлечься от пошлых мыслей, сообщил:
– Я скинул тебе наше расписание. Игра начнется через полчаса. Приходи, посмотришь. Ты ведь не очень разбираешься в правилах?
– Сегодня как раз планировала приступить к изучению. Даже брошюру скачала.
– В книжках одно, а в жизни все гораздо наглядней. Сама же знаешь.
Она робко улыбнулась и кивнула. А мне вдруг захотелось поправить прядь выбившихся волос, провести пальцем по бархатистой коже и шепнуть, что все будет хорошо. Миа так мило и совершенно искренне смущалась, но с неожиданной смелостью вливалась в эту новую и пока не понятную для нее жизнь. В груди всколыхнулось непривычное, но приятное тепло. Прислушиваясь к себе, я вдруг отчетливо понял, оно не имеет ничего общего с похотью.
– Можно тебя поцеловать?
Спутница мгновенно напряглась и уже готова была ответить отказом, но я оказался быстрее. Встав напротив, медленно провел подушечками пальцев по нежной коже предплечья, не торопясь, ласково коснулся шеи и обхватил ладонями ее лицо. Как же давно я этого хотел!
В ее глазах еще кружило сомнение, но все же малышка едва заметно кивнула.
Неспешно приблизился, коснулся мягких губ, вдыхая ее запах, пробуя, позволяя привыкнуть. Девушка потянулась навстречу, доверилась, позволяя идти дальше. Сам того не замечая, углубил поцелуй, прижал ее к себе. И мне было плевать, если кто-то это увидит. Мир сузился до крошечной фигурки в моих руках. Нежная, стройная, до головокружения сексапильная. В моем мире игр, боли и пота, Миа была как глоток воздуха. Свежего, чистого, и я не мог напиться. В нашем поцелуе мне чудились нотки цветов и карамели. И я с головой окунулся в новые ощущения.
Мы оба тяжело дышали. И оба пытались осмыслить произошедшее. Нет, ни свидание, ни робкие шаги, ни первые попытки понравиться друг другу. Но все же это был первый поцелуй. Наш первый. Его хотелось сохранить, положить в уголочек памяти, скрыть, чтобы как-нибудь потом, наедине с собой прокрутить вновь, почувствовать, вспомнить.
Затуманенным взором Миа скользнула по моему лицу и смущенно призналась:
– Спасибо, это было волшебно.
Внутренние датчики орали, колошматили так, что кровь стучала в висках. Они требовали продолжения. Сейчас. Немедленно. Но вместо этого я проводил ее до дверей общежития и отпустил.
Случившийся поцелуй немного снизил внутреннюю настороженность и открыл для меня Кинга с новой стороны. Он не пытался взять нахрапом, грубостью, напротив, Элиот вел себя удивительно благородно. Присматривался, наблюдал, сближался постепенно, не торопясь и явно наслаждаясь процессом. Он словно приручал меня. Действовал тонко, вдумчиво, боясь спугнуть. Кто бы мог подумать, что за ширмой мускулов и напускной нахальностью скрывается уравновешенная, чуткая личность?