Ксения Хадунова – Пас прямо в сердце (страница 1)
Ксения Хадунова
Пас прямо в сердце
Глава первая. Первый удар
Летний день был жарким до невозможности. Солнце палило так, что больше всего хотелось щелкнуть пальцами – и перенестись куда-нибудь подальше. В Антарктиду, к пингвинам или белым медведям. Хоть куда, лишь бы не стоять здесь, на краю футбольного поля, в ожидании своего первого рабочего дня.
Где-то за спиной стрекотали кузнечики, а с поля доносился приглушенный крик и громкий свист. Чужой мир.
Всем привет. Меня зовут Юна, и я – интроверт. Мне двадцать семь, и последние пять лет я работала копирайтером в компании, которая продавала елочные игрушки и разную новогоднюю мишуру. Я любила свою работу, обожала Новый год, пахнущий хвоей и мандаринами, и могла бы проработать там хоть всю жизнь. Но случился финансовый кризис, и компания не смогла с ним справиться. Так я оказалась не у дел.
Две недели я изучала сайты с вакансиями, тихо ужасаясь тому, что там предлагают. Вот, например, нужен репортер на новостной канал: рабочий день может начаться в шесть утра, а закончиться за полночь, зарплаты едва хватит на оплату съемной квартиры и гречку. И это, между прочим, было одним из самых приличных предложений!
А еще были вакансии курьера, менеджера по продажам и «доброй феи» в детском центре. Представив себя в платье с крылышками, я нервно хихикнула и вновь кликнула на вакансию репортера, раздумывая, стоит ли направить им свое резюме. Глубоко вздохнула, занесла руки над клавиатурой…
Бип! В мессенджере пришло новое сообщение. Решив, что это знак, я тут же переключилась между вкладками и увидела сообщение от подруги Ирки.
«Срочно! Нашла крутую вакансию для тебя. Футбольный клуб «Гранит» ищет пресс-атташе. Платить обещают нормально. И, главное, там одни мужики! Теперь ты точно будешь ходить на свидания».
«Я ни черта не понимаю в футболе», – честно написала я в ответ.
«Подумаешь!», – Ирка отреагировала моментально. И следом прислала еще одно сообщение: «Это игра, а не высшая математика. И по полю с мячом бегают красивые и загорелые парни, а не драконы. Втянешься! Зато работа в нашем городе и с нормальной зарплатой».
И здесь подруга попала в точку. Мне реально нужны были деньги.
Вообще я родилась в соседнем городке – небольшом, но очень уютном, зеленом и цветущем. Мы жили вдвоем с мамой – я училась в школе, она работала продавцом в магазине цветов. Ее руки вечно были покрасневшими и отекшими, потому что это только со стороны кажется, что работа с цветами совсем не сложная и напоминает диснеевские мультфильмы. На самом деле в ней никакого волшебства, только постоянная механика, а за всеми этими орхидеями, лилиями и пионами нужен серьезный уход.
Папа ушел, когда мне было шесть. Его уход был долгим – он мучил маму эмоциональными качелями, не зная, чего хочет. Работал на заводе, мечтал о чем-то большем, но не достигал. И винил в этом маму. Семья стала для него балластом. Его мать и, соответственно, моя бабушка, подливала масла в огонь. А потом папа просто исчез.
Родители развелись и, как мне показалось, мама вздохнула с облегчением. Тогда она была совсем молодой, даже на год моложе меня сегодняшней. Остаться в двадцать шесть без мужа и с ребенком на руках – тот еще квест, но мама, в отличие от отца, точно знала, чего хочет от этой жизни. Она устроилась работать в цветочный ларек и параллельно стала учиться на флориста. В нашем доме всегда было тепло, уютно и пахло цветами.
В школе я училась хорошо. Особенно любила гуманитарные предметы – историю, литературу, географию, легко писала сочинения. Марина Ивановна, учитель по русскому и классный руководитель, видя это, советовала идти в журналистику.
– Ты интересно пишешь, Юнона, – она всегда называла меня только полным именем. – Я хочу, чтобы твои тексты увидел мир. Подумай о журфаке.
– У нас в городе нет такого факультета, – я вздохнула.
– А что, разве на этой планете есть только один город? – Марина Ивановна лукаво улыбнулась. – Думай, девочка. Экономика, юриспруденция точно не твое. А вот тексты…
И я подумала. Почти два года занималась с Мариной Ивановной индивидуально, чтобы подтянуть русский и «набить руку» на текстах. И в итоге, с блеском написав вступительное сочинение, стала студенткой универа, расположенного в соседнем городе. До него было сто двадцать километров.
– Мам, я не знаю, как уезжать из дома, – честно сказала я, когда первая радость от поступления утихла. – Не знаю, как оставить тебя одну.
– Дочь, да ты что? – мама крепко прижала меня к себе. – Не думай ни о чем и не переживай. Все будет в порядке. На квартиру и карманные расходы я тебе наскребу.
– Никаких квартир, только общага!
