Ксения Хиж – Развод. В логове холостяка (страница 49)
Женщина благосклонно смотрит на меня, а потом переводит тему:
– Может, как-нибудь съездим в торговый центр? Покататься на аттракционах, мороженое покушать?
– С Гошей? – вырывается у меня. Идея отличная, но с ним ни за что. Мне некомфортно с ним в расслабленной семейной обстановке. Не хочу.
– Зачем же? Пусть занимается делами завода, а мы, девочки, будем развлекаться. Соберемся все вместе. Вчетвером.
– Я подумаю, у меня сейчас очень насыщенные дни, но идея прекрасная. Кстати, очень приятно, что вы потратили время и силы на пирожки. Мы такое обожаем, – благодарю я Нину Павловну от всей души и уточняю: – Без яиц, да?
– Да-да, конечно! Значит, идею с торговым центром вы поддерживаете? – как-то очень хитро и задумчиво уточняет она.
Эм. Мне не показалось, нет?
– Д-да… – подхватываю я нерешительно. – Неплохая идея, Лине понравится.
– Превосходно. Тогда попробуем запланировать на следующие выходные?
– Ну да. Пожалуй, можно.
Одного только я не учла. Что наш «леопард» уже поправится…
Глава 39
ГЕОРГИЙ
– Ну как ты? – беспокоится Ян, тщательно разглядывая на экране мое лицо.
– Возвращаюсь. Хорош уже лежать пластом.
Это были самые отвратительные три недели в моей жизни. Я до сих пор периодически подхожу к зеркалу в желании убедиться: кожа стопудово на месте. Не содрал.
У меня накопилась масса дел, но в первую очередь хочется рвануть к девчонкам и затискать Лину. Я уже привык, что она ловко взбирается на меня как обезьянка, неотвратно впивается как клещ и душит как удав. На роже моей сияет счастливая улыбка, пока я во всех подробностях представляю нашу встречу. Правда, есть и огорчения.
Афина каждый раз разговаривает нехотя, убивая меня неизменным желанием швырнуть трубку. Желательно мне в лицо. Да так, чтобы либо зуб выбить, либо бровь рассечь.
А я все никак не могу смириться, что она старается обходить меня стороной и контактировать минимально. Пока болел, она частенько даже не поднимала трубку, когда я ей звонил. И даже не перезванивала! Обидно, что уж.
– Ты уверен, что сам поедешь на встречу? Ветрянка тебя прилично разукрасила, – с сомнением уточняет друг, отвлекая меня от неприятных мыслей, но я уверенно подтверждаю:
– Да. Мне нужно взбодриться и влиться в рабочий процесс. Кстати, у меня появилось нелюбимое слово.
– Не уточняй, я понял, – ржет Ян. – Кстати, если ты уже на ногах, давай сразу по документам покумекаем?
– Ну давай.
– Тогда до субботы. Там разберемся.
– Ладно. Тео тоже будет?
– Естественно. С Маришкой приедут.
Я сразу прикидываю варианты. Этот не проканает. Этот тоже. Этот тем более. Хм… что ж делать-то?!
– Понял. Погнал я. У меня мало времени. Чувствую, через пару часов буду испытывать только одно желание – завалиться скорее на диван.
– А как ты хотел после болезни? Смотри там, не сильно активничай.
– Все, давай. Ушел.
Помотаться все ж приходится. Под вечер, когда я уже возвращаюсь домой, выжатый как лимон, звонит мама. Она почти каждый день приезжала ко мне, привозила что-нибудь поесть, компот мне совала. А я ей каждый день говорил: «Ну что ты мотаешься, а вдруг заболеешь? Заморачиваешься вон, готовишь, по холоду разъезжаешь».
Но маму не переубедить. Это танк. И он прет вперед ровно до тех пор, пока цель не будет достигнута.
О! Вспомнишь солнце – вот и лучик. На экране светится короткое «Мама», и я принимаю вызов:
– Да.
– Сыночек.
– А?
– Голос бодрый. Как себя чувствуешь? Был у врача?
– Чувствую себя адекватно, у врача был, выписался, – отчитываюсь я поскорее.
– Точно?
Мама в такие сомнительные моменты скептично сдвигает брови.
– Ты сомневаешься?
– Так… немного…
И правильно делает. Я ненавижу болеть. Но сейчас мне действительно лучше, надеюсь, темные пятна скоро от меня отвалятся.
– Что нового? – осторожно перепрыгиваю на то, что меня действительно волнует. – К Лине больше не ездила?
– Больше нет, Афина занята постоянно, ее нет дома до позднего вечера, Линочка в садике, вечером уже уставшая, – печально замечает мама, и вдруг… голос ее меняется до неузнаваемости. Расцветает. И в этом весеннем цветении я отчетливо разбираю коварные переливы. – Кстати, мы с девочками встречаемся в эту субботу. Весь день будем развлекаться и делиться мелкими секретиками.
В череде слов я уверенно выделяю самое основное: Афина где-то до ночи шарахается, в субботу важная встреча. Вот же! У меня тоже важная встреча в субботу. Но моя-то тактически важнее! Так, что делать, что делать…
После ветрянки меня уже не пронять ничем! Осталось только давлению бахнуть!
Ну и? Как мне теперь подкатить? В свою компашку эти хитрые женщины меня точно не возьмут.
И как мне оттуда выцепить Афину?!
– Везет вам, – воркую я сладко, стараясь ввести маму в заблуждение. – А где именно встречаетесь?
– А зачем это тебе? К нам захотел? У нас девичник.
– Я тебя отвезти могу…
– Ишь, какой хитренький! Чуть что – мне сразу такси, а тут, смотри-ка… сам отвезти хочет!
– Да я просто… в качестве благодарности. Ты ж меня… эээ…недавно выходила.
– Да я тебя всю жизнь выхаживаю. И знаю как облупленного. Рассказывай, что задумал, хитрый лис!
– Ничего такого, – патокой лью я. Вот блин, а! Попал!
Надо срочняк отыскать преимущества и использовать их в свою пользу!
– Ну раз так, то и ладно. А то я могла бы пойти тебе в союзники, но раз нет…– лукаво заявляет мама, и я не выдерживаю:
– Постой!
– М? – она изо всех сил пытается скрыть победу в голосе.
– Небольшая просьба будет.
– Да ради бога. Сделаю одолжение…
– Тут такое дело. Вы без Афины сможете вечером погулять? А то у меня аврал, завал, переполох, суматоха и жуткая запара! Ээ… на работе!
Кое-кто, как всегда, по-королевски ехидничает в ответ:
– Ух, какой ты красноречивый и разговорчивый, когда Афину надо куда-то умыкнуть, а?