Ксения Хиж – Развод. В логове холостяка (страница 46)
– Ничем. Я что, лох, по-твоему? Сама температура пройдет.
Мысленно щелкаю себя по лбу. Но лучше бы Гоше всыпать. По первое число!
– Эх, ясно, – грустно вздыхаю я. – А пятнышки хоть чем-нибудь мажешь, леопард?
– Да выписали мне какую-то фигню. Но я ее даже покупать не стал.
– Почему? – уже даже не вздыхаю. Тяжелый случай, конечно.
– Да я все равно сам себе ни спину, ни шею, ни ноги нормально не намажу. Смысл?
– Ты точно болеешь… ну позови кого-нибудь!
– Кого?! – рычит представитель кошачьего семейства.
– Откуда я знаю? Подругу.
– Аминь, – отмахивается Гоша.
– Ну хоть маму!
– А если она заразится?
– Так у нее, может, иммунитет!
– Да она не помнит, болела или нет. Я намекал. Аккуратненько.
– Гоша. Ты просто ходячий геморрой!
– Но-но-но! Нечего обзываться! Ты давай-ка обо мне или хорошо, или никак!
– Прекрати! Иди и выпей таблетку от температуры! И я тебе сейчас закажу лекарства. Пришли мне назначение врача.
– Афина. Мне ничего не нужно. Я все равно не смогу сам адекватно обрабатывать эти точки. Так что забей.
– Да что ж ты такой упрямый! Ты сам себе хуже делаешь! Извернись уж как-нибудь!
– Не получается.
– Ну что, мне самой к тебе ехать, что ли?!
– Вот тебе делать больше нечего! Ты если и приедешь, так скорее, чтобы меня удавить окончательно. Я все равно больной и беспомощный. Даже сопротивляться тебе не смогу.
Я закатываю глаза и резко обрываю этого весельчака.
– Значит так. Я чуть позже приеду, привезу лекарства и силой запихну в тебя таблетки. А на завтра, будь любезен, разберись как-то сам!
Ну не могу я мимо пройти!
– С ума сошла! А если заболеешь? Или Лина?
– Лина еще в два года переболела. За меня не переживай.
– Ты правда поможешь? – недоумевает Гоша, поднимаясь, отчего камера дергается. – Не оставишь меня помирать?
– С тебя назначение и адрес, юморист.
– Афин, спасибо тебе! Огромное!
– Я жду. Кстати, – роняю напоследок, – халатик у тебя такой… гламурненький.
Сквозь слезы смеха я кладу трубку, уже сомневаясь в собственной затее.
Ну пройти ж мимо, и все! Мне больше всех надо?!
***
К Гоше приезжаю, как и запланировала. Маму предупредила, что сегодня задержусь.
Лекарства купила.
Как только прохожу в квартиру, поражаюсь размерам коридора: он огромный. Это не та квартира, где мы с Гошей виделись раньше. И да, действительно Линкин рисунок висит на стене, прибитый гвоздем.
Перевожу взгляд на виновника торжества.
– Лоб давай, – командую я.
Гоша послушно наклоняется. Я только касаюсь пальцами кожи, как тут же печально цыкаю: кипяток.
Гостиная объединена с кухней. Холостяцкую обстановку даже и не замечаю. Смело направляюсь к гарнитуру, интуитивно тянусь к верхнему шкафчику, достаю кружку. Прошу Гошу налить воды. Чуть ли не под нос сую ему таблетку:
– Пей.
Вместо того, чтобы подчиниться и, как нормальный человек, собственной рукой отправить в рот жаропонижающее, он принимает лекарство прямо из моих рук. Этот жираф тянется к пальцам губами!
Как только кожу начинает покалывать от трепетного касания, я тут же одергиваю руку, возмущаясь:
– Ты что, таблетку нормально выпить не в состоянии, позер?
– Ну какая ж ты склочная… – расстроенно цедит Гоша.
– Гош. Я приехала не выслушивать. Сейчас обработаю язвы и поеду домой.
Он почти что всхлипывает.
– Не надо такую моську мне тут строить! Иди, раздевайся.
Я взбалтываю содержимое темного бутылька, распаковываю.
Гоша садится спиной ко мне, я осторожно ставлю точки. В душе необъяснимое смятение, даже дыхание взволнованное.
– Ко мне лицом, – командую вновь и жду, пока этот великан пересядет.
Он обнажен только лишь до пояса, но меня это странно беспокоит. Почему-то я чувствую себя маленькой песчинкой. Смущаюсь как школьница, хотя давно уже переступила через разочарование в этом мужчине, а в душе шторм.
Я уже обработала «леопардику» лицо, перехожу на плечи и живот, как Гоша вдруг резко отстраняется, словно в испуге.
Глаза его округлились, в зрачках плещется шок.
– Ты чем меня мажешь, женщина?!
Он подрывается и подскакивает к зеркалу.
Смотри-ка, и силы уже появились…
– А что не так? – вытягиваю я лицо в недоумении и тоже медленно поднимаюсь.
– Оно РОЗОВОЕ!!!
Возмущение летит в мою сторону ядовитыми стрелами. Носорог меня сейчас снесет своей яростью.
Я на всякий случай оглядываю лосьон… слегка розовый оттенок присутствует, но всего лишь чуточку.
– То, что доктор прописал…
– А для мальчиков нельзя было выбрать?! – негодует пациент.
– Слушай, – шагаю я вперед и хватаю его за руку, тащу обратно к дивану. – Я к тебе сиделкой не нанималась! Что выписали, тем и мажу!