– Вот еще! В общаге не будет нормальной учебы. Серьезно, Юна, ищи квартиру. Хочешь, снимай одна, хочешь – с другими девчонками с курса. Я верю – у тебя все получится!
Тогда-то я и познакомилась с Иркой. Мы обе лайкнули пост со списками зачисленных на факультет журналистики. Ирка тоже была из другого города и тоже искала себе жилье. Пообщавшись в личке, мы мигом нашли общий язык и решили жить вместе.
Пять студенческих лет пролетели незаметно. За это время было все, что только можно: знакомства и расставания с парнями, литры пролитых слез, первые самостоятельные тексты и попытки устроиться в крутые издания, первые радости, успехи и конкурсы. Сколько времени мы провели на кухне нашей небольшой «двушки», готовясь к зачетам и экзаменам!
А летом – гостили то у меня, то у Ирки, и однажды даже съездили вместе на море в Сочи.
Ирка была моим верным другом, мы были на связи двадцать четыре на семь. Но, учась на четвертом курсе, она познакомилась с Глебом, студентом-моряком. У них все закрутилось очень быстро – так быстро, что уже через полгода я была свидетельницей на свадьбе, а еще через год стала крестной их сынишки Левы.
Сейчас Ирка была в декрете, но подрабатывала редактором в издательстве. И очень переживала за меня. Из нашей «двушки» я давно съехала и снимала теперь небольшую квартиру-студию. Хотела было вернуться в родной город после окончания универа, но мама тоже сделала ход конем – она вышла замуж за прекрасного мужчину, полковника в отставке. Мне не хотелось мешать их совместной жизни, поэтому я решила остаться в городе, который помог мне повзрослеть, подарил пять прекрасных лет, интересную учебу и Ирку.
Но вернемся к ее предложению…
Пролистнув вакансию футбольного клуба «Гранит», я присвистнула. Сумма в графе «заработная плата» и вправду была хорошей, особенно для меня. Уже второй день в моем холодильнике скучали только гречка, пара яблок и засохший сыр. Вспомнив баланс своей банковской карточки, я глубоко вздохнула и решилась.
И вот я здесь, на краю поля. В новых беленьких кедах, которые уже успели натереть мне пятки, и с блокнотом в руках. То и дело сжимаю и разжимаю потные ладошки, а еще чувствую, как громко бьется мое сердце. Рядом суетится милая девушка – невысокая, стройная, с пышными каштановыми волосами до плеч и пронзительными зелеными глазами. Ее зовут Алина и она – моя напарница, контент-менеджер «Гранита».
– Сейчас ребята закончат разминку, и я познакомлю тебя с командой. Только, Юн, слушай: если Марк Ветров тебе нагрубит – не обижайся. Он всем грубит. Он у нас звезда, ему можно все.
Час от часу не легче. Интересно, сколько я продержусь в «Граните», ровным счетом ничего не понимая в футболе? Пожалуй, надо было поискать подкаст «Как не уволиться в первый день на новой работе». Уверена, что такие точно есть.
– Ты чего такая бледная? – Алина заглянула мне в лицо.
– Солнце, – соврала я. – И вообще я бледная от природы.
– Ага, – Алина усмехнулась. – Я тоже так говорила, когда в первый раз пришла. Только у меня еще и ноги тряслись.
– И что, прошло?
– Прошло. Через полгода будешь разбираться в футболе лучше, чем они.
Приложив ладонь козырьком к глазам, я посмотрела в сторону поля. Ярко-зеленый газон контрастно смотрелся на фоне голубого неба. Поле окружали высокие трибуны, которые в дни матчей занимали болельщики. Позади находилось административное здание – трехэтажное, с эффектным серым фасадом и огромной надписью ФК «Гранит».
По полю, громко крича, бегали футболисты. Интересно, кто из них тот самый Марк Ветров, о котором говорила Алина? Может быть, вот тот высокий блондин? Или смешной короткостриженый парень, который постоянно щурится на солнце? Он выглядит старше всех остальных. Наверняка он в команде – настоящий авторитет.
Пока я строила из себя Кашпировского, парни закончили бессмысленно бегать туда-сюда по полю и направились к трибунам. Алина схватила меня за руку и крепко сжала – мол, не переживай, все будет в порядке! А у меня сердце ушло в пятки. Футболисты выглядели настоящей волчьей стаей, а я перед ними – невинной овечкой. Того и гляди растерзают.
Но по мере того, как они приближались, я разглядела, что никакие они не волки, а самые обычные, просто очень уставшие парни: кто-то вытирал лицо футболкой, кто-то пил воду, кто-то смеялся над чьей-то шуткой. Ничего страшного. Обычные люди, такие же, как и я.
Они тоже пьют кофе по утрам, оплачивают коммуналку и гуляют в выходные в парке. Может быть, даже кормят уток в пруду.
Двадцать два – именно столько парней одновременно было на поле. Все они шли в сторону нас с Алиной. Хотя нет, не все… Один из них, мазнув по нам взглядом, демонстративно нацепил наушники и направился в сторону подтрибунного помещения, ведущего в раздевалки футболистов. И я поняла.