Ксения Хиж – Развод. В логове холостяка (страница 33)
Я, конечно, пытаюсь не показать, как меня это обескураживает, но выходит, наверное, не очень.
– Так не во мне ж дело. Для Лины будет лучше, если папа… станет любить ее, поддерживать. Присутствовать. Мое желание здесь по боку. Я ради нее потерплю.
Я первым отвожу взгляд. Потому как тупо не знаю, что ответить. Никто из женщин мне не говорил, что я такая падла. Хотя нет, говорили, конечно, но никто, кроме Афины, в цель не попадал.
– Спасибо, что ты с ней по-человечески. До встречи.
– До встречи…
Тяжело сглатываю и жду, пока она скроется за дверью, спохватываясь в последние секунды. Придерживаю Афину за руку.
– Когда я смогу еще с ней увидеться? – недобро сверкаю глазами.
– Когда захочешь, Гоша. Я не ограничиваю.
Отпускаю ее, потрясенный.
Такой сволочью я себя не чувствовал никогда.
В машине долго верчу рисунок Лины. Разглядываю, прокручивая этот день вновь и вновь.
Тоскливо вздыхаю.
Хочется к ним вернуться. Потому что… у них там все настоящее. И домашняя выпечка. И кр
Впервые мелькает вопрос: а если б не было тогда Оли?..
Домой возвращаюсь нехотя. Включаю свет, скидываю обувь. В руках держу рисунок.
Я предпочитаю, когда у меня все по полочкам, чисто и прибрано. Но сам этого делать не люблю.
Настолько слякотно в душе… а хочется урвать себе кусочек тепла. Того… которое у них. Дома.
Вот у них дом. А у меня… жилье. Просто жилье. У меня не разбросаны карандаши и фломастеры, не стоят на полках фотографии. У меня вообще нет полок. Терпеть не могу дырявить стены. Все должно быть девственно.
И тем не менее я нахожу ящик с инструментами в кладовой, тянусь за молотком. Парой ударов вбиваю в стену гвоздь, который теперь горделиво удерживает детский рисунок. Делаю фото.
Небрежно бросая молоток обратно, я медленно ползу в гостиную, приземляюсь на диван.
Зайдя в сообщения, ищу контакт Афины.
Отправлю фото ей… с припиской:
Ответ получаю через пять минут:
Через пару минут еще:
И еще через три:
Фотку, где малышка, кутаясь в одеяло, прижимает к себе крохотную фигурку кошки-балерины, я рассматриваю недолго.
Мешает звонок в дверь.
Недовольство проступает в каждом моем шаге. Распахиваю дверь, уже начиная злиться.
– Ну привет, мистер неуловимый, – томно произносит Ангелина, эффектно распахивая полы плаща. С огоньком демонстрирует черное кружево, многообещающе обводит ладонью очертания своей фигуры. – У меня для тебя сюрприз…
Глава 27
Я растерянно чешу репу, оглядывая придирчивым взглядом открывшуюся картину. С трудом пересиливаю себя, чтоб не шандарахнуть дверью.
– Ты мимо, что ли, проезжала, – бросаю я свысока. – Решила заскочить?
Красного оттенка улыбка меркнет, приподнятые уголки губ озадаченно опускаются.
– А ты что, не рад?
– Когда меня ставят перед фактом? С чего мне радоваться?
Подбородок вздергиваю на автомате, стараясь сдержать недовольство.
– Я думала, тебе будет приятно…
Тонкие пальцы суетливо запахивают плащ, затягивают узел на поясе.
Со стороны доносится лязг металла, и соседняя дверь распахивается. Ангелина неловко просачивается ко мне в квартиру, скрываясь от посторонних глаз.
– Давай договоримся, что без приглашения ты ко мне больше не приезжаешь. Тебя проводить?
Тяжесть моего тона наносит девушке неожиданный удар. Она растерянно перебрасывает через плечо светлые волосы и буравит меня обиженным взором.
– Ты меня сейчас реально выгоняешь?
– А что я должен сделать? У меня свои планы. Дела. Мы даже не созванивались.
– А ты один? – ухмыляется она, тщательно оглядывая вешалку и полы в прихожей в поисках улик. – А то, может, я тебе развлекаться мешаю?
– А. Так ты хочешь присоединиться? – язвлю я глубже, получая особое удовлетворение от того, как торопливо на её лицо набегает тень.
– Хах! – вырывается у нее истеричный смешок. – Ты издеваешься?!
– Ангелина. Рад был встрече. Больше так не делай. До скорого, – рукой указываю в просторные объятия подъезда. Дверь все еще призывно приоткрыта, а выход только наружу.
Девушка зло кривит губы и громко выдыхает. Уже было разворачивается, но тут взгляд ее упирается в стену. В то самое место, куда я неряшливо вбил гвоздь несколько минут назад.
– Какая интересная картина, – сыплет Ангелина сарказмом. – Сам рисовал?
– Ну что ты. Я рисую намного хуже.
– Откуда у тебя на стене детский рисунок?
– Дочь подарила.
– Дочь?!
Глаза девушки округляются, норовя выскочить из орбит.
– Ну да, – я равнодушно пожимаю плечами. – Тебя что-то смущает?
– Ты никогда не говорил, что у тебя есть дочь.
– А должен был?
– Гош, тебе не кажется, что ты очень груб сегодня?
– А тебе не кажется, что странно ждать вежливости, нарушив чьи-то планы, нагло вторгшись в чье-то пространство и пытаясь вписаться в чье-то расписание?
– Я это все не прощу просто так… даже не надейся.
– А за что я должен извиняться? Ты сама создала неприятную ситуацию. Сюрпризам в жизни не место. Все нужно обговаривать. Как и раньше.